Шкаровский М.В. Святейший Патриарх Тихон и Санкт-Петербургская (Петроградская) епархия

Патриарх Тихон

Святейший Патриарх Московский и всея России Тихон (Беллавин) является одним из самых известных московских святителей, однако значительная часть его биографии связана с Санкт-Петербургом. Родился святитель 1931 января 1865 г. в Торопецком уезде Псковской губернии, территория которого в 1930-е гг. входила в состав Ленинградской области. После окончания Псковской семинарии будущий Первосвятитель поступил в Санкт-Петербургскую Духовную Академию (окончил в 1888 г.), во время учебы в которой сформировался как личность и принял решение принять монашеский постриг. Уже в Академии среди товарищей он имел прозвище «Патриарх». Именно в Санкт-Петербурге – в Свято-Троицком соборе Александро-Невской Лавры 19 октября 1897 г. состоялась архиерейская хиротония о. Тихона во епископа Люблинского, которую возглавил митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Палладий (Раев). Уже служа архиепископом Виленским, Владыка Тихон вызывался в «северную столицу» на зимнюю сессию Синода 1916-1917 гг.[1]

Но наиболее активно святитель Тихон участвовал в жизни Петроградской епархии в советский период. Менее чем через три месяца после его избрания Патриархом советское правительство, которое тогда находилось в Петрограде, попыталось реквизировать помещения Александро-Невской Лавры, но встретилось с массовым сопротивлением верующих. Важную роль в сохранении Лавры сыграла и поддержка Первосвятителя.

19 января 1918 г. Духовный Собор Лавры отправил Патриарху Тихону в Москву телеграмму, где указал, что занятие обители является нарушением свободы Церкви, и просил Первосвятителя приехать в Петроград для личного ознакомления с положением дел и переговоров с властями, а настоятель монастыря епископ Прокопий (Титов) отправил послание о насилии против Лавры в адрес Всероссийского Поместного Собора.

Первые антицерковные акции не остались без ответа Патриарха. Они, а также становившаяся все более кровавой гражданская война явились причиной появления его знаменитого воззвания от 19 января 1918 г. В нем Патриарх Тихон заклеймил «открытых и скрытых врагов» истины Христовой, которые ненавистью, братской междоусобицей и кровопролитием по всей стране выполняли «дело сатаны», и предал их анафеме. Большевики или советская власть в послании прямо не упоминаются, однако богоборческие действия Совнаркома, в том числе против Александро-Невской Лавры, несомненно имелись в виду. 20 января в Казанском соборе его настоятель священномученик протоиерей Философ Орнатский впервые в Петрограде зачитал воззвание Патриарха (его успели размножить и отдать по церквам для оглашения на следующий день). Духовный Собор Лавры также постановил напечатать на средства обители для раздачи богомольцам 20 тыс. экземпляров воззвания.[2]

Вечером 23 января состоялось первое собрание образованного Александро-Невского братства мирян и духовенства обители по охране лаврских святынь. В связи с борьбой вокруг Лавры на 31 января был намечен приезд Патриарха Тихона в Петроград, но Первосвятитель заболел, и его поездка в «северную столицу» в то время не состоялась. Однако он передал руководству Александро-Невского братства грамоту со своим благословением, которая чудом сохранилась у потомков одного из братчиков и в 2000-е гг. была передана в возрожденную Александро-Невскую Лавру. События в Петрограде сразу оказались в центре внимания возобновившего с 20 января после перерыва свою работу под председательством Патриарха Поместного Собора. На его первом собрании было оглашено послание настоятеля Лавры, 24 января на другом заседании сообщение о крестном ходе в Петрограде в защиту обители сделал протоиерей Философ Орнатский, который также поблагодарил Собор за присвоение митрополиту Петроградскому и Гдовскому Вениамину (Казанскому) древнего и почетного титула священноархимандрита Александро-Невской Лавры.[3]

В Петрограде 1920 год

В Петрограде 1920 год

В первой заупокойной литургии о «всех усопших в нынешнюю лютую годину гонений исповедниках и мучениках», совершенной Патриархом Тихоном 13 апреля, он помянул в числе 17 новомучеников трех петроградцев: первомученика настоятеля Екатерининского собора Царского Села протоиерея Иоанна Кочурова, смертельно раненного при защите Александро-Невской Лавры протоиерея Петра Скипетрова и бывшего священноархимандрита Александро-Невской Лавры митрополита Владимира (Богоявленского), убитого 25 января 1918 г. в Киеве.[4]

Значительную тревогу советских властей вызвало почти триумфальное посещение Петрограда с 5 по 16 июня 1918 г. Патриархом Тихоном, который два из 10 дней своего пребывания в городе св. Петра провел в Александро-Невской Лавре. 21 мая в Духовный Собор обители поступил утвержденный митрополитом Вениамином церемониал встречи, пребывания и проводов Первосвятителя. Главное наблюдение за соблюдением церемониала было поручено епископу Лужскому Артемию (Ильинскому), вскоре назначенному наместником Лавры. От обители Патриарху была преподнесена икона св. благ. кн. Александра Невского.

Первосвятитель совершил в Петрограде несколько богослужений – в Исаакиевском и Казанском соборах, Иоанновском монастыре, Лавре, участвовал в крестном ходе, посетил свою alma mater – Духовную Академию (16 июня). И везде он встречал радость и поклонение верующих, а в Братстве приходских советов состоялось его чествование. В своей речи в соборе Александро-Невской Лавры Патриарх сказал: «…град сей давно мне известен. Я знал его, когда учился в здешней Академии, но я всегда привык его видеть несколько иным. И теперь при посещении этого града невольно вспомнились мне слова пророка Иеремии, как он некогда оплакивал Иерусалим, называя его «вдовицей, видевшей лучшие дни, но испытывающей принижения». Нельзя не заметить увядания этого града. Вместе со всею матерью-родиной нашей большие терпит он скорби и поношения. Великая Россия, удивлявшая весь мир своими подвигами, теперь лежит беспомощная и терпит унижения… Но я взираю на вас с утешением, потому что вы знаете, в чем заключается наше спасение. Спасение в Церкви Божией, в вере нашей в Бога».[5]

Предстоятель Российской Церкви целый день – 15 июня уделил посещению кронштадтских храмов и отданию долга памяти о. Иоанну Кронштадтскому. Приезд в город Святейшего Патриарха Тихона стал важнейшим событием в церковной жизни Кронштадта первых послереволюционных лет. В поездке на пароходе Патриарха сопровождали митрополит Вениамин, петроградское духовенство, почетная охрана и прибывшие из Кронштадта настоятели соборов со старшинами – диаконами, члены правления братства и представители всех приходских советов. На пристани Первосвятителя ожидал многолюдный крестный ход. Народ стоял рядами по обеим сторонам усыпанной цветами дороги бесконечной лентой до самого города. С крестным ходом свт. Тихон направился к Андреевскому собору, где его приветствовал настоятель о. Павел Виноградов и председатель приходского совета, подарившие высокому гостю драгоценную икону Спасителя.

Отвечая на приветствие, Патриарх сказал: «Благодарю Господа Бога, сподобившаго меня посетить сей славный и знаменитый град. Кронштадт известен не только нашему Русскому государству, но известен и всему миру. Есть два главных основания его широкой известности. Первое основание – это то, что Кронштадт есть грозная крепость военная, защита столицы нашей. Второе основание, вторая причина его известности, более знакомая и более близкая всем нам, это то, что Кронштадт представлял из себя великую твердыню духа в лице молитвенника незабвенного о. Иоанна, который более 50-ти лет трудился и молился в этом городе.

Теперь нет ни той, ни другой твердыни. Уже не стоит грозным станом град для внешних врагов. Пала его твердыня, пала потому, что все мы потеряли крепость духа. Слово Божие говорит: «семя свято – стояние миру», т.е. земля наша держится праведниками. Священная история многими повествованиями указывает, что Господь терпит грехи людей, если есть праведники на земле. Не будем оплакивать падение внешней твердыни, ибо все это поправимо. Будем заботиться, чтобы нам развить твердыню духа Христова, чтобы каждый из нас являл собою крепость духовную. Тогда, при этой крепости духовной, разовьется и мощь физическая. По тому одушевлению, с каким встречали меня в столице, по вашему многолюдству, можно видеть, что начинается возврат к прежнему благочестию.

Вчера я совершил литургию на месте упокоения великого молитвенника о. Иоанна. Верю, что он призрит на нас и ныне чад его. Непрестанно вспоминайте праведного мужа. Облекитесь его добродетелью с его мужеством, а наиболее всего верой. Св. отцы церкви говорят: «Кому церковь не мать, тому и Бог не отец». Как дитя держится за свою мать, так и вы держитесь за церковь. Объединяйтесь около пастырей своих, будьте крепким оплотом веры православной. Господь да укрепит вас, да ниспошлет благословение вашему граду и всем вам».[6]

После слов Патриарха было совершено молебствие, затем он поехал во Владимирский собор, где свт. Тихона приветствовали помощник протопресвитера военного и морского духовенства Иоанн Морев и настоятель протоиерей Василий Сокольский. В этот момент произошел характерный случай. Сквозь толпу протиснулась скромно одетая женщина, «раба божия Стефанида» и подала Патриарху небольшой сверток, в котором находились носки и кусочек мыла. Первосвятитель принял эту «лепту вдовицы» и поблагодарил ее. Из собора Патриарх направился в квартиру о. Иоанна, в которой было решено устроить храм, и совершил здесь панихиду по усопшему молитвеннику Кронштадта. По пути к пристани свт. Тихон посетил Николаевский Морской собор и Скорбященский храм Свято-Троицкого общества трезвости. За ним всюду следовали толпы народа, среди которых имелось много рабочих и матросов. В газете «Петроградский церковно-епархиальный вестник» справедливо отмечалось: «День посещения Патриархом Кронштадта был большим праздником для православных жителей этого города. И праздник этот чувствовался везде и всюду».[7]

Вскоре посещения Патриархом Тихоном квартиры отца Иоанна, в которой святой прожил 53 года и скончался 20 декабря 1908 г., в ней была устроена Свято-Троицкая церковь, которая действовала до начала 1920-х гг. Мемориальный кабинет святого праведного отца Иоанна удавалось сохра­нить в неприкосновенности вплоть до весны 1931 г., так как он был приписан к расположенному поблизости храму Воздвижения Креста Господня.[8] А в 1990-е гг. в квартире был устроен музей Кронштадтского чудотворца.

16 июня Патриарх Тихон посетил церковь Божией Матери «Всех Скорбящих Радосте» на Шлиссельбургском пр., где при огромном стечении народа в своем слове вспомнил мученическую кончину настоятеля этого храма протоиерея Петра Скипетрова, в 2000-е гг. прославленного в лике святых, и здесь же благословил вдову покойного Антонину Скипетрову списком с чудотворной иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радосте» с грошиками, только что поднесенным прихожанами в дар его Святейшеству.[9] Во время своего пребывания в Петрограде Первосвятитель проживал в подворье Троице-Сергиевой Лавры на наб. Фонтанки, которое тогда получило статус Патриаршего подворья.

Больше советские власти не допустили Патриарха Тихона в Петроград. В мае 1922 г., после начала  так называемого обновленческого раскола, Первосвятитель был на год арестован. В этих сложных условиях он передал церковную власть митрополитам Ярославскому Агафангелу и Петроградскому Вениамину, однако оба вскоре также были арестованы, причем Владыку Вениамина в августе 1922 г. расстреляли. При поддержке советских властей обновленцы примерно на год захватили высшее церковное руководство, однако их влияние начало рушиться сразу же после освобождения Патриарха в июне 1923 г.

Хорошо понимая важнейшее значение Петроградской епархией, Первосвятитель уже вскоре после своего освобождения предложил пост управляющего ею архиепископу Феодору (Поздеевскому), но тот отказался. В июле Патриарх назначил на Петроградскую кафедру недавно освобожденного из заключения епископа Гурия (Степанова). Однако тот, ознакомившись на месте с тяжелым положением Русской Православной Церкви в этой епархии, покинул Ленинград и уехал в Псковско-Печерский монастырь. Тогда свт. Тихон указал протопресвитеру Александру Дернову поговорить с местным духовенством о кандидате. Созванное в августе собрание православных священнослужителей Петрограда после обсуждения возможных кандидатур выбрало три самые достойные из них – иеромонахов Мануила (Лемешевского), Варлаама (Сацердотского) и архимандрита Серафима (Протопопова),[10] все они были руководителями православных братств.

Из трех кандидатов Патриарх выбрал иеромонаха Мануила, который 23 сентября 1923 г. был хиротонисан во епископа Лужского с правом управления всей Петроградской епархией. При наречении Владыки Мануила Патриарх сказал: «Посылаю тебя на страдания, ибо кресты и скорби ждут тебя на новом поприще твоего служения, но мужайся и верни мне епархию».[11] Епископ Мануил выполнил наказ Первосвятителя и вернул Петроградскую епархию Московской Патриархии.

11 ноября 1923 г. Владыка Мануил отправил Патриарху послание: «С чувством глубокой радости считаю долгом сообщить Вашему Святейшеству, что 15/28 октября Александро-Невская Лавра в полном составе братии принята в общение с Православной Церковью и Вами. В дальнейшем устроение ее духовной жизни и правильная постановка управления всей Лаврой зависит от ее духовного руководства… Лично мне известный с хорошей стороны… ризничий Даниловского монастыря отец архимандрит Григорий изъявил свое согласие за св. послушание Церкви Христовой и для блага Лавры принять сие мое предложение. Доводя до сведения Вашего Святейшества о всем вышеизложенном, покорнейше прошу не отказать в сем ходатайстве и, открыв новое викариатство — Шлиссельбургское, возглавить его архимандритом Григорием, как достойнейшим и желанным для Петроградской епархии».[12]

14 ноября Патриарх Тихон написал на послании резолюцию о назначении на Шлиссельбургскую кафедру викарного епископа архимандрита Григория (Лебедева) с поручением ему исполнять обязанности наместника Лавры и проведением хиротонии в Москве. Сам Патриарх 2 декабря 1923 г. возглавил епископскую хиротонию о. Григория. В памяти современников остались знаменательные слова Патриарха при на­значении нового викария: «Посылаю вам жемчужину». Вскоре Владыка Григорий прибыл в Петроград и внес существенный вклад в борьбу за чистоту Пра­вославия, став в дальнейшем священномучеником.[13]

Патриарх Тихон скончался 7 апреля 1925 г. в Москве, но символично, что документы его Патриаршей канцелярии вскоре  после этого были перевезены церковными историками – архивистами в город на Неве и в дальнейшем оказались на хранении в петербургском Российском государственном историческом архиве, где находятся до сих пор.


Литература:

Житие святителя Тихона, Патриарха Московского и всея Руси // Журнал Московской Патриархии. 1990. № 2. С. 56-68.

За Христа пострадавшие. М., 1995.

Лебедев К., прот. Епископ Шлиссельбургский Григорий (Лебедев) // Санкт-Петербургские епархиальные ведомости. 1990. № 5. С. 73-76.

Петроградский церковно-епархиальный вестник. 1918. 7/20 июня.

Попов И.В. Новомученик протоиерей Петр Скипетров // Санкт-Петербургские епархиальные ведомости. 2002. С. 24-27.

Регельсон Л. Трагедия Русской Церкви. Париж, 1977.

Священный Собор Православной Российской Церкви. Деяния. Кн. VI. Вып. 1. М., 1918.

Священный Собор Православной Российской Церкви: Собрание определений и постановлений. Вып. 3. М., 1918.


Архивы:

Архив Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Ф. архивно-следственных дел. Д. П-82582.

Российский государственный исторический архив . 796. Оп. 445. Д. 792; Ф. 815. Оп. 14. Д. 159; Ф. 831. Оп. 1. Д. 203.

Центральный государственный архив Санкт-Петербурга. Ф. 797. Оп. 15. Д. 18.

Доклад 18 октября на конференции «Святители Московской Руси»


[1] См.: Житие святителя Тихона, Патриарха Московского и всея Руси // Журнал Московской Патриархии. 1990. № 2. С. 56-68.

[2] Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 796. Оп. 445. Д. 792. Л. 9об; Ф. 815. Оп. 14. Д. 159. Л. 14, 18.

[3] Священный Собор Православной Российской Церкви. Деяния. Кн. VI. Вып. 1. М., 1918. С. 58-59.

[4] Священный Собор Православной Российской Церкви: Собрание определений и постановлений. Вып. 3. М., 1918. С. 55-57.

[5] Петроградский церковно-епархиальный вестник. 1918. 7/20 июня.

[6] Там же.

[7] Там же.

[8] Центральный государственный архив Санкт-Петербурга. Ф. 797. Оп. 15. Д. 18. Л. 3-4, 36.

[9] Попов И.В. Новомученик протоиерей Петр Скипетров // Санкт-Петербургские епархиальные ведомости. 2002. С. 26.

[10] Архив Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Ф. архивно-следственных дел. Д. П-82582. Т. 5. Л. 393.

[11] Регельсон Л. Трагедия Русской Церкви. Париж, 1977. С. 346.

[12] РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 203. Л. 16.

[13] Лебедев К., прот. Епископ Шлиссельбургский Григорий (Лебедев) // Санкт-Петербургские епархиальные ведомости. 1990. № 5. С. 73-75; За Христа пострадавшие. М., 1995. С. 338-339.


Опубликовано 06.11.2014 | Просмотров: 281 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter