Протоиерей Евгений Горячев. «Нужные вещи»: алгоритмы саморазрушения и духовной стойкости

Нужные вещи

«И капля твари может вытеснить целого Бога»

Майстер Экхарт

«И что был не один, кто один против ста…»

В. Высоцкий

Фильм «Нужные вещи» примечателен не столько своей талантливой режиссурой, операторской или актерской работой, сколько своим сюжетом. Как известно, это экранизация одного из мистических романов Стивена Кинга.

Сам писатель не раз признавался, что его всегда интересовали маленькие уютные городки в Новой Англии, где половина населения – родственники, а другая – друзья или хорошие знакомые. «Считается, что именно в таких городах люди и без того достаточно близкие, перед лицом общей опасности становятся особенно сплоченными и решительными. Знаете, я всегда в этом сомневался… Да простят мне мой скепсис, но что будет, если такое место посетит настоящее зло?»[1]

Известно, что для самого писателя этот вопрос не остался риторическим. Целая серия его литературных произведений (которые в дальнейшем были успешно экранизированы) стали своего рода философским ответом мастера мистической прозы на данную проблематику. Одно из таких произведений – сейчас перед нами…

Сюжет

Действие фильма происходит в Castle Rock – вымышленном провинциальном городишке, где, по словам шерифа, до недавнего времени самым большим происшествием была свалившаяся с дерева кошка. Но вдруг это славное тихое место становится объектом серьезного духовного испытания, когда под видом торговца на улицах Castle Rock появляется ангел тьмы – древнейший библейский искуситель.

Нужные вещи

Поначалу приезжий выглядит чрезвычайно культурным и обходительным, но главное – неординарным, ведь это он открывает в самом центре города магазин, на вывеске которого написано: «Нужные вещи». Любопытные жители всех статусов и возрастов оказываются вскоре его посетителями. Услужливый хозяин умеет найти подход почти к каждому. Общаясь с клиентами, он словно играет на их сокровенных нуждах, в основном мечтах и воспоминаниях, ибо у одних все в прошлом, а у других, наоборот, – в будущем…

«Все здесь продается, но не все, что продается, — здесь. Что бы ты хотел? Какая вещь может сделать тебя счастливым?» – вот девиз, который то и дело слышат изумленные горожане от странного предпринимателя. И вот… Подростку, грезившему о бейсболе, он предлагает карточку с автографом одного из легендарных игроков столетия; больной и несчастной (вследствие неудачного замужества) девушке – игрушку ее детства, воскрешающую время, в котором она была здорова и беззаботна. Он предлагает спившемуся неудачнику модную кожаную куртку – куртку его брутального прошлого, чтобы он вновь ощутил себя отчаянно смелым и привлекательным. Библиофилу хозяин магазина демонстрирует и уступает первое издание знаменитой книги, католическому священнику – прекрасный литургический артефакт, мэру города – игру, имитирующую скачки с возможностью предсказывать выигрыш, а возлюбленной главного героя – таинственный медальон, облегчающий ее хроническое заболевание.

Все эти нужные вещи хозяин уступает восхищенным людям бесплатно или почти задаром, настаивая всякий раз лишь на одной маленькой услуге: каждый из заключивших сделку должен совершить какую-нибудь анонимную гадость в отношении своего ближнего… Результат сказывается уже через несколько дней. Когда сумма тайных подлостей достигает критической массы, благополучный город превращается в зверинец. От полного распада и гибели его удерживает лишь главный герой.

Шериф Castle Rock – единственный горожанин, которого приезжий обольститель так и не смог заинтересовать ничем из своей коллекции. При их первой встрече шериф скромно признается, что у него все есть и он счастлив настоящим. Простой, жизнерадостный, внутренне цельный – этот человек первым осознает причину происходящего; и он же, вместо сомнительно «нужных предметов», находит действительно нужные правильные слова, которые и останавливают коллективное безумие. Пусть с большим запозданием, но в итоге добро и здравый смысл торжествуют. Город в руинах, но диавол – уходит. Конец фильма и… начало наших размышлений.

Вещи

Связывать любые вещи (равно как и всю материальную составляющую нашего мира) с идеей грехопадения было бы большим заблуждением, ибо Бог, как известно, творит бытие не только духовное, но и вещественное (Быт 1:1). А во-вторых, высочайший статус материи явлен и подтвержден в самых удивительных актах нашего спасения – Боговоплощении и Вознесении (Ср.: Ин 1:14; Лк 24:50–51), в то время как для человека еще не спасшегося (но спасающегося) институт частной собственности был и остается материальным продолжением нашей личности и, может быть, поэтому еще с древнейших времен охраняется божественными заповедями (Исх 20:15, 17), но… Именно потому, что вещественность творения – законная часть божьего мира, диавол ни на минуту не успокаивается, пытаясь извратить наше правильное отношение к этой реальности. Он не антитворец, конечно, но все же одинаково изобретателен в постоянном навязывании человечеству двух мировоззренческих крайностей: либо полного гнушения материей, либо страстного и вдумчивого поклонения ей[2].

Читатель и зритель, конечно же, догадался, что в обсуждаемом нами сюжете представлена именно вторая крайность. Здесь предметы, в чем-то объективно нужные человеку, уже не служат ему, но лишь повелевают; словно живые хозяева, они владеют верными им людьми, энергично подчиняют их себе, извращая, таким образом, иерархию божественного мироустройства (Ср.: Мф 6:33). Но для человека всякая подобная попытка утолить душевный или духовный голод с помощью вещей, найти или восстановить жизненную гармонию с помощью ценностей низшего порядка – путь заведомо ложный и потому тупиковый: «Все труды человека для рта его, а душа его не насыщается» (Екл. 6:7).

Цена

Можно, конечно, возразить: а как же здоровье, физическое здоровье, в качестве нужнейшей и вполне законной вещи, – не все ведь в Castle Rock столь примитивны и душевно недоразвиты? Возлюбленная главного героя, например, душевно вполне состоятельна и не ищет в нужных вещах приезжего незнакомца суррогатного восполнения своего внутреннего несовершенства! Но она тяжело больна, и «спасительный» предмет нужен ей всего лишь как лекарство. Как быть в этом случае?..

Вопрос – не простой, и ответ на него в общем и целом зиждется на отношении христианства к ценности человеческой жизни, осмысленной в контексте общей иерархии христианского мировосприятия. Жизнь – бесконечно щедрый и удивительный дар Бога человеку, но именно поэтому сам Верховный Благодетель должен восприниматься человеком серьезней и трепетней любого божественного благодеяния! Говоря другими словами, уже древние христиане, чрезвычайно дорожа жизнью, хорошо осознавали, что иногда, чтобы сохранить верность Творцу и не уступить Его места диаволу, гораздо правильней быть больным, истязаемым и даже убитым, нежели сохранить свое физическое благополучие ценой духовной гибели: «Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу, и тело погубить в геенне» (Мф 10:28). И поэтому для героини фильма, как и для всех, кто считал себя в Castle Rock христианами, было крайне неразумным сразу же сосредотачиваться лишь на эффективном действии нужных им предметов, вместо того чтобы прежде всего – поинтересоваться ценой, испрашиваемой за эти предметы их лукавым хозяином (Ср.: Лк 9:25; Мф 4:8–10).

Се человек

Как известно, героем в языческом мире мог стать любой могучий и отважный член общества, и как правило, это был воин. Однако христианство выдвинуло иной идеал героизма, ибо в борьбе с абсолютным злом (Ср.: Еф 6:12) древняя физическая мощь и воинская отвага выглядели так же, как горсть сухих листьев на сильном ветру. В новозаветные времена смиренный дух, религиозная верность, нравственная чуткость и иные евангельские добродетели в любом, даже самом тщедушном теле одного христианского святого приносили плоды гораздо более благородные и долговечные, нежели все гордые подвиги языческих «гераклов» и «ахиллесов»!

Неодолимая сила вымышленного и одинокого героя нашего фильма – не в его официальном звании и полномочиях, а в его собственном духе! И в этом смысле он очень похож на невымышленных великих одиночек христианской истории – скажем, на св. Франциска Ассизского на Западе (†1226) и преп. Сергия Радонежского на Востоке (†1392). Первый своими идеями и образом жизни «спас покачнувшееся здание средневековой Католической Церкви», второй – среди внешнего рабства, крови и политических смут национального безвременья кротко, но со властью продемонстрировал, как «воззрением на Пресвятую Троицу может побеждаться страх ненавистной розни века сего»[3].

Эпилог

«Все здесь продается… Что бы ты хотел? Какая вещь может сделать тебя счастливым?». Парадоксально, но при том что в описанных обстоятельствах ни одна вещь не может сделать человека счастливым (ибо в изъятом из истины положении она может лишь имитировать благо или разрушать его; помните обращение «моя прелесть» в судьбе знаменитого толкиновского персонажа?), эти опасные слова все еще звучат. Не важно, откуда – из нашего ли подсознания, с экрана ли телевизора – но они все время звучат в нашем мире. Причем не только ошибочный спрос человеческого сердца рождает все внешние инфернальные предложения, но часто случается и обратное: сами губительные предложения, при духовном инфантилизме и религиозной неопытности своих адресатов, могут успешно формировать соответствующий греховный спрос. Это может быть все что угодно: от неоправданно дорогого айфона, предложенного юному человеку, до имперской постсоветской идеологии, предложенной целому историческому народу! Но поддаваться нельзя. А если уже поддались – только бы вовремя опомниться, опираясь на бессмертные прозрения одиноких святых голосов: «Ты сотворил нас для Себя, Господи! И поэтому метется сердце наше, – доколе не успокоится в Тебе…».


[1] Ср.:  Стивен Кинг. Буря столетия. М., 2007. С. 8–9.

[2] Кто из нас не помнит своих детских впечатлений от «Федорина горя» или «Мойдодыра» – произведений, в которых обыденные вещи наделяются автором человеческими чертами, живут своей собственной жизнью? Понятно, что это – всего лишь творческая шутка, педагогический прием литератора, но есть примеры и других, абсолютно серьезных высказываний на ту же самую тему:

«Встречи, прощанья, – какое там, даже не вспомнить лица,

И только вещи верные нам помнят все до конца…

Помнит лодка причал, а весло помнит воду реки,

Помнит бумага перо, а перо помнит тепло руки.

Стены и двери помнят людей, каждого в свой срок.

Помнит дорога ушедших по ней, помнит выстрел курок…» (А. Макаревич)

Красиво, но, увы, ошибочно, ибо вещи не помнят ничего! Одни только люди могут переживать свое или чужое прошлое, глядя на памятные им вещи…

[1] Интересно, что даже в отношении реально «нужных вещей» один из этих святых провозгласил и исповедовал принципиальную нищету, а от другого почти ничего не осталось… Не правда ли, знаменательно?!


Опубликовано 20.11.2014 | Просмотров: 729 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter