Иеромонах Амвросий (Мацегора). Бог и человек: школа взаимности

Иеромонах Амвросий (Мацегора). Камо грядеши

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!

В услышанном нами сегодня отрывке Благой Вести, дорогие братья и сестры, перед нами предстает обычная и достаточно обыденная для Евангелия картина: проповедующий Христос, окруженный большой толпой слушателей. И вот во время проповеди к нему через толпу пробирается, по всей видимости, один из учеников и говорит, что к Нему пришли мать и братья, которые стоят снаружи и не могут подойти из-за обилия народа. И на фоне столь тривиальной зарисовки из повседневности мы слышим отнюдь не тривиальные слова Христа: «Мои мать и братья – это те, кто слушает слово Бога и следует ему». Некоторых эти слова ставят в определенный тупик: значат ли они столь пренебрежительное отношение Христа к Богородице и апостолам? И если нет, то что же скрывается за ними? Какое послание, какой концепт хотел донести до людей Бог в этих словах? Вот какое объяснение этих слов предлагает нашему вниманию святитель Кирилл Александрийский. Он задается риторическим вопросом: может ли Тот, Кто в законе Моисеевом заповедал почитать родителей, пренебрежительно оставить в стороне мать, и Тот, Кто говорил ученикам о любви к врагам, отнестись без любви к собственным друзьям? Очевидно, что даже говорить об этом бессмысленно. Так чему хочет нас научить Христос? Тому, говорит святитель, что коль скоро наиболее глубокие чувства почета, любви и привязанности мы испытываем именно по отношению к нашим матерям и братьям, то именно через это сравнение Христос дает понять, что к тем, кто слушает и исполняет слово Божие, Бог испытывает те самые глубокие чувства уважения, любви и преданности (Cirillo d’Alessandria, Commento a Luca, omelia 42).

Итак, здесь перед нами предстают два необходимых и достаточных шага на пути к долгожданной встрече с Иисусом Христом: услышать слово Божие и исполнить его.

Что касается шага первого, то сколь легким он предстает в теории, столь же тяжелым он порой оказывается на практике. Большинство из нас, положа руку на сердце, скажет: мы слышим слово Божие, слышим его часто и много: в храме на службе, с экранов телевизоров и радиопередач. Но вот ведь вопрос: то, что мы слышим и что остается в нашем сердце, поистине является словом Божиим и Его полноценным посланием человеку, или же это лишь какая-то часть, всего несколько вырванных из этого слова слогов, которые нам показались наиболее близкими к нашему образу жизни и удобными?

И здесь перед нами встает еще один, более деликатный и болезненный вопрос тех отношений, которые мы строим с нашим Творцом и Создателем: вопрос о взаимном доверии и взаимоприятии. Человеку всегда было свойственно печалиться и жаловаться, что Бог его не слышит и не принимает: о том говорили ветхозаветные пророки, писали святые отцы, свойственно это и нашему веку. Но вот что интересно. Бог всегда принимает нас такими, какие мы есть, всегда принимает, хотя и не без скорби порой, избираемый нами путь. Начиная со времен Адама человек никогда не был лишен Богом величайшего дара свободы, никогда не был Им притесняем или находился под Его диктатурой. Бог всегда искренен и откровенен с нами. Как Он некогда искренне радовался человеческому счастью на галилейской свадьбе, так и ныне Он с надеждой и готовностью стоит у дверей наших домов, когда они наполнены радостью и праздником, терпеливо ожидая приглашения с нашей стороны. Другой вопрос – что далеко не всегда Он является действительно желанным гостем в минуты наших радостей. Как некогда Он искренне разделил скорбь семьи умершего Лазаря, так и ныне все те, кто в своем горе призывают Бога, находят в Нем утешение и поддержку.

Итак, Бог принимает нас обезумевшими от радости или убитыми горем, пробирающимися в этом мире тернистыми путями ошибок и поражений или празднующими торжество побед. Но отвечаем ли мы взаимностью, принимаем ли Бога таким, какой Он есть? Из Священной истории мы знаем о некоторых свойствах личности Бога и о Его, если так можно сказать, характере. Мы знаем, например, что Он весьма ревнив. Отдавая всего Себя, всю Свою любовь и внимание человеку, он конечно же ждет ответа. Как и всякий из нас, Он не приемлет потребительское отношение или попытку откупиться жертвами, Он ждет наше сердце, наше внимание к Нему и нашу ответную любовь. В то же время Бог удивительно деликатен. «Се стою у дверей вашего сердца и стучу» – и это вовсе не громоподобный стук опричника, пришедшего за данью, это не стук тирана, желающего подавить и сломать, это стук Того, чье присутствие пророк ощутил в тихом дуновении ветра, Того, кто тростинки надломленной не переломит и дымящегося льна не погасит. Подобно Отцу из притчи о блудном сыне, Бог, завидев нас издали, Сам первый устремляется на встречу, в готовности поделиться всем, что находится в Его власти, но, приблизившись и дав почувствовать Свое присутствие, Он деликатно замолкает и смотрит в ожидании реакции человека, не желая навязывать Свое присутствие или стать ненужной обузой в жизни человека.

И чем же отвечает человек? Чем отвечает каждый из нас? Можем ли мы похвастать подобным благородством и тактичностью по отношению к Богу? Принимаем ли мы Его таким, какой Он есть, каким Он открывается каждому из нас? Или же мы постоянно врываемся к Богу с требованиями лучшей жизни, с бесконечными обвинениями в наличии зла, насилия и неправды, которые заполнили этот мир, с обвинениями, в конечном счете, которые свидетельствуют лишь о нашей совершенной неспособности организовать даже тот малый клочок сотворенной вселенной, который был нам дарован, чтобы возделывать и хранить его?

Как видим, столь простой, как кажется при поверхностном наблюдении, вопрос о слышании слова Божия, на поверку оказывается много более глубоким и тонким.

Что же касается второго шага, исполнения услышанного слова, то ответом здесь могут послужить начальные слова сегодняшнего евангельского отрывка: «Никто, – говорит Иисус, – зажегши светильник, не станет накрывать его горшком или ставить под кровать. Нет, его ставят на подставку, чтобы все входящие видели свет». Объясняя этот отрывок Благой Вести, Ориген говорит о том, что светильник – это человеческое сердце, зажжённый в нем огонь – слово Божие, горшки – это качества нашей души, а кровать – наше тело. Итак, когда Господь тихо и осторожно подходит к нам и от прикосновения Его слова в нашем сердце загорается этот удивительный и безмятежный огонь, то мы должны сделать все от нас зависящее, чтобы ни движения нашей вечно мятущейся и постоянно чего-то ищущей души, ни заботы о телесном и материальном не смогли погасить его. И тогда любящие отеческие руки Бога аккуратно возьмут этот зажженный и бережно сохраненный светильник и поставят его туда, откуда он сможет не только светить тем, кто находится во тьме, и согревать тех, кому так не хватает тепла в нашем холодном мире, но и сам сможет стать источником, от которого зажгутся многие другие светильники, которые сквозь рев и грохот технической эры, столь могущественной и одновременно столь нищей и бессильной, смогут своим тихим и непоколебимым свечением научить людей внимать тишине вечности и услышать в ней столь необходимые нам и вселяющие мужество слова: «Я с вами во все дни до скончания века».

Проповедь магистранта СПбПДА иеромонаха Амвросия (Мацегоры) в Екатерининском храме в Риме 10 ноября 2012 года.


Опубликовано 10.11.2012 | Просмотров: 181 | Печать

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой!
И нажмите: Ctrl + Enter