Дионисий Вихров: Любой учитель должен учиться сам

Дионисий Вихров: Любой учитель должен учиться сам

Интервью с абитуриентом СПбПДА чтецом Дионисием Вихровым, преподавателем Рязанской духовной семинарии, заведующим канцелярией наместника Спасо-Преображенского мужского монастыря г. Рязани, пресс-секретарем Спасо-Преображенского мужского монастыря г. Рязани.

— Дионисий, в 2010 году Вы окончили Рязанскую православную духовную семинарию. Какой теме было посвящено Ваше дипломное сочинение и что составляет предмет Ваших исследовательских интересов?

— Тема моей дипломной работы связана с учением о самоуничижении (кеносисе) Господа нашего Иисуса Христа, которое раскрыл в своей проповеди апостол Павел. Мне вообще интересна библеистика. В прошлом учебном году с Божией помощью я преподавал в семинарии Новый Завет.

— Какими основными принципами Вы руководствовались в преподавании Нового Завета, на какие педагогические задачи Вы ориентировались прежде всего?

— Как преподаватели периферийной семинарии мы ориентируемся на те духовные учебные заведения, которые имеют большой опыт работы. Поэтому мы стараемся использовать конспекты Санкт-Петербургской и Московской духовных академий, новые исследования.
Самая сложная задача – заинтересовать студента, дать возможность почувствовать, открыть для себя мир святоотеческого богословия, ощутить радость от соприкосновения с таким богатством. Это кончено было очень сложно. Наверное, дать сумму знаний проще. Думаю, мне предстоит еще много работать.

— Поделитесь, пожалуйста, видением современной духовной школы. Какой она должна быть?

— Семинария призвана, с одной стороны, быть современной, а с другой – держать вектор на святоотеческое наследие. Необходимо выпускать не просто «специалистов в области православного богословия», как пишут в дипломах, но пастырей, которые смогут отвечать на духовные потребности любой категории людей, не только простых людей, но и интеллигенции, представителей высокого социального положения.

— Вы являетесь заведующим канцелярией наместника Спасо-Преображенского мужского монастыря г. Рязани и пресс-секретарем обители. Какой Вы видите жизнь современного монастыря? Насколько сложно, не будучи монахом, нести послушание в монастыре?

— Нести послушание не сложно, когда у тебя есть хорошие наставники. Я благодарен, что у меня были и есть такие наставники. В их числе – игумен Игнатий (Депутатов), недавно избранный решением Синода епископом Шахтинским и Миллеровским. С моего прихода в семинарию и вплоть до настоящего дня он был для меня опорой. Я старался впитывать в себя тот опыт, которым обладало старшее поколение. Соприкоснуться с этим опытом и почувствовать его можно только вживую. В этом отношении духовное образование незаменимо.

Что касается того, каким образом должна быть устроена современная обитель, следует сказать, что идеальных монастырей не существует по определению. Еще в древности говорили, что если ты слышишь, что где-то есть монастырь – и в нем все хорошо, знай, либо это неправда, либо он неугоден Богу.

Конечно, в Рязанской области есть монастыри, которые преуспели в духовной жизни, например, Иоанно-Богословский монастырь. В этом смысле хорошая традиция, когда семинарии находятся при монастырях, так как очень важно не только получать образование, но и проходить молитвенное становление.

— Как расположение Рязанской семинарии при Спасо-Преображенском мужском монастыре отражается на содержании учебного процесса?

— Образование включает два компонента: с одной стороны, непосредственно образовательная часть, а с другой – воспитание, без которого знания, как показывает история, приносят вред. Говоря о формировании гармоничной личности, стоит сказать о необходимости живого опыта, который присутствует в монашеских обителях. Студенты, обучающиеся в семинариях, расположенных при монастырях, приобщаются к труду, культуре общения. Семинарию можно сравнить с прививкой. Чтобы пастырь мог выполнять свое предназначение, не унывая в подчас очень трудных обстоятельствах, он должен пройти семинарию – своего рода, курс молодого бойца.

— Дионисий, Вы являетесь еще молодым человеком, но уже выполняете ряд ответственных, серьезных послушаний. Какова, на Ваш взгляд, активность и эффективность участия молодежи в современной церковной жизни? Существует такое явление, как церковный карьеризм. Многие молодые люди стремятся достичь каких-то высот в Церкви. Насколько полезны такие амбиции?

— Что касается работы с молодежью, то все зависит от того, как эта работа организована на местах. Есть замечательные примеры сильных молодежных организаций. Оказывается, молодым людям может быть интересно в Церкви, где жизнь представлена не в одной плоскости, а во всей полноте. В то время как современная светская культура, пропагандируемая в средствах массовой информации, ограничивает нас узкими рамками. Каждый человек, в любом возрасте, когда соприкоснется с этой полнотой жизни в Церкви, не сможет променять ее ни на какую другую жизнь.

Что касается карьеризма, мне очень нравится древнее выражение, которое, наверное, раскрывает суть отношения к служению: «Я никогда ничего не просил, но никогда ни от чего не отказывался». Наверное, те обстоятельства, которые Господь нам посылает, наиболее благоприятны для того, чтобы совершенствоваться, развиваться и внутренне духовно и интеллектуально расти. А когда мы начинаем ускорять ход событий, то подчас оказываемся внутренне не готовы к тем поворотам, которые возможно нас будут ожидать.

— Насколько тот принцип, который Вы только что озвучили («Я никогда ничего не просил, но никогда ни от чего не отказывался») руководит Вашими собственными намерениями и действиями? Можете ли Вы сказать, что в своей жизни Вы стараетесь применять этот принцип?

— Конечно, могу. Жизнь иногда так резко поворачивает, что иной раз не успеваю все осмыслить. Один поворот, второй, третий… Иной раз думаешь: «Господи, когда это все успеть?!»

— Каким же был самый крутой поворот в Вашей жизни? Можете ли Вы назвать поступление в семинарию таким событием, которое изменило всю Вашу жизнь?

— Да, с легкостью могу назвать. Когда я поступил в семинарию, это стало точкой отсчета нового, самого важного этапа моей жизни. Я так сильно хотел учиться в семинарии, что когда поступил, наверное, целый месяц просыпался с улыбкой.

— Дионисий, чем Вы занимались до поступления в семинарию и почему решили получить духовное образование?

— После окончания школы в Тамбовской области я поступил в Российский химико-технологический университет им. Д.И. Менделеева в Москве и, как это иногда бывает с молодыми людьми, только тогда начал осознавать, что мне действительно интересно, а что нет. Тогда я стал постепенно обращаться к Церкви. Перед поступлением в семинарии я прожил год в Казанском Тамбовском монастыре.

— Дионисий, Вы обучались в светском вузе. Можете ли Вы сравнить светскую и церковную молодежь?

— Если посмотреть на студентов духовных школ, создается впечатление, что они уже что-то нашли, а светская молодежь еще как будто бы что-то ищет. Но это не должно стать поводом для какой-то изоляции, нужно стараться смотреть на мир широко открытыми глазами. Поэтому если возникает возможность пообщаться, узнать что-то новое, поделиться каким-то опытом, нужно стараться ее реализовывать.
Что касается разницы в преподавании, когда я учился в светском вузе, у меня было ощущение, что я изучаю много предметов, которые чем-то похожи, а когда я поступил в семинарию, у меня было ощущение, что я изучаю один предмет, только с разных сторон.

— Вам приходится совмещать разнообразные церковные послушания. Какие в связи с этим трудности у Вас возникают?

— Обязанности преподавателя семинарии, заведующего канцелярией и пресс-секретаря монастыря нередко вызывают дефицит во времени. Конечно, трудностей много, особенно связанных с процессом преподавания. Я чувствовал нехватку опыта научной работы. Кроме того, не всегда труд преподавателя достойно оплачивается. Но когда ты видишь, что у студента загорелся в глазах огонек, ради этого стоит отдавать себя полностью.

— С какой целью Вы поступаете в академию, чем обусловлен выбор именно Петербургской академии, и в каком качестве Вы хотели бы послужить Церкви после окончания обучения?

— Когда я заканчивал Рязанскую семинарию, мне представилась удивительная возможность познакомиться с Петербургской академией. На 5-м курсе я был направлен сюда на студенческую конференцию и здесь имел возможность представить свой доклад. Для меня это был хороший опыт публичного выступления. Знакомство с академией, ее преподавателями и студенчеством, участие в богослужении оставили очень приятное впечатление. Тогда в моем сердце затаилась маленькая радость. У меня зародилась мысль поступить в академию.

Говоря о своем дальнейшем служении Церкви, хотелось бы, по возможности, найти себя в сфере образования. За этот год я понял, что мне очень нравится преподавать. Конечно, очень много трудностей. Я имел возможность оценить свои знания и осознать необходимость дальнейшего развития. Есть такой закон диалектики: все, что не движется вперед, движется назад. Поэтому любой учитель должен, прежде всего, учиться сам.

Беседовал Дионисий Адамия


Опубликовано 16.08.2011 | Просмотров: 212 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter