Может ли верить в Бога современный человек

Может ли верить в Бога современный человек

Мы можем чувствовать правоту своей веры, но не всегда можем ее объяснить или доказать человеку неверующему, в особенности тому, у кого наше мировоззрение почему-то вызывает раздражение. Разумные вопросы атеиста могут поставить в тупик даже самого искренне верующего христианина. О том, как и что отвечать на распространенные аргументы атеистов рассказывает наш постоянный автор Сергей Худиев в проекте “Диалог с атеистами: православные аргументы”.

Опубликовано Sergey Hudiev 24 апреля 2018 г.

Иногда говорят о том, что «современный человек не может верить в чудеса или разделять библейскую картину мира». А почему, собственно? Может ли современный человек верить в библейский мир духов и чудес?

Может ли современный человек верить в Бога? Швейцарский либеральный теолог середины ХХ века Рудольф Бультманн формулирует это соображение таким образом: «Нельзя пользоваться электрическим светом и радио, прибегать в случае болезни к современным лекарственным и клиническим средствам и в то же время верить в новозаветный мир духов и чудес». Этот довод может показаться интуитивно понятным — мир, в котором мы зажигаем свет, нажав на клавишу, или слушаем новости с другого конца планеты, кажется бесконечно далеким от мира Библии.

Но есть ли за этим доводом какая-то логика?

Современная наука, как мы говорили, не доказала — и не могла доказать ничего в отношении духов и чудес, они находятся вне сферы ее применимости.

Довод, скорее, обращается к своего рода снобизму современников — мол, раньше люди были глупы и верили в разную чепуху, но теперь мы поумнели и ни во что подобное больше не верим. Это кажется очевидным.

Школьник XXI века знает о мире гораздо больше, чем образованный человек XI, многие представления людей прошлого о природном мире оказались ошибочны. Поэтому кажется естественным предположить, что и их представления о смысле мироздания были ложными.

Однако такое предположение будет неверным — научно-технический прогресс сам по себе ещё не означает возрастания человека в мудрости. Знания, которые отвечают на вопрос «как» — как строить самолеты или электростанции — еще не означают мудрости, которая отвечает на вопросы «зачем?», «в чем смысл и предназначение жизни?», «на что нам надеяться?», «как нам поступать?»

Современный Бультманну человек, который был слишком взрослым и премудрым, чтобы верить в Библию, охотно верил в превосходство нордической расы или торжество коммунизма во всемирном масштабе.

Апеллировать к «современному человеку» как к критерию истины было бы явной ошибкой. То, что сейчас воспринимается как пик прогресса, в глазах следующего поколения может оказаться тяжким заблуждением.

Образованные люди XIX века, или хотя бы до 1914 года, которые жили в эпоху очевидного и бурного прогресса, совершенно обоснованно сочли бы события ХХ века страшным провалом в варварство и одичанием — хотя технический прогресс в это же время развивался и весьма бурно.

Мы можем быть уверены, что в научно-техническом отношении наши потомки будут нас превосходить — если, конечно, не случится какой-нибудь глобальной катастрофы. Но у нас нет никаких гарантий, что они будут мудрее или человеколюбивее. Таким образом, из того, что какие-то люди живут хронологически позже или пользуются более продвинутой техникой, никак не следует, что они ближе к истине относительно предназначения человека и смысла мироздания. «Новозаветный мир духов и чудес» может оказаться гораздо более реальным и подлинным, чем те или иные фантомы, которые соблазняют «современного человека».

Но ведь многие библейские рассказы — о хождении по воде, умножении хлебов, превращении воды в вино — звучат как сказки для современного человека.

Но это — обратим внимание — не является логическим аргументом. Скажем, идея, что мы сможем беседовать и видеть друг друга, находясь на разных континентах, еще не очень давно воспринималась бы как сказочная. Смутное чувство «так не бывает» просто говорит о том, что «в нашем опыте этого нет». В нашем опыте нет чудес библейских масштабов, но это еще ничего не говорит о том, были они или нет. Опыт говорит о том, что «обычно происходят обычные вещи», и для нашей повседневной жизни этого достаточно. Более того, в этом нет ничего специфического для «современного человека».

Во времена Христа и апостолов люди также хорошо как мы знали, что ходить по воде невозможно, а хлебы не умножаются — иначе эти события не имели бы смысла удивительных знамений, свидетельствующих о присутствии Божием. Люди бы просто сказали, «ну, бывает, у нас тут хлебы умножаются регулярно». Но для людей того времени происходящее было так же необычно, как и для нас, поэтому они и «исполнялись ужаса и изумления».

Почему большинство современных учёных и философов — неверующие?

Надо сказать, что динамика в философской среде более благоприятна для теизма, все большее место среди философов занимают именно верующие — но это в любом случае не важно с точки зрения истины о мире. В XIII 100% философов были теистами, а вот опрос, проведенный на кафедре философии МГУ в 1975 году, показал бы 100% атеистов и материалистов. Истина не определяется большинством голосов — тем более, большинством голосов в определенной среде в определенное время. Преобладание тех или иных взглядов — это особенность культурной среды. В американских колледжах — а именно на них ссылаются большинство опросов такого рода — она довольно левая и атеистическая.

Вам самим покажутся дикими, странными и невероятными верования других религий. Но со стороны не христианские убеждения выглядят так же странно, невероятно и нелепо…

Обычно этот довод выглядит примерно так: «Вам покажется странным то, что, как верят мормоны, американские индейцы произошли от древних евреев, или что, как верят Вайшнавы, Бог танцует с пастушками. Но если бы вы посмотрели на убеждения христиан со стороны, не “замыленным” взглядом, вы бы поняли, что христианские убеждения не менее странны — Бог чудесным образом рождается от юной еврейской Девы, ходит по воде, потом Его распинают и Он воскресает из мертвых…»

Но к чему обращается этот тип риторики? К нашему чувству «странности»? Но очень часто это нас подводит. Например, современные физики часто говорят очень странные вещи — например, «плоской вселенной» и «тяжелом вакууме», замедляющемся времени и черных дырах.

«Странность» — это не причина отказаться от дальнейшего исследования. В мире очень много странного. Эта чрезвычайно странная история о Боге, который стал человеком ради нашего вечного спасения, может оказаться намного более истинной, чем странные построения физиков.

Эта странность никак не опровергает взгляды физиков. Ложные они или нет, мы должны решать, исходя не из их «странности», а из других критериев. Мы не принимаем взгляды мормонов или вайшнавов не потому, что они «странные» — а потому, что они ошибочны, и мы можем сказать, почему мы так считаем.

Худиев Сергей

ФОМА


Опубликовано 01.05.2018 | | Печать

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой!
И нажмите: Ctrl + Enter