Священник Алексей Черников. Особенности учения о покаянии в трудах митр. Антония (Блума), архим. Софрония (Сахарова) и архим. Иоанна (Крестьянкина)

Священник Алексей Черников. Особенности учения о покаянии в трудах митр. Антония (Блума), архим. Софрония (Сахарова) и архим. Иоанна (Крестьянкина)

В данном докладе мы хотели бы рассмотреть особенности учения о покаянии митр. Антония Сурожского, архим. Софрония (Сахарова) и архим. Иоанна (Крестьянкина). Все они были богословами-практиками, их взгляды укоренены в святоотеческом наследии и собственном бога- том духовном опыте. Когда они говорили с современниками, то умели найти понятные и в то же время богословски глубокие слова, которые касались сердца и были действенны.

Покаяние как процесс самопознания и исправления занимает первостепенное место в жизни христианина. В чем состоит цель покаяния и сущность греха? Как совершать таинство покаяния, чтобы оно приносило наибольшую пользу? Мы посмотрим, как на эти вопросы отвечают изучаемые нами богословы.

В первой части нашего доклада рассмотрим теоретические основы покаяния по трудам указанных богословов.

Владыка Антоний считает, что грех заключается не просто в тех или иных поступках, нарушениях закона Божия, грех — это все, что недостойно ни Бога, ни человека. Это оторванность человека от Бога, его внутренняя разбитость, и отсюда отделенность от окружающих людей[1]. Митр. Антоний приводит образ реки, разделяющей область Бога и область дьявола. Где-то река широка и глубока, где-то пространство между берегами совсем мало, что его можно перейти пешком. Не важно, где мы пересекли эту реку, — совершили малые грехи или большие, важно, что мы оставили область Христа и переправились в область сатаны. Грех — это выбор между Богом и дьяволом, между жизнью и смертью души[2].

Величина греха для нас измеряется не какими-то объективными мерками, а той любовью, которая у нас есть или которой нет. Против любимого человека даже самое незначительное прегрешение будет казаться катастрофой, а если человек нам безразличен, то мы отнесемся к своему злому слову или делу в отношении его как к чему-то маловажному, что вскоре должно забыться. Мы будем спокойно относиться и к прими- рению: «А нужно ли оно, может быть, стоит просто успокоиться?» Встает вопрос: приходим ли мы на исповедь для подлинного примирения или для того, чтобы нам стало просто спокойнее жить?[3] Поэтому исповедь — это не просто примирение со своей совестью, это примирение с Богом, от Которого мы отреклись в пользу сатаны, любовь Которого мы презрели своим равнодушием, и тем, что больше возлюбили грех.

Архим. Иоанн пишет, что сущность греха заключается в том, что человек отказывается от Бога, отвергает послушание любви в поисках свободы. В итоге он попадает в неволю — становится рабом греха. Грешник проходит следующий путь: помрачение ума, расслабление воли, искажение совести, а затем и падение — растление тела. В его душе воцаряется ад[4]. Духовная природа человека устроена таким образом, что все движения нашего духа, мысли, чувства и желания тесно связаны. Когда грех попадает в сердце через желания и действия, то он сразу налагает свою печать на все стороны нашей духовной деятельности. Как только человек совершил грех, помрачается его духовное зрение, затрудняется вход в душу добру[5]. Грех искажает жизнь, отяжеляет душу, ведет к духовной смерти, истребляет в ней все человеческое и подвигает человека на зло[6]. Через тяжкие, смертные грехи враг входит в душу и получает власть над ней[7]. Когда душа в какой-то период времени подчиняется падшему духу, то они как бы составляют что-то одно, но при этом остаются самостоятельными. Поэтому как бы душа не пала у нее всегда остается возможность вырваться из-под влияния зла, покаяться и обратиться к Богу[8]. Через покаяние Бог возвращает человеку его сыновние права, полноту жизни и счастья, которые возможны только в жизни с Богом[9].

Архим. Софроний называет грех прелестью, то есть «заблуждением». Это то, что не исходит от Бога, но кажется нам великим, и мы открываем ему свое сердце. Когда мы впадаем в любой грех: умственный, сер- дечный, телесный, — мы являемся жертвой прелести. Через покаяние, как «изменению умного видения», мы можем возвратиться к истине. Отец Софроний делает акцент на данном аспекте покаяния, в отличие от русского значения покаяния как психическом чувстве сожаления о содеянном, когда мы просим прощения у Бога[10]. Покаяние является путем восхождению от образа к богоподобию. Только через покаяние и плач, через очищение от всякой греховной страсти, мы становимся способными войти в область Божественного света и можем приобщаться Богу[11]. Сущность падения заключается в самообожении, гордости, в отделении от Бога. Через покаяние и смирение мы возвращаемся к Богу и можем через святую жизнь без греха дойти до состояния «видеть Бога, как Он есть» [12].

Таким образом, через любой грех мы делаем выбор между Богом и дьяволом в пользу последнего. Владыка Антоний раскрывает нравственную сторону греха как отпадения от Бога в область сатаны. Архим. Иоанн более говорит о том, как грех пагубно влияет на душу, калечит ее и убивает духовно. Через покаяние, обращение к Богу происходит исцеление души и возвращение ей Богом сыновнего достоинства. Отец Софроний называет грех прелестью, заблуждением, а покаяние — «изменением умного видения», путем к очищению от страстей, стяжанию благодати и видению Бога.

Во второй части нашего доклада рассмотрим, какие особенности в практике совершения таинства покаяния имелись у изучаемых богословов.

Митр. Антоний в периоды говения четыре раза в год практиковал общую исповедь[13], которая проходила следующим образом. Сначала он проводил две беседы о том, что такое исповедь, грех, жизнь во Христе. Затем наступал период молчания (30 мин.), в течение которого каждый продумывал услышанное. Далее владыка совершал общую исповедь. Он обыкновенно читал покаянный канон и под его влиянием произносил свою личную исповедь, которая отвечала на содержание молитв. Слова митр. Антония раскрывали перед людьми их собственную греховность. Исповедь совершалась с периодами молчания, чтобы каждый мог исповедать Богу (молча или вслух) свое собственное состояние в контексте того, что говорилось. Затем владыка читал разрешительную молитву над всеми. Если кому-то было нужно, он мог подойти и исповедаться в каком-либо грехе. На следующий день на Литургии участники общей исповеди могли причаститься. По мнению митр. Антония через такую общую исповедь прихожане учились исповедовать свою душу, а также приходили к осознанию исповеди как серьезного и глубокого таинства[14]. В остальное время владыка совершал частную исповедь.

Архим. Иоанн считает, что общая исповедь приносит вред пастырскому окормлению, так как выражает формализм и равнодушие священника, и не дает людям, только переступившим порог Церкви, войти и укорениться в ней. Общая исповедь отца Иоанна Кронштадтского, вызванная огромным числом исповедников, была чрезвычайным явлением и допустима ввиду благодатных даров святого пастыря[15]. Отец Иоанн совершал частную исповедь. Его книга «Опыт построения исповеди» не является пособием по общей исповеди, она состоит из проповедей, которые он говорил в Псково-Печерском монастыре на первой седмице Великого поста после чтения покаянного канона Андрея Критского[16].

Архим. Софроний, будучи духовником на Афоне, совершал частную исповедь[17]. Он также был противником общей исповеди.

Итак, практика общей исповеди митр. Антония глубоко отлична от современной общей исповеди, и является приготовлением к частной исповеди, когда прихожане под руководством священника учатся исповедовать свою душу. В остальное же время владыка совершал частную исповедь. Архим. Иоанн был противником общей исповеди, считал, что она формализует Таинство и наносит вред пастырскому окормлению. Того же мнения придерживался и архим. Софроний.

В заключении доклада отметим, что взгляды на покаяние у митр. Антония, архим. Софрония и архим. Иоанна схожи и соответствуют Преданию Церкви. Они имеют несколько отличные мнения в деталях, которые по большей части касаются пастырского аспекта таинства покаяния. На это, скорее всего, повлиял их собственный духовный опыт и церковная практика.


Примечание:

[1] См.: Антоний Сурожский, митр. Об исповеди. — М.: Фонд «Духовное наследие митр. Антония Сурожского», 2013. С. 9-10.

[2] См.: Антоний Сурожский, митр. Об исповеди… С. 12.

[3] См.: Антоний Сурожский, митр. Об исповеди… С. 13-14.

[4] См.: Иоанн (Крестьянкин), архим. Проповеди Великого Поста. — М.: Правило веры, 2014.

[5] См.: Иоанн (Крестьянкин), архим. Размышления о бессмертной душе. — Печеры: Издание Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, 2004. С. 139-140.

[6] См.: Иоанн (Крестьянкин), архим. Проповеди Великого Поста… С. 186.

[7] См.: Письма архимандрита Иоанна (Крестьянкина). — Печеры: Свято-Успенский Псково-Печерский мон., 2004. С. 400.

[8] См.: Иоанн (Крестьянкин), архим. Размышления о бессмертной… С. 138

[9] См.: Иоанн (Крестьянкин), архим. Проповеди Великого поста… С. 53.

[10] См.: Софроний (Сахаров), архим. Духовные беседы. Том 1. — Свято-Иоанно-Предтеченский мон., Изд-во «Паломник», 2003. С. 71.

[11] См.: Софроний (Сахаров), архим. Духовные беседы… С. 59.

[12] См.: Софроний (Сахаров), архим. Духовные беседы… С. 134-139.

[13] См.: Антоний Сурожский, митр. Быть христианином… Беседы / сост. Майданович Е. Л. — Электросталь, 2005. С. 33.

[14] См.: Антоний Сурожский, митр. Быть христианином… С. 154-155.

[15] См.: Письма архимандрита Иоанна (Крестьянкина)… С. 261.

[16] См.: Иоанн (Крестьянкин), архим. Опыт построения исповеди. — М.: Изд-во Сретенского мон., 2011. С. 3.

[17] См.: Софроний (Сахаров), архим. Духовные беседы… С. 253.

Источники и литература

1. Антоний Сурожский, митр. Быть христианином… Беседы / сост. Майданович Е. Л. — Электросталь, 2005. — 86 с.

2. Антоний Сурожский, митр. Об исповеди. — М.: Фонд «Духовное наследие митр. Антония Сурожского», 2013. — 261 с.

3. Иоанн (Крестьянкин), архим. Опыт построения исповеди. — М.: Изд-во Сретенского мон., 2011. — 252 с.

4. Иоанн (Крестьянкин), архим. Проповеди Великого Поста. — М.: Правило веры, 2014. — 327 с.

5. Иоанн (Крестьянкин), архим. Размышления о бессмертной душе. — Печеры: Издание Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, 2004. — 142 с.

6. Письма архимандрита Иоанна (Крестьянкина). — Печеры: Свято-Успенский Псково-Печерский мон., 2004. — 495 с.

7. Софроний (Сахаров), архим. Духовные беседы. Том 1. — Свято-Иоанно-Предтеченский мон., Изд-во «Паломник», 2003. — 384 с.

священник Алексей Черников — студент Санкт-Петербургской Духовной Академии, магистратура, библейско-богословское отделение, 2 курс


Опубликовано 21.06.2017 | Просмотров: 89 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter