Р.К. Лесаев. Научные зарубежные командировки профессора СПБДА Н.В. Покровского и их значение в развитии Российской церковно-археологической науки (1869-1917 гг.)

Р.К. Лесаев. Научные зарубежные командировки профессора СПБДА Н.В. Покровского и их значение в развитии Российской церковно-археологической науки (1869-1917 гг.)

Настоящий доклад, прочитанный на IV Студенческой научно-богословской конференции 10-11 мая 2012 г. в Санкт-Петербургских духовных школах, посвящен научным зарубежным командировкам профессора Санкт-Петербургской духовной академии Н.В. Покровского. Автор показывает специфику научных командировок Н.В. Покровского и их значение в развитии российской церковно-археологической науки.

В 1860-х гг. церковная археология в России, поставленная перед необходимостью сохранять, описывать, изучать и систематизировать памятники, стала бурно развиваться. Раз в три года устраивались археологические съезды, практически в каждой епархии учреждались комиссии по сохранению и описанию памятников, совершались экспедиции, создавались музеи и археологические общества. Эта деятельность соединила усилия светской и церковной науки, при этом многие светские ученые возлагали особые надежды на развитие церковной археологии в духовной школе, где церковно-археологические исследования могли опираться на богословское знание. Так, на I Археологическом съезде, состоявшемся в марте 1869 г. в Москве, особо была отмечена необходимость развития исследований в области церковной археологии. Многие ученые, не принадлежащие к духовно-учебным кругам, понимали важность развития церковной археологии именно в стенах духовных школ: необходимо было утвердить науку о церковно-археологических памятниках на богословской почве, определив ее место в богословской науке и разработав особый научный аппарат.

Духовная школа – конечно, прежде всего, высшая, – оказалась перед необходимостью отвечать на это вопрошание, строить систему подготовки соответствующих научных и преподавательских кадров, разрабатывать методы и программы исследований.

Однако с решением этих задач были сопряжены немалые сложности. Церковная археология была сравнительно молодой наукой в духовных академиях (лишь в 1869 г. она получила специальную кафедру, да и то в соединении с литургикой), опыта не было. Поэтому ждать от духовно-академической церковной археологии быстрых успехов не приходилось. Надежда была лишь на ученых-подвижников, талантливых и жертвенных, которые смогут освоить западные достижения в области церковной археологии, выработать самостоятельное направление, воспитать учеников [1, с. 191]. И хотя опасения в значительной степени оправдались, академии все же сумели дать плеяду замечательных ученых в области церковной археологии, состоятельность которых была признана и светскими учеными, и зарубежными коллегами. Одно из главных мест в этой плеяде, несомненно, занимает профессор СПбДА, а в дальнейшем и директор Санкт-Петербургского Археологического института Н.В. Покровский.

В данном докладе постараемся отметить период особого подъема научной деятельности Н.В. Покровского в развитии церковной археологии, показать, в чем была специфика научных командировок проф. Покровского и соответствующих результатов, и какой вклад в развитие российской церковно-археологической науки внесли эти результаты.

Покровский Николай Васильевич (1848-1917), прошедший обычный путь ученого представителя духовного сословия – Костромская духовная семинария (1870), СПбДА (1874) – в 1874 г. был оставлен в академии приват-доцентом по кафедре церковной археологии и литургики. Этот выбор руководства академии совпадал с интересами молодого ученого, ибо он еще на 3-м курсе выбрал для специализации группу наук, включавшую церковную археологию и литургику. Это было вызвано и тем, что данная дисциплина была «болевой точкой» в академическом курсе и представляла собой большое поле деятельности. В разработке курса не было самого главного – критического изучения греческих и славянских письменных и вещественных памятников.

В 1876–1877 гг. Н.В. Покровский был командирован за границу с целью ознакомления с методами преподавания церковной археологии и литургики в западноевропейских университетах и личного изучения памятников христианской старины, находящихся в западноевропейских музеях [2, 3, 4]. Сам Покровский возлагал большие надежды на эту поездку и вспоминал ее с благодарностью: «… на мою долю выпал тяжелый жребий, но скоро, одно счастливое обстоятельство обеспечило тяготу моего положения: я получил командировку за границу, с учено-образовательною целью» [5].

Действительно, с этого времени научные командировки стали заметным явлением в духовно-академической жизни. Ставя развитие богословской науки духовным академиям в непосредственную обязанность, Устав 1869 г. предоставил им и определенные возможности, способствующие такому развитию – эффективное вспомогательное средство для развития богословской науки – научные заграничные командировки [1, с. 172].

Чрезвычайно плодотворной для Покровского в образовательно-научном отношении оказалась эта командировка. Она помогла Покровскому выработать новое направление в преподавании и свой особый – литургический – метод в исследовании памятников церковной древности. Во время своего заграничного путешествия Покровский удивительно планомерно распределял свои занятия, энергично и настойчиво осуществляя намеченные задачи. В Страсбургском и Венском университетах слушал курсы лекций по археологии древне-христианского искусства, древне-христианской эпиграфике, истории живописи и др. Большее значение он приписывал курсу, прослушанному у проф. Крауса в Страсбурге. Также в эти годы посетил Италию, Швейцарию, Францию, в Риме изучал историю христианской живописи, занимался в катакомбах Каллиста, Цецилии, Агнии и др.

Итогом научной командировки стала полная переработка лекционного курса церковной археологии и литургики. Появление в печати курса лекций Покровского, несомненно, было отрадным фактом в истории церковно-археологической науки, существенно способствовавшим популяризации церковно-археологических знаний в широких кругах общества. Хороший прием книга встретила и за границей: Добберт в Byzantinische Zeitschrift (1896 г.) поместил подробную заметку, отзываясь о ней, как о «превосходном» руководстве. Следует отметить, что лекции Покровского давали новый материал сравнительно с западными учеными руководствами (проф. Крауса) не только по истории русского церковного искусства, но и византийского. Например, в учебное обращение впервые здесь были введены некоторые поздние византийские росписи. Курс лекций строился на основе новой систематизации памятников православного Востока. Покровский наглядно показывал развитие христианского искусства в разные исторические периоды и состоял из двух частей: церковной археологии и литургики.

Практические выводы о пользе музеев христианских древностей при учебных заведениях послужили начальным моментом организации Церковно-археологического музея в СПбДА (1879 г.), фонды которого формировались по определенной системе самого проф. Покровского. Следует отметить, что уже в отчетах о занятиях за границей Покровским была высказана мысль об учреждении при СПбДА небольшого Церковно-Археологического музея. Музей состоял из нескольких разделов: художественное литье и чеканка, иконы, шитье, лицевые росписи, снимки и слепки с предметов раннехристианских, византийских и славяно-русских древностей.

В церковной археологии есть область, где, если требуется особая дисциплинированность и дар наблюдательности, то, с другой стороны, необходимым и важным условием успешности изучения является и богословская эрудиция [6, с. 234]. Н.В. Покровский обладал всеми перечисленными выше качествами, которые ему очень пригодились и за границей, где он смог максимально реализовать все предоставленные ему возможности для исследования церковно-археологических памятников и их анализа.

Николаю Васильевичу часто приходилось касаться росписей, уже описанных и сравнительно исследованных, но у него получило при свете литургических трудов Софрония Иерусалимского, Германа Константинопольского, Симеона Солунского большую ясность и отчетливость богословское видение росписи сложившегося византийского типа. Причем, Покровский сумел выразить это в словах, настолько отвечавших богословским концепциям названных литургистов, что из него охотно приводятся дословные цитаты, как русскими, так и заграничными исследователями.

В 1883 г. Н.В. Покровский экстраординарный профессор, а с 1893 г. ординарный профессор и инспектор академии. В 1892 г. ему присуждена степень доктора церковной истории. Однако его деятельность не ограничивалась стенами духовной школы: Покровский приглашается Н.В. Качаловым в учрежденный им Санкт-Петербургский Археологический институт занять кафедру церковной археологии, где с 1878 г. становится ученым секретарем, в 1896 г. он становится зам. директора, а с 1898 г. по 1917 г. директором этого института.

Результатом второй поездки за границу, с 15 июля 1888 г. – 1 января 1889 г. (Турция, Греция, Италия, Франция) [7, 8, 9], стала докторская диссертация «Евангелие в памятниках иконографии, преимущественно византийских и русских» (СПб. 1892 г.). В процессе подготовки диссертации Покровский публикует ряд предваряющих статей, в которых рассматриваются преимущественно русские памятники: «Страшный Суд в памятниках византийского и русского искусства» (Одесса, 1887); «Определение Стоглава о св. иконах» (Христианское Чтение, 1883); «Миниатюры Евангелия Гелатского монастыря» (СПб., 1887); «Ипатьевская лицевая псалтирь 1591 г.» (Христианское Чтение, 1883); «О фресках Мирожского монастыря в Пскове» (Странник, 1886); «Миниатюры в греческих рукописях Московской синодальной библиотеки» (Христианское чтение, 1880) и др.

По мнению Покровского, в церковном искусстве, как с идейной стороны, так и со стороны внешнего выражения, важнейшее значение имеет образ Спасителя. Тема интерпретации образа Христа Спасителя в церковной изобразительном искусстве – в росписи храмов, декоративно-прикладной миниатюре, лицевых рукописях, иконах оставалась неисследованной, в том числе и западными учеными. В особенности оказались несистематизированными памятники византийские и русские, большей частью недоступные западным богословам. Тема научного исследования представляла художественно-эстетическую ценность иконографических памятников в их связи с литературными, эпическими и этнографическими славяно-русскими традициями. Покровский стал развивать дальше идею, раскрывая в памятниках старины их церковно-богословский смысл [10, с. 6-7].

Главный труд Покровского «Евангелие в памятниках иконографии – византийской и русской» состоит из девятнадцати монографических очерков, наиболее обширные исследования посвящены Благовещению, Рождеству Христову, Крещению, Тайной Вечери, Распятию и Воскресению. Текст диссертации сопровождает полный иконографический обзор как византийской, так и русской традиции. К пояснению композиций автор привлекает многочисленные данные письменных источников: церковных (в том числе и апокрифических), литературных, эпических.

В целом исследование представляет собой предметно-тематический каталог древних изображений, иллюстрирующих Евангельское повествование, не утерявший свою ценность и в настоящее время. Труд представляет большое значение для отечественного богословия, церковного искусства и археологии [10, с. 7-8].

Солидный труд был встречен в церковно-археологической науке буквально восторженно. Ф.И. Буслаев в отзыве на диссертацию пишет, что до сих пор занимались у нас древнехристианским и византийско-русским искусством только светские люди и потому ограничивались более художественной и технической стороной предмета, а не прямым и непосредственным отношением его к учению отцов церкви, к текстам литургий, к акафистам и вообще к церковной службе. Покровский первый возвел эти коренные и незыблемые основы в стройную систему. Также Буслаев отмечает, что иконография разрабатывалась только на Западе, начиная от Бозио и Аринги до Мартиньи, Пипера, Джованни Баттиста Росси и многих других, и, разумеется, в пределах римского католичества и протестантства. Покровский первый внес в эту науку обильные материалы православного восточного происхождения и на их прочной основе утвердил ее стройное здание [6, с. 13].

Покровский один из первых в русской науке при изучении византийско-русского и древнехристианского искусства обратил внимание на отношение искусства к текстам литургики и благодаря заграничным командировкам внес в науку богатые материалы православно-восточного происхождения, восполнив, таким образом, односторонние исследования западных протестантских и католических ученых [1, с. 191].

Публицистическое наследие Покровского представляет огромную научную ценность для церковно-археологической науки и вносит значи­тельный вклад в отечественную науку. К числу работ Н.В. Покровского относятся такие, как: «Новейшие воззрения на предмет и задачи «археологии» (СПб., 1879); «Происхождение древнехристианской базилики» (СПб., 1880 г., маг. дисс.); «Древнерусские брачные венцы» (СПб., 1881); «Археологические редкости Гелатского монастыря» (1881); «Стенные росписи в древних храмах греческих и русских» (Москва, 1890 г.); «Евангелие в памятниках иконографии, преимущественно византийских и русских» (СПб., 1892; док. дисс.); «Очерки памятников иконографии и искусства» (СПб., 1894г.); «Лицевой иконописный подлинник Антониева Сийского монастыря» (Вып. I-IV, СПб. 1898г.).

Покровский лично ознакомился и осмотрел важнейшие памятники христианской древности в разных городах Европы, некоторые изучил специально. Отмечал наличность благоприятных условий для подготовки кандидатов к занятию академических кафедр по церковной археологии и признавал необходимость открытия в духовной академии особой кафедры церковной археологии, в смысле науки о памятниках христианского искусства, особенно Византийских и Русских.

Имя Николая Васильевича Покровского в 1890 г. стало авторитетным в археологических кругах, в вопросах христианской иконографии он считался едва ли не первым знатоком не только у нас, но и за границей – высокое значение за сочинениями признано Западной наукой, черпающей в них сведения о памятниках византийского и русского церковного искусства, равно как общее освещение иконографических композиций. Коллеги Покровского считают эти годы «временем зенита его ученой славы», называя Покровского «первостепенным, великим ученым талантом, проявлявшим себя как мощная созидательная сила» [6, с. 236-237].

Взаимодействие с иностранными коллегами Покровского представляется здесь также важным моментом. В Берлине Покровский слушал богослова и археолога Ф. Пинера, в Страсбурге – церковного археолога Ф.К. Крауса и литургиста А. Крауса, в Риме исследователя катакомб Д. Б. Росси, в Вене – церковного историка И. К. Т. Отто, литургистов П. Ринера и Сиберини. Эти лекции послужили формированию круга научных интересов Покровского, ввели его в круг проблем, стоящих перед церковной археологией, способствовали освоению специальных научно-критических методов и выводов. Нельзя сказать, что Покровский не видел недостатков западных коллег. Наоборот, в высшей степени критически подходил к оценке, умело, подмечая все негативные стороны дела.

Характеризуя творческий путь Покровского, мы говорим, прежде всего, об археологе, историке, богослове русской самобытной школы. Протестантский или католический исследователь в произведениях христианского искусства видит лишь предмет старины. Для Покровского это в первую очередь святыни, имеющие символико-богословское значение, а затем уже предметы историко-художественного наблюдения [10, с. 9].

Таким образом, научные командировки Н.В. Покровского способствовали развитию новой области знания в высших духовных школах – церковной археологии. Покровский смог выработать новое направление в преподавании: в учебный курс были введены изученные в лучших европейских музеях древнехристианские памятники, элементы наук, отсутствующих в академическом образовании, но необходимых для полноценных занятий археологией. Покровский делает акценты на актуальности проблемы развития церковной археологии на уровне научном и учебном, ее важности, берется за неисследованные источники, которые могут принести большую пользу в сфере духовного образования.

Среди основных наболевших проблем для Покровского было упрочение положения церковной археологии, как предмета преподавания. Благодаря усиленным хлопотам и настойчивым указаниям, ему удалось добиться того, что церковная археология, первоначально объединенная с литургикой, была выделена в самостоятельную академическую кафедру. Критическая оценка предметов старины и их церковно-богословская интерпретация открыли широкие возможности для развития церковной археологии, которая, кроме того, была введена в круг семинарского обучения. Покровский быстро подготовил и издал учебник. Бесспорными достоинствами нового издания, как учебного пособия, являются его содержательность, прекрасное изложение и обилие иллюстраций.

Важнейшим результатом научных командировок Покровского стали новые идеи, привезенные из-за границы. Они заключались как в выводах, которые сделал для себя сам Николай Васильевич, так и в усвоенных теоретических установках. Например, коренное изменение сущности дидактики и методики преподавания: Покровский вводит новые методы работы со студентами – семинары, совместный разбор литературных памятников, письменные задания и пр. Эти изменения были вызваны ощущавшейся потребностью изменить прежнюю дидактику, которая более не подходила к тому огромному объему знаний, которые переполняли лиц, прошедших стажировку за границей. Научные командировки сыграли для Покровского двоякую роль: ему удалось, во-первых, собрать значительный фактический материал, а во-вторых, переосмыслить «старую науку». Неутомимый, исключительно продуктивный ученый исследователь много послужил самой популяризации церковно-археологического знания, с одной стороны как превосходный лектор, с другой – как автор первых у нас единственных учебников по церковной археологии. Его многочисленные труды не только ввели в область научного изучения массу нового церковно-археологического материала, но явились образцовыми по анализу иконографического содержания памятников.

Другим важным результатом влияния научной командировки стало проектирование и организация, по его инициативе и единоличными его стараниями, Церковно-археологического музея и создание в нем своей системы формирования фондов.

Научные командировки проф. Н.В. Покровскому не столько позволили получить знание за приделами своего Отечества, сколько исходную точку отсчета собственных научных исканий. А их содержание оказали значительное влияние на развитие церковной археологии в духовной академии и на общее направление интересов российских ученых.

Список литературы

1. Сухова Н.Ю. Научные командировки российских богословов за границу и их значение для российского духовного образования и богословской науки (вторая половина XIX –начало XX в.) // Вертоград наук духовных. Сборник статей по истории высшего духовного образования в России (XIX – начала XX века). М., 2007. С. 191.

2. Российский Государственный исторический архив (далее РГИА). Ф. 802. (Учебный комитет). Оп. 9. Д. 52. Год 1876. Л. 1-8. О командировании за границу доцента СПбДА по кафедре Священного Писания Ветхого Завета Ивана Якимова и приват-доцента той же академии по кафедре Церковной Археологии Н. Покровского. 16 марта 1876 г.

3. РГИА. Ф. 796. (Канцелярия Св. Синода). Оп. 157. Д. 1069. Л. 1-16. О командировании за границу с ученой целью доцента СПбДА Ивана Якимова и приват-доцента той же академии Николая Покровского. 1876 г.

4. Журналы заседаний Совета (далее ЖЗС) СПбДА за 1876-1877гг., стр. 118-130.

5. Покровский Н. В. Желательная постановка церковной археологии в духовных академиях // Христианское чтение (далее ХЧ). 1906. Т. I. № 3. С. 345.

6. Малицкий Н. Профессор Н.В. Покровский и его научные заслуги // ХЧ. 1917. Март-июнь. С. 234.

7. ЖЗС СПбДА за 1887-1888г., стр. 176-180.

8. Отдел рукописей Российской Национальной библиотеки (далее ОР РНБ). Ф. 593. Покровский Н.В. Оп. 1. Д. 8. Л. 5. Прошение Покровского Н.В. в Совет СПбДА о командировании его с научной целью с 15 июля 1888г. по 1 января 1889г. за границу (СПб., 20 января 1888г.).

9. ОР РНБ. Ф. 593. Покровский Н.В. Оп. 1. Д. 249. Долоцкий Петр. Письмо Покровскому Н.В. Рим. Советы в связи с предстоящей поездкой Покровского Н.В. в Грецию и Италию (7/19 июня 1888 г.).

10. Алексеев А.А. Николай Васильевич Покровский – доктор церковной истории // Покровский Н.В. Очерки памятников христианского искусства. СПб., 1999. С. 6-8.

Р.К. Лесаев, аспирант, (Россия, Москва, ПСТГУ)


Опубликовано 28.05.2012 | Просмотров: 184 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter