Приветственное слово епископа Гатчинского Амвросия, ректора СПбПДА, участникам форума «Слово в русско-итальянском культурном диалоге»

Слово епископа Гатчинского Амвросия на Божественной литургии в Красносельском храме Александра Невского

Приветственное слово на международной конференции «Церковнославянский язык и его влияние на современный русский язык и культуру», Рим, 6-7 июня 2011 года.

Сердечно приветствую всех участников международной конференции, посвященной интересному и важному вопросу влияния церковнославянского языка на современный русский язык и культуру.

Обозначенный в теме конференции вопрос приобрел особую актуальность в результате активного возрождения церковной жизни в течение последних 20 лет. Будучи языком Церкви, языком молитвы и общения с Богом, церковнославянский язык через церковную культуру начал оказывать заметное влияние на современное российское общество. Это хорошо видно на примере аскетической терминологии, которая была практически изгнана из лексикона обычного человека в советские годы. Тысячи новых верующих, пришедших в Церковь, сегодня заново открывают для себя термины, указывающие на различные проявления добродетели и порока, праведности и греха, такие, как «милосердие», «смирение», «кротость» или «гордыня». Парадоксальным образом церковнославянский язык перестает восприниматься как явление архаичное. Для верующих это — живой язык, не язык прошлого, а язык будущего, через который происходит приобщение к благодатной жизни Церкви.

Можно провести интересные параллели между новой ролью церковнославянского языка в жизни российского общества и теми преобразованиями, которые затронули духовные академии и семинарии в России в последние два десятилетия. Как и церковнославянский язык, духовные школы в советские годы были искусственно изолированы от жизни широких слоев населения, не могли оказывать на них существенного влияния. В условиях давления со стороны государства перед профессорами академий стояла задача сохранить имеющееся богословское наследие, и лишь по мере возможности они могли вести самостоятельные научные исследования.

Изменения, затронувшие Церковь, коснулись и духовных школ. Прежде всего, начались активные контакты с представителями светской науки, взаимный обмен накопленным опытом и знаниями. Началось введение в духовных школах современных методов преподавания и образовательных стандартов. При академиях стали регулярно издаваться научно-богословские и публицистические журналы; благодаря этим изданиями с богословскими исследованиями и жизнью духовных академий и семинарий могут ознакомиться как специалисты, так и широкие слои российского общества.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл два года назад поставил задачу включения духовных школ в болонский образовательный процесс. С одной стороны, это позволит добиться интеграции российских духовных школ в европейский образовательный процесс и сделает возможным более активное приобщение наших студентов к достижениям западной богословской науки. С другой стороны, эти преобразования направлены на повышение качественного уровня образования в духовных академиях и семинариях. Произошло принципиальное разделение богословского образования на три этапа: на первом этапе, в духовной семинарии, студенты получают широкое образование, изучают весь спектр богословских и церковно-практических дисциплин по программе бакалавриата. На втором этапе — в магистратуре при духовной академии — происходит специализация, позволяющая студентам приобрести навыки самостоятельной научно-исследовательской работы, которые в полной степени реализуются на третьем этапе, в аспирантуре при академии, при написании научной работы.

В заключение хотелось бы провести еще одну параллель — между студентами нынешних духовных академий и святыми равноапостольными Кириллом и Мефодием, стоявшими у истоков формирования церковнославянского языка. Блестящее светское образование, полученное св. Константином-Кириллом, братом св. Мефодия, было впоследствии использовано им в миссионерской деятельности. Св. Мефодий до своего церковного служения занимал должность военного губернатора одной из славянских автономий Византии и приобрел административный опыт. Соединение учености и практичности в виде союза двух братьев, умноженное на их апостольскую ревность, сделало возможным просвещение словом Божиим славянских народов на понятном им языке. Однако св. Кирилл и Мефодий не ограничивались миссионерской задачей — «обучая грамоте и приобщая местное население к богатой по содержанию и формам христианской и энциклопедической литературе»[1] они стали в полном смысле учителями славянских народов. Подобная двойственная задача миссионерства и учительства стоит перед студентами нынешних духовных академий, и осуществить ее возможно только в союзе учености и практической деятельности.


[1] Жуковская Л.П. От редактора // Истрин В.А. 1100 лет славянской азбуки. М., 1988. С. 6.


Опубликовано 07.06.2011 | Просмотров: 205 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter