Н.Д. Успенский. Англиканская литургия («Вечеря Господня») с православной точки зрения

Н.Д. Успенский. Англиканская литургия («Вечеря Господня») с православной точки зрения

ДОКЛАД НА АКТЕ В МОСКОВСКОЙ ДУХОВНОЙ АКАДЕМИИ В ЧЕСТЬ АРХИЕПИСКОПА КЕНТЕРБЕРИИСКОГО М. РАМЗЕЯ 3 августа 1962 года

В задачу настоящего доклада входит рассмотрение англиканской литургии, или Вечери Господней (Lords supper), с точки зрения соответствия ее таинству Евхаристии Православной Церкви, имея в виду только литургическую сторону этого таинства и не касаясь канонических требований, предъявляемых к его совершению в Православной Церкви.

Рассмотрение англиканской Вечери Господней с точки зрения соответствия ее таинству Евхаристии Православной Церкви — вопрос не новый. Он затрагивался в нашей отечественной богословской литературе, посвященной англиканству. Чаще всего авторы высказывались в том смысле, что англиканская Вечеря Господня не удовлетворяет православному учению об Евхаристии. Основаниями к такому выводу им служила неясность учения об Евхаристии в «Артикулах, принятых архиепископами и епископами обеих провинций, равно как и всем духовенством в происходившей в Лондоне в 1562 году конвокации, в целях устранения разнообразия в мнениях и установления согласия относительно истинной религии» [так называемые 39 членов англиканского исповедания] и отсутствие в англиканской евхаристической молитве, или анафоре Вечери Господней, традиционного для византийской литургии эпиклезиса с призыванием на освящаемые дары Святого Духа.

Остановимся на первом из указанных оснований. Из 39 артикулов веры Англиканской Церкви вопросу Евхаристии посвящены четыре: 28-й, 29-й, 30-й и 31-й.

28-й артикул гласит: «Вечеря Господня не есть только знак любви, которую должны иметь друг к другу христиане, но скорее есть таинство нашего искупления чрез смерть Христову, так что для того, кто искренне, достойно и с верой принимает его, хлеб, который мы преломляем, есть причастие Тела Христова, подобно и чаша благословения есть причастие Крови Христовой».

«Пресуществление [или изменение вещества (the substance) хлеба и вина] в Вечери Господней не может быть доказано Священным Писанием, оно противоречит ясным словам Писания, ниспровергает природу таинства и дало повод к многим суевериям».

«Тело Христово преподается, принимается и вкушается на Вечери только небесным и духовным образом. И вера есть средство, которым на Вечери принимается и вкушается Тело Христово».

«Святыня таинства Вечери Господней, по заповеди Христовой, не заготовлялась про запас, не переносилась, не была возносима и не была предметом поклонения (worshipped)».

29-й артикул гласит: «Нечестивые и те, кто не имеет живой веры, хотя телесно и видимо вкушают своими зубами (как говорит святой Августин) святыню Тела и Крови Христовой, однако они никоим образом не причащаются Христа, но вкушение и питие знака или святыни такого великого таинства, напротив, служит к их осуждению».

30-й артикул гласит: «Не должно отказывать мирянам в Чаше Господней, потому что обе части святыни Господней, по указанию и повелению Христа, должны служить одинаково всем христианам».

31-й артикул: «Жертва Христова, однажды совершенная, есть совершенное искупление, очищение и удовлетворение за все грехи всего мира, как первородный, так и совершаемые, и нет другого удовлетворения за грех, как только эта жертва. Поэтому жертвоприношение мессы, в котором, как обычно говорилось, священник приносит Христа за живых и умерших в избавление от наказания или вины, — богохульная выдумка и опасный обман».

Резкий тон выражения артикулов там, где идет речь о пресуществлении, как об изменении вещества евхаристических хлеба и вина (арт. 28 ), и о мессе, как о жертве, совершаемой священником в избавление живых и умерших от наказания за грехи (арт. 31 ), возражение против особых церемоний, или обрядов, изнесения и поднятия Святых Даров для поклонения им (арт. 28 ), наконец, требование причащать мирян двумя видами Святых Даров (арт. 30 ), — все это указывает, что артикулы были направлены на очищение Евхаристии от тех искажений и отступлений, которые допустила в ней в свое время Римская Церковь, но не на раскрытие положительного учения о Евхаристии. Последнее ограничивает с утверждением , что Евхаристия есть таинство, в котором искренне, достойно и с верой принимающий его причащается Тела и Крови Христовой (арт. 28 ). Разъяснение же 29-го артикула о том, что нечестивцы и не имеющие живой веры, принимая Святые Дары, не причащаются Христа, но получают за это осуждение, говорит о том, что Англиканская Церковь в учении о Евхаристии признает объективное и реальное присутствие в ней Тела Христова. Так понимают эти артикулы англиканскиеие богословы. Англиканска Церковь, говорит В. Пальмер, следуя примеру Господа Иисуса Христа и апостолов и утверждаясь на их авторитете, верует, что благословение, или освящение, хлеба и вина не остается без действия, но производит реальную перемену (real change), ибо, когда таинство (sacrament) совершено таким образом, она смотрит на него как на такую божественную вещь, такую небесную пищу, к которой мы не должны дерзать приступать с неприготовленными умами, и что грешники, хотя они причащаются только хлеба и вина, причащаются их в свое осуждение, поскольку оказывают пренебрежение к Телу Господню, которое истинно присутствует в этом таинстве (W. Palmer. A Treatise on the Church of Christ: designed chiefly for the use of students in Theology. Vol. I p.404. London 1842).

Здесь уместно так же напомнить, что на богословских собеседованиях англиканских и русских православных богословов в Москве в июле 1956 года глава англиканской делегации, ныне Архиепископ Кентерберийский, д-р А. М. Рамзей сделал пояснение в связи с докладом проф. А. И. Иванова «Вопросы, касающиеся англиканских формулировок (39 членов)», деление субстанционального присутствия, которое богословы на Западе понимают как «транссубстанцию», но не отвергает доктрины об изменении элементов при освящении и о реальном присутствии Христа в таинстве (из стенограмм отчета собеседований 23 июля 1956 года).

Было бы большой ошибкой давать оценку англиканской литургии с православной точки зрения только на основании сказанного о Вечери Господней в 39 артикулах веры. Дело в том, что 39 артикулов — это не единственный вероисповедный документ Англиканской Церкви. Его хорошо охарактеризовал 60 лет тому назад англиканский епископ Джон Вордсворт. Он сказал, что «хотя эти артикулы и содержат в себе немало ценных определений христианской истины, но они все-таки скорее параграфы, касающиеся веры, но не исповедание веры, так как главной задачей их с самого начала было поддержание мира и устранение известного рода заблуждений, чтобы заградить уста всякому сварливому спорщику и чтобы наша Церковь могла таким образом обеспечить внутренний мир» (Teaching of the Church of England on some points of religion. P. 13. London 1903).

Мы должны обратиться к самому чину Вечери Господней и искать положительного изложении учения Англиканской Церкви об Евхаристии в текстах ее молитв и наставлений (exhortation), с которыми англиканский священник обращается к участникам богослужения.

Вечер Господня начинается чтением молитвы Господней, к которой присоединяется краткая молитва (коллект) об очищении помышлений молящихся вдохновением Святого Духа. Затем священник читает десять заповедей Моисеевых. Народ же на каждую заповедь отвечает: «Господи, помилуй нас и склони сердца наши к соблюдению сего закона».

В Англии далее следует молитва священника о здравии королевы. В других англиканских церквах она не читается, но за десятью заповедями следует дневной коллект и чтение апостольского послания и Евангелия. Затем все верующие читают Символ веры [замечу, что Англиканская Церковь, хотя употребляет в Символе веры Filioque, но в ее богословии этой вставке придается значение не большее, чем у Отцов Восточной Церкви выражению διά του Υιου ].

Далее следует проповедь, после которой священник возвращается к Престолу и громко произносит места из Священного Писания, поучающие благотворительности. Диакон же или причетник в это врем ходит по храму с блюдом и собирает пожертвования, которые затем приносит к священнику и последний полагает это блюдо на Престол. Диакон или причетник идет в западную часть храма и оттуда приносит на блюде хлебы в количестве, необходимом для причащения, и чашу с вином. В это время верующие поют офферторий. Священник принимает хлебы и вино и полагает их на Престоле, затем по окончании оффертория читает возгласно молитву «о благостоянии (for the whole state) Христовой Церкви, воинствующей здесь, на земле». Затем он обращается с наставлением к готовящимся к причащению Святых Тайн, после чего причастники, став на колени, выслушивают молитву общей исповеди, которую иерей читает также коленопреклоненно. Прочитав молитву, иерей встает и произносит над коленопреклоненными верующими разрешительную молитву. Затем он приступает к освящению Даров. После возглашений «Горе имеим сердца», «Имамы ко Господу», «Благодарим Господа» верующие поют «Достойно и праведно есть тако творити», священник же тайно читает евхаристическую молитву, освящает Дары, причащается сам и причащает сослужащих клириков, а затем и мирян. Все причащаются под двум видами. По причащении всех желающих священник читает вслух молитву Господню медленно, так, что верующие повторяют ее за ним. Потом священник читает вслух благодарственную молитву по причащении, все поют или читают великое славословие «Слава в вышних Богу…», и священник отпускает верующих словами благословения. Если артикулы веры Англиканской Церкви недостаточно раскрывают учение последней о Евхаристии, то в самой Вечере Господней достаточно ясно выражается вера в то, что Тело и Кровь Христовы присутствуют в этом священнодействии, присутствуют реально и объективно в самих евхаристических элементах — в хлебе и вине и, независимо от достоинства причащающихся их, присутствуют не каким-либо сосуществованием с хлебом и вином, но так, что хлеб и вино становятся Телом и Кровью Спасителя нашего. В увещаниях (exhortation), с которыми священник обращается к причастникам. Вечер Господня называется святым таинством (holy mystery), небесным пиром (heavenly feast), святой трапезой (holy table), трапезой Господней (Lords table). Хлеб и вино, преподаваемые причастникам, называются святым причащением Тела и Крови Спасителя нашего Христа (holy communion of the Body and Blood of our Savior Christ). Причастники призываются очистить свою совесть перед принятием Святых Тайн и предупреждаются, что причащающиеся недостойно повинны против Тела и Крови Христовых (are guilty of the Body and Blood of Christ our Savior) и что, кто ест и пьет, не рассуждая о Теле Господнем, ест и пьет осуждение себе; мы возжигаем гнев Божий и навлекаем на себя Его кары — различные болезни, разные роды смерти (We eat and drink our own damnation not considering the Lords Body; we kindle Gods wrath against us; we provoke Him to plague us with diverse diseases and sundry kinds of death).

Читая евхаристическую молитву, священник молится: «Даруй нам, милосердный Господи, так вкушать Тело возлюбленного Сына Твоего Иисуса Христа и так пить Кровь Его, дабы грешные тела наши соделались чистыми Плотню Его, и души наши омылись пречистой Кровию Его, и дабы пребывали мы в Нем , и Он в нас» (Grant us therefore, gracious Lord, so to eat the Flesh of Thy dear Son Jesus Christ and to drink His Blood, that our sinful bodies may be made clean by His Body, and our souls washed through His most precious Blood, and that we evermore dwell in Him, and He in us). В другом месте той же евхаристической молитвы священник просит Бога: «Услыши нас, благоутробный Отче, смиренно молим Тебя, и даруй, да будем мы, принимая от Твоего творения — хлеба и вина, по святому установлению Сына Твоего, Спасителя нашего Иисуса Христа, в воспоминание смерти Его и страдания, причастниками Его преблагословенной Плоти и Крови» (Hear us, o merciful Father, we most humbly beseechThee, and grant that we receiving these Thy creatures of bread and wine, according to Thy Son our Savior Jesus Christ’s holy institution in remembrance of His death and passion, may be partakers of His most blessed Body and Blood).

Преподавая Святое Тело, священник обращается к каждому из причастников со словами: «Тело Господа нашего Иисуса Христа, Которое было дано за тебя, да сохранит тело твое и душу в ж и з н ь вечную. Приими и вкуси сие в воспоминание, что Христос умер за тебя, и питайся им в сердце твоем с верой и благодарением» (The Body of our Lord Jesus Christ, which was given for thee, preserve thy body and soul unto everlasting life. Take and eat this in remembrance that Christ died for thee and feed on Him in thy heart by faith with thanksgiving). Точно так же, преподавая Святую Кровь, священник говорит каждому причащающемуся: «Кровь Господа нашего Иисуса Христа, излиянная за тебя, да сохранит тело твое и душу в жизнь вечную. Пей от нее в воспоминание, что Кровь Христа пролита за тебя, и будь благодарен» (The Blood of our Lord Jesus Christ, which was shed for thee, preserve thy body and soul unto everlasting life. Drink this in remembrance that Christ’s Blood was shed for thee, and be thankful).

В благодарственной молитве по причащении читаем: «Вседушно благодарим Тебя за то, что Ты сподобил нас, кто достойно принял сии святые тайны, напитаться духовной пищей пречистого Тела и Крови Сына Твоего, Спасителя нашего Иисуса Христа» (We most heartily thank Thee, for that Thou dost vouchsafe to feed us, who have duly received these holy mysteries, with the spiritual food of the most precious Body and Blood of Thy Son our Savior Jesus Christ.

Приведенных мест из текстов Вечери Господней достаточно, чтобы видеть, что Англиканска Церковь признает реальное и объективное существование Тела и Крови Христовых в евхаристических дарах и верует, что причащающиеся с чистой совестью и теплой верой соединяются со Христом и пребывают во Христе, и Христос в них (then we dwell in Christ, and Christ in us; we are one with Christ, and Christ with us).

Православная Церковь учит, что Евхаристия представляет собой не только таинство, в котором мы приобщаемся Тела и Крови Христовых, но вместе с тем является и бескровным жертвоприношением, где Сам Христос является приносящим и приносимым, освящающим и освящаемым. Признает ли такое значение за Евхаристией Англиканская Церковь?

Такой вопрос естественен, поскольку один из артикулов веры — 31-й — говорит только о жертве Христовой, однажды совершенной на Голгофе, как удовлетворяющей за первородный грех и за все грехи, совершаемые людьми. Вместе с этим артикул осуждает учение о мессе, как о принесении священником Христа в жертву за живых и умерших во избавление их от наказания за грехи. Такое мнение артикул называет «богохульной выдумкой и опасным обманом».

Рассмотрим этот вопрос. Как было сказано выше, артикулы веры, касающиеся таинства Евхаристии, были направлены против искажений, допущенных в средние века богословами Римской Церкви. В частности, артикул 31-й был направлен против учения о мессе, как продолжении или воспроизведении священником Голгофской жертвы, что явно противоречит учению ап. Павла о значении голгофского жертвоприношения ( Евр. 9, 24—28 ).

Содержание молитв Вечери Господней говорит о том, что Англиканская Церковь не отрицает жертвенного значения Евхаристии. В увещании, с которым священник обращается к причастникам перед общей исповедью, говорится: «И больше всего должны вы принести смиренное и сердечное благодарение Богу — Отцу, Сыну и Святому Духу — за искупление мира смертию и страданиями Спасителя нашего Христа, Бога и Человека, Который смирил Себя до крестной смерти за нас, грешников, пребывающих во тьме и сени смертной, смирил Себя, чтобы нас сделать чадами Божиими и возвести нас к вечной жизни. И чтобы мы всегда вспоминали превосходящую любовь Учителя нашего и единственного Спасителя Иисуса Христа, умершего за нас, вспоминали бы и те бесчисленные благодеяния, которые Он стяжал нам пролитием Своей бесценной крови. Он установил и устроил Святые Тайны, как залог любви Своей и ради постоянного памятования о Его смерти, к великому и бесконечному утешению нашему» (And above all things ye must give most humble and hearty thanks to God, the Father, the Son, and the Holy Ghost, for the redemption of the world by the death and passion of our Saviour Christ, both God and man; who did humble himself, even to the death upon the Cross, for us miserable sinners, who lay in darkness and the shadow of death; that he might make us the children of God, and exalt us to everlasting life. And to the end that we should alway remember the exceeding great love of our Master and only Saviour Jesus Christ, thus dying for us, and the innumerable benefits which by his precious blood-shedding he hath obtained to us; he hath instituted and ordained holy mysteries, as pledges of his love, and for a continual remembrance of his death, to our great and endless comfort). В евхаристической молитве говорится, что Иисус Христос, принявший смерть на кресте ради нашего искупления и принесший полную, совершенную и удовлетворительную жертву за грехи всего мира, «установил и во святом Евангелии заповедал нам продолжать беспрерывно воспоминание сей Его драгоценной смерти до тех пор, пока Он опять не придет» (and did institute, and in his holy Gospel command us to continue, a perpetual memory of that his precious death, until his coming again). В той же молитве смысл евхаристической жертвы выражен в словах: «Услыши нас, благоутробный Отче, смиренно молим Тебя, и даруй нам, да будем мы, принимая от Твоего творения — хлеба и вина, по святому установлению Сына Твоего, Спасителя нашего Иисуса Христа, в воспоминание смерти Его и страдания, причастниками Его преблагословенной Плоти и Крови» (Hear us, O merciful Father, we most humbly beseech thee; and grant that we receiving these thy creatures of bread and wine, according to thy Son our Saviour Jesus Christs holy institution, in remembrance of his death and passion, may be partakers of his most blessed Body and Blood).В благодарственной молитве по причащении участие в Евхаристии называется «жертвой славословия и благодарения» (Sacrifice of praise and). Здесь Церковь молится о том, чтобы причастники, представляющие свои души и тела Богу в жертву разумную, святую и живую, исполнялись через причащение Святых Тайн благодати и благословения духовного (And here we offer and present unto thee, O Lord, ourselves, our souls and bodies, to be a reasonable, holy, and lively sacrifice unto thee; humbly beseeching thee, that all we, who are partakers of this holy Communion, may be fulfilled with thy grace and heavenly benediction).

Ламбетская Конференция 1958 года уделила вопросу о евхаристическом жертвоприношении особое внимание: « Жертва Христа, — говорится в докладе Комитета Книги Общих Молитв, — как предложение добровольного послушания, включала не только смерть Его на кресте, но и все, что содействовало смерти, так что последняя является кульминацией, и то, что совершилось на Голгофе, завершилось в Воскресении и Вознесении. Эта жертва одна навсегда, и она неповторима, однако она не только прошедший факт. Она не только исторический случай, но также и откровениевечной истины. Христос есть Агнец, закланный до основания мира и седящий одесную Бога в силе бесконечной жизни. Поэтому факт, имевший место в прошлом, постоянно повторяетс в настоящем действием Святого Духа . «Он от Моего возьмет и возвестит вам» (Иоан. 16. 14)».

Изложив богословские основания к признанию евхаристической жертвы. Конференция далее раскрывает сущность нашего участи в ней. « Жертва Христа на кресте совершилась ради нас. Он умер как наш Искупитель. Н о умерший однажды, Христос всегда живет и находится в нас, — Он живет в наших сердцах верой. Благодарч этой связи мы отождествлены с Ним и в смерти, и в страданиях, и в Его жизни по воскресении, и в славе… В крещении мы соединяемся с Ним по подобию Его смерти (Рим. 6, 5), а в Евхаристии пребываем в Нем , так как вкушаем Его Тело и пьем Его Кровь (Иоан. 6, 56 ). Так мы идем к Богу со Христом и через Христа, нашего Первосвященника. Мы ничего не можем предложить Богу, потому что мы сами получили все от Него, и мы предлагаем Ему нашу молитву и благодарение за жертву Христову о нас, предлагаем нас самих во Христе Богу. Таким образом, мы являемся соучастниками жертвы Христовой [здесь Конференция ссылается на слова ап. Павла : «Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова?» (1 Кор. 10, 16)]. Наша жертва —в нащей постоянной молитве Богу через Христа [здесь Конференция ссылается на слова ап. Павла : «Итак, будем чрез Него непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть плод уст, прославляющих им Его» (Евр. 13, 15)] и в служении нашей жизнью и страданиями ради Него в мире [здесь Конференция имеет в виду слова ап. Павла: «…Для Него от .всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа и найтись в Нем не со своей праведностью, которая от закона, но с той, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере, чтобы познать Его, и силу воскресения Его, и участие в страданиях Его, сообразуясь смерти Его, чтобы достигнуть воскресения мертвых» (Филип. 3, 8—11)].

Изложив сущность евхаристической жертвы, Конференция вновь подтвердила, что евхаристическая жертва не является какой-либо новой жертвой Христа или дополнительной жертвой к Его собственной жертве, как объяснял и ее средневековые католические богословы, но нашим участием в жертве Христовой. Поэтому Конференция осудила практику совершения Евхаристии без причащения мирян, а также взгляд, будто евхаристическое приношение совершается индивидуально священником, а не всеми участвующими в Евхаристии верующими, и мнение, будто в Евхаристии приносятся дары , чтобы умилостивить Бога (The Lambeth Conference 1958. The Encyclical Letter from the bishops together with the Resolutions and Reports. 2. 84-85).

С православной точки зрения, объяснение Ламбетской Конференцией сущности евхаристической жертвы не вызывает возражения. Конференция сказала то, что сказал в свое время преп. Иоанн Дамаскин в поэтической форме изложения: «Вчера я спогребался с Тобой, Христе, сегодня восстаю с Тобой воскресшим; я сраспинался с Тобой вчера, Сам прославь меня, Спасе, во Царствии Твоем». Равным образом нельзя не согласиться с предупреждениями Конференции против неправильных представлений о Евхаристии. Древняя Церковь смотрела на Евхаристию как на таинство, совершаемое и принимаемое всеми членами той или иной христианской общины, или малой Церкви. Отсюда происходит самое название Евхаристии литургией. Общественный характер совершения Евхаристии соблюдается в Православной Церкви до настоящего времени и особенно наглядно выражен в чтении евхаристической молитвы, когда иерей возгласно произносит отдельные фразы из этой молитвы, например, «Победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще» или «Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся», а верующие продолжают песненно последующие слова той же евхаристической молитвы.

Перейдем к вопросу об эпиклезисе. Следует заметить, что в Англиканской Церкви существуют две редакции евхаристической молитвы. Одна из этих редакций, принята в Епископальной Церкви США, в Шотландской Епископальной Церкви и в ряде других поместных англиканских церквей, имеет эпиклезис. В Книгах Общих Молитв разных церквей он несколько варьируется.

В Книге Общих Молитв Американской Епископальной Церкви эпиклезис изложен так: «И мы смиренно просим Тебя, о, милосердный Отче, услыщи нас, и по Твоей неизреченной благости благослови и освяти Твоим словом и Святым Духом сии Твои дары (bless ana sanctify with Thy word and Holy Spirit these Thy gifts) и творения от хлеба и вина, дабы мы, принимая их, согласно святому установлению Сына Твоего, нашего Спасителя Иисуса Христа, в воспоминание Его смерти и страдания, были причастниками Его пречистого Тела и Крови» (The Book of Common Prayer. New York, 1893).

В Книге Общих Молитв Шотландской Епископальной Церкви говорится: «И мы, Твои недостойные рабы, молим Тебя, милосердный Отче, услыши нас и ниспосли Духа Твоего Святаго на нас и на сии дары Твои и творения от хлеба и вина, дабы благословляемое и освящаемое в настоящее врем Его животворящей силой соделалось Телом и Кровию Твоего возлюбленнаго Сына…» (send Thy Holy Spirit upon us and upon these Thy gifts and creatures of bread and wine that, being blessed and hallowed by His lifegiving power, they may become the Body and Blood of Thy most dearly beloved Son…— The Scottish Book of Common Prayer. EdinburghLondon, 1929, р. 316).

В Книге Общих Молитв, рекомендованной в 1928 году для всех англиканских поместных церквей, эпиклезис читается так: «Услыши нас, о, милосердный Отче, мы смиренно молим Тебя, и со Святым Твоим и Животворящим Духом благослови и освяти нас и эти Твои дары от хлеба и вина, чтобы они были для нас Телом и Кровию Сына Твоего, Спасителя нашего Иисуса Христа, чтобы мы, приняв их, укрепились и оживились и телом, и душой…» (Hear us, merciful Father, we most humbly beseech Thee, and with Thy Holy and lifegiving Spirit vouchsafe to bless and sanctify both us and these Thy gifts of bread and wine, that they may be unto us the Body and Blood of Thy Son, our Savior, Jesus Christ, to the end that we, receiving the same, may be strengthened and refreshed both in body and soul…— The Book of Common Prayer with the additions proposed in 1928. Oxford, p. 334).

В другой редакции «Вечери Господней», принятой на территории Англиканской государственной Церкви, эпиклезис с призыванием на освящаемые дары Святого Духа отсутствует. Молитвой освящения даров (The Prayer of Consecration) здесь называется та часть анафоры, где приводятся слова установления таинства Господом: «Приимите, ядите… Пиите от нея вси…» Сакраментальное значение этой части анафоры подтверждается одной из рубрик в чинопоследовании «Вечери
Господней», где сказано, что священник в случае недостатка Святых Даров , ввиду множества причастников, должен дополнительно освятить нужное количество хлебов, начав евхаристическую молитву со слов: «Спаситель наш Христос в ночь, когда Он был предан, взяв хлеб и воздав благодарение, преломил его и дал Своим ученикам, говоря: «Приимите, ядите…» Также в случае недостатка Святой Крови он должен освятить нужное количество вина, начав читать анафору со слов: «Подобным образом по вечери принял Чашу и, воздав хвалу, дал ее Своим ученикам, говоря: «Пиите от нея вси»».

Отсутствие в данной редакции анафоры эпиклезиса с призыванием Святого Духа объясняется тем, что он отсутствует и в анафоре римской литургии, которая послужила для нее основой и образцом. Но это ни в какой мере не означает отрицания Англиканской Церковью необходимости молитвы с призыванием на участников «Вечери Господней» наития Святого Духа . Ламбетская Конференция 1958 года обсуждала вопрос, следует ли включить в анафору данной редакции «Вечери Господней» призывание Святого Духа на молящихся или на хлеб и вино. Конференция нашла это включение нецелесообразным, потому что Святой Дух наполняет и оживляет весь ритуал, поэтому так называемый «коллект об очищении» имеет глубокий богословский смысл (The Holy Spirit informs and vivifies the whole rite and that the socalled Collect for Purity has in consequence a profound theological significance). Коллект, который имеет в виду Конференция, читается священником в начале «Вечери Господней» и представляет собой молитву с призыванием Святого Духа на присутствующих: «Всемогущий Боже , Которому все сердца открыты, все желания известны и для Которого нет скрытых тайн, очисти помыслы сердец наших вдохновением Святого Твоего Духа (cleanse the thoughts of our hearts by the inspiration of Thy Holy Spirit), да истинно возлюбим Тебя и достойно возвеличим святое им Твое о Христе Иисусе, Господе нашем. Аминь».

Попутно с этим Конференция отметила, что освящение Даров совершается не отдельными сакраментальным и формулами и не в определенные моменты, когда эти формулы произносятся, а во всей Евхаристии, то есть во всем множестве евхаризмов, возносимых Церковью во время совершени таинства. Здесь Конференции исходит из первоначального библейского понятия благословения. В библейском еврейском языке это понятие передаетс словом «barach», что значит благословлять; самые же благословения у евреев носили характер благодарений. В греческом языке нет термина, вполне соответствующего еврейскому «barach». Поэтому ап. Павел употребляет глаголы ευχαριζω и ευλογω, как равнозначащие: «Если ты будешь благословлять (ευλογειν) духом, то стоящий на месте простолюдина как скажет «аминь» при твоем благодарении (ευχαριστια)?» (1 Кор. 14, 16 ). Поэтому ап. Павел говорит, что благодарение имеет силу освящающего акта: «…Всякое творение Божие хорошо, и ничто не предосудительно, если принимается с благодарением, потому что освящаетс словом Божиим и молитвою» (1 Тим. 4,4-5).

Освящение евхаристических даров происходит через благодарение, и в этом заключается глубокий смысл слова «Евхаристия», которым называется таинство Причащения Тела и Крови Христовых. «Слово Божие, принятое народом Божиим и возвращающееся обратно к Богу из уст тех, кто воздает благодарения, действительно освящает творения, над которыми оно произнесено» (The word of God accepted by the people of God and coming back to God from the lips of those giving tranks, actually sanctifies the creatures over which it is pronounced. — The Lambeth Conference 1958. The Encyclical Letterp. 2, 65).

Заявление Ламбетской Конференции о том, что евхаристические дары освящаются не какой — либо сакраментальной формулой, а евхаризмами в целом, которые произносятся над предложенными Дарами, находит подтверждение в литургической практике древней Церкви. Евхаристическая молитва в Дидахи, известна в науке как самая рання запись анафоры, не содержит ни слов установления, ни призывания Святого Духа на предложенные Дары. В то же время она представляет собой ряд евхаризмов. Такой же характер носит освящение Даров в Евхаристии, описываемой св. Иустином: « К предстоятелю братии приносят с хлеб и чаща воды и вина; он, взяв это, воссылает именем Сына и Духа Святого хвалу и славу Отцу всего и многажды (επι πολυ) совершает благодарение за то, что Он удостоил нас этого. После того, как он совершит молитвы и благодарение (ευχαριστιαν), весь присутствующий народ отвечает: «Аминь»» (1- Апология, гл. 65) . Св. Иустин не говорит об эпиклезисе. Это видно из дальнейших слов его Апологии, где он указывает, что евхаристические дары освящаются в силу непреложности слов Христа: « Приимите, ядите, сие есть Тело Мое…» и « Пийте от нея вси, сия есть Кровь Моя…» «Мы принимаем это не как обыкновенный хлеб или обыкновенное питие, но, как воплотившийся по слову Божию Иисус Христос, Спаситель наш, имел и плоть, и кровь для спасения нашего, так, по нашему учению, и эта евхаристическая пища, от которой чрез превращение питаются наша кровь и плоть, по силе молитвенных слов. Им изреченных (δια ευχης λογου του παρα αυτου) , есть Плоть и Кровь Того воплотившегося Иисуса» (1-Апология, гл. 66). Эту же мысль о совершении евхаристического таинства в силу заповеди о том Господа высказывает св. Иоанн Златоуст: « Не человек претворяет предложенное в Тело и Кровь Христа, но
Сам распятый за нас Христос. Представляя Его образ, стоит священник, произнося те слова, а действует сила и благодать Божия. « Сие есть Тело Мое», — сказал Он. Эти слова претворяют предложенное, и как изречение «раститесь и множитесь и наполняйте землю », хотя произнесено однажды, но в действительности во все время дает нашей природе силу к деторождению, так и это изречение, произнесенное однажды ,с того времени до ныне и до Его пришествия делает жертву совершенной на каждой трапезе в церквах» («О предательстве Иуды», беседа 1-я).

Термин «эпиклезис», как призывание благодати на евхаристическое приношение, впервые встречается у св. Иринея Лионского. Он говорит об еретике Марке, который, совершая Евхаристию и длинно растягивая слова призывания (και επι πλεον εκτεινων τον λογον της επικλησεως), делал то, что чаша становилась багряной, почему думали, будто по силе его призывания все вышняя благодать источала в нее свою кровь, и присутствующие сильно желали вкусить этого пития, чтобы и на них излилась призываемая этим магом благодать («Против ересей», I, 13; св. Ипполит. «Философумены», VI, 40; Епифаний Кипрский, «Ереси», XXXIV, I).

В другом месте св. Ириней говорит об эпиклезисе православной Евхаристии. «Мы приносим Богу хлеб и чашу благословения, благодаря Его за то, что Он повелел земле произрастить эти плоды в нашу пищу, и затем, совершив приношение, призываем Святого Духа, чтобы Он показал эту жертву: Хлеб — Телом Христовым и Чашу — Кровию Христовой» (отрывок из неизвестного сочинения св. Иринея:Migne, Р. С, 1 VII, соl. 1253).

На основании сообщений св. Иринея можно сделать вывод, что в его время эпиклезис, как призывание благодати Святого Духа на предложенные Дары, уже был известен настолько, что его употребляла не только Церковь, но и еретические общины. Однако и в ближайшие столетия после св. Иринея в литургической практике имело место освяшение Даров без призывания на них Святого Духа. Так, в евхаристической молитве такого древнего памятника как Testamentum Domini Jesu Christe, вместо эпиклезиса о нисхождении Святого Духа имеется обращение к Святой Троице — к Господу Иисусу Христу прежде всего, затем к Богу Отцу и Святому Духу — с молением о том, чтобы Бог во Святой Троице принял предложенные хлеб и вино к Своей святости (Offeremus Tibi hanc gratiarum actionem, Aeterna Trinitas, Domine Jesu Christe, Domine Pater…, Domine Spiritus Sancte, adfer potum hunc et escam hanc sanctitatis Tuae… — Testamentumlib. 1, cap. XXIII).

Особенный интерес в этом отношении представляет евхаристическая молитва св. Сарапиона, еп. Тмуитского. Всамом начале молитвы св. Сарапион просит Бога Отца даровать совершающей Евхаристию Церкви Духа Святого для того, чтобы эта Церковь могла высказать и изъяснить неизреченные Божий тайны, чтобы Сам Господь Иисус Христос и Святой Дух говорили в нас, и Дух Святой через нас вознесение хвалы Богу Отцу.«Соделай нас живыми людьми, даруй нам Духа Своего, дабы мы знали Тебя, истинного и Его же послал еси Иисуса Христа, даруй нам Духа Святаго, дабы мы могли высказать и изъяснить неизреченные Твои тайны, да возглаголят в нас Господь Иисус и Святый Дух, и да воспоют Тебя через нас…» (А. Дмитриевский. Евхологион IV века Сарапиона, епископа Тмуитского. Киев, 1894, стр. 14).

Св. Сарапион просит у Бога Отца ниспослания Духа Святого на участников Евхаристии для того, чтобы Сам Дух Святой возглаголал в них вместе с Иисусом Христом и воспел те евхаризмы, которые Церковь приносит Богу Отцу. Очевидно, этим евхаризмам св. отец придает значение, как освящающим предложенные хлеб и вино. Поэтому же он после слов установления уже не вводит призывания Святого Духа, но просит Бога Отца: «Да приидет. Боже правды, Святое Твое Слово на этот хлеб, чтобы хлеб стал Телом Слова, и на чашу эту, чтобы чаша стала истинною Кровию » (А. Дмитриевский. Евхологион IV века Сарапиона, епископа Тмуитского, стр. 15 — 16). Если древняя Церковь не имела определенной сакраментальной формулы освящения евхаристических даров и в литургической практике ее иногда эпиклезис с призыванием Святого Духа отсутствовал, то в чем же заключался критерий действительности совершаемого таинства? Вопрос этот тем более важен, что, по сообщению св. Иринея Лионского, не которые еретики, совершая свою евхаристию, употребляли призывание на дары Святого Духа.

Ответ на этот вопрос дает сам св. Ириней: «Каким образом они могут говорить, что тот хлеб, над которым совершено благодарение, есть Тело их Господа, и чаша есть Кровь Его, когда утверждают, что Сам Он не есть Сын Творца мира, то есть Слово Его, через Которое дерево приносит плоды, текут источники, земля дает сперва зелень,
потом колос, наконец, полное зерно в колосе? Каким образом, также говорят они, плоть подлежит нетлению и не наследует жизни, если она питается от Тела и Крови Господа? Пусть они или переменят свое мнение или перестанут приносить вышеназванное» («Против ересей», IV, 18). Итак, св. Ириней считает критерием действительности совершаемой Евхаристии соблюдение христианских догматов в той чистоте, в какой исповедует их Церковь. Не признание догматов Церкви или ересь делают Евхаристию недействительной. Этот принцип лежал в основе литургической практики эпохи догматических движений в древней Церкви и оставил свой отпечаток в самих анафорах. Вспомним время св. Василия Великого и его значение, как главы младоникейцев, в период борьбы с арианством. Эта борьба за православное учение о Святой Троице и о Христе, как Спасителе, нашла свое отражение в евхаристической молитве св. Василия. Из всех анафор восточной половины древней Церкви она выделяется полнотой изложения учения об ипостасях Святой Троицы. Ни в одной из анафор не раскрывается так обстоятельно и сотериология, как у св. Василия Великого.

Святительская деятельность св. Иоанна Златоуста в основном протекала после Второго Вселенского Собора, когда арианство потеряло свою силу и влияние. Церковь торжествовала победу над ересью, и не было нужды в той энергичной отповеди еретикам, какую должен был давать в свое врем св. Василий Великий. Св. Иоанн также составляет свою анафору. Но эта анафора кратка, и мы не видим в ней того пространного изложения православного учения о Святой Троице и о Иисусе Христе, как Спасителе, какое содержит анафора св. Василия
Великого.

Вскоре после св. Златоуста возникает несторианство. Как сообщает Леонтий Иерусалимский, Феодор Мопсуэстийский дерзнул составить свою анафору, не уважив Апостольского Предания и вменив ни во что составленную св. Василием Великим анафору, и наполнил священнодействие хулами, а не молитвами. (Contra Nestor. Et Eutych., lib. III, cap. XIX. Migne, P. G., t, LXXXVI, p. 1, pag. 1363).

Ренодот в своем собрании восточных литургий приводит одну несторианскую литургию. Автор ее неизвестен. Быть может, она принадлежит Феодору, а может быть Несторию или его первым последователям. Анафора этой литургии, как со стороны плана и содержания в целом, так и в отдельных выражениях, подражает евхаристической молитве св. Иоанна Златоуста, но автор не преминул вкрапить в ее, в целом православное, содержание несторианскую доктрину о только соприкосновенном, но не личном (ипостасном) соединении двух природ в Иисусе Христе: «Благословляем, Господи, Бога Слова, Сына сокровенного. Который существует из недра Твоего, Который, будучи Твоим подобием и образом Существа Твоего, не почитал хищением быть равным Тебе, но уничижил Самого Себя и принял образ раба (Филип. 2, 6—7), совершенного человека из души разумной, мыслящей и бессмертной, тела смертного человеческого, и совокупил его с Собой и соединил с Собой во славе, могуществе и чести,— Того, страстного по природе своей. Который образовался силой Святого Духа для спасения всех и создался от жены…»( Renaudot. Liturgiarum orientalium collection, t. II, Parisiis 1716, p. 628).

Надо заметить, что отражение догматических движений в евхаристической молитве имело место и в западной половине древней Церкви. В открытом Моне палимпсесте галликанской литургии V века евхаризмы соединяются с пространным изложением церковного учения о спасении благодатию. «Достойно и праведно есть, Всемогущий Отче, всегда Тебя благодарить, за все Тебя любить, за все Тебя прославлять. Тебя, Который всем людям даровал достоинство Своего образа и удостоил природу способностью вечного существования, душе дал свободу, жизни доставил счастье крещения, в благодати даровал наследие неба, для невинности сохранил полезное врачество, в покаянии предложил прощение добрым, наказание злым, так как обильно излилась на всех людей любовь Божия, и она не хотела, чтобы погрязли во зле созданные ею, погибли в неведении наученные ею, подверглись наказанию возлюбленные ею, лишились царствия искупленные ею…» (Bunsen. Hippolytus und seine Zeit. B. 2, Lpz., 1853, SS. 593, 594). Не менее оригинален эпиклезис этой анафоры. Вместо традиционного призывания Святого Духа в нем говорится: «Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова, Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, милостиво взирающий с не бес на наше жертвоприношение, яви всемилостивую любовь. Да низойдет, Господи, с небес полнота Твоего величия. Божества, любви, силы, благословения и славы на этот хлеб и на эту чашу, и да будет нам сие законной Евхаристией чрез преложение в Тело и Кровь Христову…» (Bunsen. HippolytusS. 594). Появление этой оригинальной анафоры в западной половине Церкви было вызвано возникновением здесь пелагианской ереси, извращавшей учение Церкви о спасении человека благодатию Божией. В анафоре исповедуется церковное учение по этому вопросу, и слова ее «душе дал свободу, жизни доставил счастье крещения, в благодати даровал наследие неба, для невинности сохранил полезное врачество» направлены против исходных пунктов пелагианской ереси. Приведенные примеры анафор , с отражением в них догматических движений, имевших место в Церкви в IV—V вв., показывают , что в то время анафора была не только молитвой освящения Даров , но и исповеданием веры. Сама действительность таинства в церковном сознании обусловливалась наличием чистоты вероучения у совершителей Евхаристии. Поэтому ж е в то врем в Церкви возник обычай читать или петь перед совершением Евхаристии Символ веры. Кроме того, в восточной половине Церкви в дни праздников, имевших у же при их установлении значение не просто воспоминаний о священных событиях из жизни Иисуса Христа, но и значение утверждения того или другого пункта церковного вероучения, приношение Даров к алтарю сопровождалось пением праздничных гимнов, в которых излагалось это вероучение (такой устав с указанием гимнов при приношении Даров в праздники церковного года в Иерусалимской Церкви был издан прот. К. Кекелидзе. «Иерусалимский канонарь VII века». Тифлис, 1912. См., например, стр. 59, 62, 68).

В литургической практике западной половины Церкви с этой же целью в великие праздники в самый текст анафоры делались вставки, в которых излагалось церковное учение в связи с совершаемым праздником (см., например, L. Hoppe Die Epiklesis der griechischen und orientalischen Liturgien und der römische Consecrationskanon. Schaffhausen. 1864. S. 78-92).

Англиканская литургия до сего времени делает такие вставки в анафору в ряде праздников. Так, в день Рождества Христова священник, освящая Дары , читает: « Ибо Ты дал Иисуса Христа, Единородного Сына Твоего, чтобы Он родился, как в это время для нас; действием Святого Духа Он соделался истинным человеком от Матери Своей, Девы Марии; и это было вне пятна греховного, чтобы нас соделать чистыми от всякого греха» (Because Thou didst give Jesus Christ Thine only Son to be born as at this time for us; Who, by the operation of the Holy Ghost, was made very Man of the substance of the Virgin Mary His Mother: and that without spot of sin, to make us clean from all sin)

В день Святой Пасхи и в последующие семь дней на Евхаристии читается: «Особенно мы должны Тебя прославлять за преславное воскресение Сына Твоего Иисуса Христа, Господа нашего, ибо Он есть ибо Он есть истинный Агнец пасхальный, принесенный за нас и взявший грехи мира. Своею смертию упразднивший смерть и Своим из мертвых воскресением даровавший нам жизнь вечную» (But chiefly are we bound to praise Thee for the glorious Resurrection of Thy Son Jesus Christ our Lord: for He is very Paschal Lamb, which was offered for us, and hath taken away the sin of the world, Who by His death hath destroyed death, and by His rising to life again hath restored to us everlasting life).

В праздник Вознесения Господня и в последующие семь дней читается: «Через Твоего возлюбленного Сына, Иисуса Христа, Господа нашего. КоторыйпоСвоемпреславномвоскресениивеличественноявилсявсемЕгоапостоламипередочамиихвознессянанебо, чтобы уготовить место нам, дабы где ОН, туда и мы взошли и воцарились с Ним во славе» (Through Thy most dearly beloved Son Jesus Christ our Lord; Who after His most glorious Resurrection manifestly appeared to all His Apostles, and in their sight ascended up into heaven to prepare a place for us, that where He is thither we might also ascend, and reign with Him in glory).

В день Пятидесятницы и в последующие щесть дней положено читать: «Через Иисуса Христа, Господа наiего, согласно верному обетованию Которого Дух Святой сошел, как в сие время , с неба с внезапным великим шумом , как будто неслось дыхание бури, в виде огненных языков , блистая на апостолах, чтобы научить их и наставить их на всякую истину, раздавая им дар разных языков и вместе дерзновение с горячей ревностью твердо проповедовать Евангелие всем народам, через что и мы изведены из мрака и заблуждения и приведены в ясный свет и истинное познание Тебя и Сына Твоего, Иисуса Христа» (Through Jesus Christ our Lord, according to Whose most true promise, the Holy Ghost came down as at this time from heaven with a sudden great sound, as it had been a mighty wind, in the likeness of fiery tongues, lighting upon the Apostles, to teach them, and to lead them to all truth, giving them both the gift of divers languages, and also boldness with fervent zeal constantly to preach the Gospel unto all nations, whereby we have been brought out of darkness and error into the clear light and true knowledge of Thee, and of Thy Son Jesus Christ).

В день Святой Троицы (следующее воскресенье после Пятидесятницы) положено читать: «Ты еси Единый Бог, Единый Господь,— не одно только лицо, но три лица во едином существе. Как веруем о славе Отца, также веруем о славе Сына и Духа Святого, без разграничения или неравенства» (Who art one God, one Lord, — not one only Person, but thee Persons in one Substance. For that which we believe of the glory of the Father, the same we believe of the Son, and of the Holy Ghost; without any difference or inequality).

Исходя из всего сказанного, отрицать сакраментальный характер англиканской евхаристической молитвы только лишь потому, что она не имеет традиционного для византийской литургии эпиклезиса, нельзя.

Учение Англиканской Церкви о таинстве Евхаристии, как оно изложено в молитвах англиканской «Вечери Господней», по нашему мнению, не противоречит учению Православной Церкви. С этой стороны англиканская литургия, или «Вечеря Господня», удовлетворяет православному пониманию таинства Евхаристии.

Печатный вариант смотреть: Журнал Московской патриархии. 1962. № 8. С. 61-67; № 9. С. 17-23.

Материал подготовлен историческим обществом Санкт-Петербургской Духовной Академии


Опубликовано 18.09.2017 | Просмотров: 101 | Печать

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой!
И нажмите: Ctrl + Enter