Иеромонах Афанасий (Букин). Слепая случайность или Промысел Божий: христианский взгляд на развитие жизни

Иеромонах Афанасий (Букин). Слепая случайность или Промысел Божий: христианский взгляд на развитие жизни

Сегодня мы говорим о том, о чем человечество задумывалось на протяжении всей своей непростой истории. Мы говорим о цели и смысле нашей жизни, более того о причинах ее возникновения. Порой, чтобы действительно глубоко продумать проблему, ее нужно заострить. Вопрос о происхождении жизни в конечном итоге можно свести к следующему вопросу: все, что есть вокруг нас, имеет причиной случай, или же есть у всего разумное начало, или, как обозначена тема моего доклада: слепая случайность или Промысел Божий. Именно перед таким выбором стоит всякий человек задумывающийся над смыслом жизни в целом и своей в частности.

Чтобы ответить на этот довольно-таки непростой вопрос, необходимо для начала разобраться в понятиях. Что мы подразумеваем, говоря, что в начале всего лежит слепой случай. Порой утверждается, что именно так говорит наука. Однако это не совсем верно. Наука не занимается вопросами вечности, а именно к ней относиться вопрос о причине всего, наука принципиально занимается вещами конечными. Вопросами вечными задается религия и философия. И это философия, пропагандируемая некоторыми деятелями науки, утверждает, что в начале всего лежит случай. А значит это уже интерпретация, а не факт сам по себе. Но вернемся к исходному вопросу, что же такое случай?

Легче всего рассмотреть это на примере. По улице идет человек, ему сверху на голову падает кирпич, и мы говорим, что произошел несчастный случай, подразумевая, что у этого события нет никакой причины. Однако, рассмотрим эту ситуацию подробнее. Человек вышел на улицу не просто так. Предположим, что он шел в магазин за продуктами, у него была определенная задача – купить еды, и определенная цель – продлить свою жизнь. Кирпич тоже летел не просто так, у него тоже была цель, занять наиболее устойчивое положение, с наименьшей потенциальной энергией. В какой-то момент пути достижения целей кирпича и человека пересеклись, и произошло то, что мы назвали случайностью. Однако, как мы показали выше, у этого события была причина. И кирпич упал не случайно, а под действием довольно-таки определенных обстоятельств.

Рассмотрим более сложный пример, имеющий уже более прямое отношение к обсуждаемой нами теме. Ричард Докинз[1] приводит следующий пример, гортанный нерв жирафа в силу «случайности» эволюционного развития оказался не практичным, он слишком длинный, делает обход по всей длине шеи жирафа, в то время как «любой разумный дизайнер отделил бы гортанный нерв, заменив несколькими сантиметрами путешествие в несколько метров»[2]. Сам Докинз объясняет причину такого развития жирафа через экономическое понятие предельных издержек[3]. Ввиду постепенности развития жирафа издержки по увеличению длины шеи и опасности проблем для организма были минимальны на каждом отдельном этапе. Однако в какой-то момент изменения достигли таких пределов, что это было уже не выгодно, но и путь назад стоил слишком дорого, легче было сохранить ошибку, чем перестраивать полностью весь организм[4]. В качестве резюме Докинз безапелляционно констатирует, что это «превосходный»[5] аргумент против теории «разумного дизайна», как он пишет: «эта бессмысленная петля вдоль шеи жирафа – как раз то, чего мы ожидаем от эволюции, совершающейся посредством естественного отбора, и совсем не то, чего следует ждать от разумного Создателя»[6]. Вот так чисто материальный факт превращается в философский аргумент. Докинз утверждает несовершенство жирафа, но так ли это на самом деле? Как биологический вид жираф вполне состоятелен и способен к существованию. Если говорить об эстетике, то в этом также сложно отказать жирафу, ведь он может быть объектом вдохновения для поэта. Например, русский поэт Николай Гумилев совсем иначе смотрел на жирафа, иначе его воспринимал:

Послушай: далёко, далёко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.

Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится только луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озер.

Вдали он подобен цветным парусам корабля,
И бег его плавен, как радостный птичий полет.
Я знаю, что много чудесного видит земля,
Когда на закате он прячется в мраморный грот[7].

Если мы чего-то не понимаем, это еще не означает его бессмысленность. И не Докинзу, воспринимающему Создателя как некоего инженера в механизирующем все духе Нового времени, утверждать, чего нам следует ждать от Творца всего. Созерцание есть познание не опосредованное мышлением. Только при созерцании возможно целостное восприятие картины, ее адекватное понимание. Например, если также, как предлагает Докинз, рассматривать картины пуантилистов, таких как Жорж Сёра́[8], можно прийти к выводу, что это полная бессмыслица, какие-то непонятные мазки, полная мешанина, но стоит отойти от картины на пару шагов, и все меняется, картина становится шедевром.

Из приведенных примеров мы можем понять, что случайность есть просто удобный философский способ уйти от ответа. Все, что непонятно, все, что нам не нравится, все, что мы считаем неправильным, можно называть случайностью и таким образом «успокоиться». В этом мире все имеет свою причину и свою цель, все имеет смысл. Для христианина источником, дающим смысл всему существующему, является Бог, Которого мы считаем Отцом, и говорим, что Он есть Любовь, и что Он заботится о Своем творении. В христианстве мы называем это Промыслом Божиим.

Промысел Божий не является грубым вмешательством в ход истории, насильственным действием Абсолюта по отношению к созданным Им личностям. Это не имеет ничего общего с христианским мировосприятием. Как мы уже сказали, Бог есть Любовь, и Он не врывается в нашу жизнь без нашего на то дозволения, Он постоянно стоит у дверей и стучит, ожидая ответа (см. Откр. 3:20). Свободного ответа свободной личности на любовный зов призвавшего ее к бытию Отца. Забота Создателя о творении и проявляется в Промысле Божием.

В своей жизни мы часто сталкиваемся с проявлениями Промысла Божия о нас, порой даже не замечая этого. В жизни каждого из нас происходили события, которые казались нам случайными. Но через некоторое время мы находили их удивительный смысл и открывали для себя их важность. Очень часто подлинное осмысление происшедших событий открывается нам лишь спустя некоторое время. Мы живем, совершаем какие-то ошибки, и всю жизнь на этих ошибках учимся, осмысляя все, что с нами произошло. Все, что входит в наш жизненный опыт, со временем приобретает иные грани, озаряется новым смыслом и то, что казалось нам когда-то очень важным, оказывается бессмысленным и, наоборот, многое из того, что мы считали не нужным, проходящим, случайным, оказывается самым главным для нас.

Из всего выше сказанного христианин может сделать лишь тот вывод, что возникновение и развитие жизни не является следствием некоей слепой случайности, а результат далеко не всегда понятного, но тем не менее довольно-таки явного Промысла Божия о Своем творении, наполняющего подлинным смыслом все происходящее.

[1] Ричард Докинз (род. 1941) – известный английский ученый, эволюционный биолог и популяризатор науки.

[2] Докинз Р.Самое грандиозное шоу на Земле: доказательства эволюции / пер. с англ. Д. Кузьмин. – М.: ACT: CORPUS, 2014. – 376.

[3] См.: Там же. – 377.

[4] См.: Там же. – 378.

[5] Там же.

[6] Там же.

[7] Гумилев Н. Жираф / Николай Гумилёв: электронное собрание сочинений. URL: http://gumilev.ru/verses/375/ (дата обращения: 19.11.2015)

[8] См., напр., его картину «Воскресный день на острове Гранд-Жатт».


Опубликовано 23.11.2015 | Просмотров: 740 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter