Cвящ. Владимир Хулап. Проблемы людей с ограниченными возможностями в Церкви и обществе

Доклад проректора по учебной работе СПбПДА, заведующего кафедрой церковно-практических дисциплин протоиерея Владимира Хулапа на конференция «Психолого-социальная работа в современном обществе: проблемы и решения», г. Санкт-Петербург, 20 апреля 2012 года. Реформа системы духовного образования Русской Православной Церкви последних лет направлена на то, чтобы сделать церковные высшие учебные заведения более открытыми по отношению к окружающему миру и современному человеку со всеми их чаяниями, проблемами и нуждами, в том числе и в социальной сфере. Уровень выпускников духовных семинарий и академий «должен в более полной мере соответствовать тем задачам, которые выполняет Церковь в условиях современного общества… Целью образовательного процесса становится приобретение комплексных результатов обучения, которые включают в себя, помимо знаний, специальные умения и компетенции, определяемые Церковью» [Концепция дальнейшего реформирования системы духовного образования Русской Православной Церкви [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.patriarchia.ru/db/text/1434901.html Дата обращения – 20 марта 2012 года]. Задачи, которые ставит Русская Православная Церковь перед современным пастырем, значительно выходят за пределы понимания пастырского служения как исключительно литургического, включающего в себя совершение храмового богослужения, проповедь, исповедь и т.д. Обращаясь к участникам I конференции по церковному социальному служению в Санкт-Петербурге (октябрь 2010 г.), Святейший Патриарх Кирилл особо подчеркнул, что «наилучшая миссионерская проповедь, которую мы можем обратить к нашим не церковным пока соотечественникам, — проповедь делом» и выразил пожелание, что «каждый член нашей Церкви научится воспринимать посильную помощь страждущим и обездоленным как одну из главных своих обязанностей, неразрывно сопряженную с пребыванием в Евхаристическом собрании» [Патриаршее приветствие организаторам и участникам I конференции по церковному социальному служению в г. Санкт-Петербурге [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.patriarchia.ru/db/text/1304142.html Дата обращения – 20 марта 2012 года]. Тесная взаимосвязь богослужения (служения Богу) и социального служения (служения ближнему), их неразрывное единство в жизни каждого верующего было отличительной характеристикой всей истории как вселенского, так и отечественного Православия. Поэтому в числе компетенций, которыми должен овладеть будущий священнослужитель, надлежащее место должны занимать вопросы церковного социального служения. Если взглянуть на нынешние учебные планы семинарий, они отводят вопросам социального служения определенное место в рамках курсов «Пастырское богословие» и «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви». Однако этого явно недостаточно, и в настоящее время остро стоит вопрос о создании в рамках учебного плана бакалавриата особого курса «Христианское социальное служение» или «Диакония», включающего в себя широкий спектр релевантных тем: богословие христианской благотворительности, история христианского социального служения, общецерковные документы в области социального служения, современное государственное законодательство в социальной сфере, светский и церковный опыт решения социальных проблем, российские и западные модели социальной работы и т.д. Такой предмет может быть предложен в рамках специализации «Пастырская теология», которая в настоящее время разрабатывается в рамках ФГОС ВПО «Теология» третьего поколения. Если отсутствие тематики социального служения в духовных семинариях в советские годы было печальным и естественным следствием того, что Русской Православной Церкви было запрещено заниматься социальным служением в данный период, то в изменившихся условиях эта лакуна ощущается особо остро. На необходимость активной работы в данном направлении указал Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, принявший 4 февраля 2011 года документ «О принципах организации социальной работы в Русской Православной Церкви», в котором в числе прочего декларируется необходимость «разработки совместно с Учебным комитетом курсов для духовных и общеобразовательных заведений Русской Православной Церкви по организации и осуществлению социальной работы, а также по участию духовенства и мирян в оказании помощи пострадавшим в чрезвычайных ситуациях» [О принципах организации социальной работы в Русской Православной Церкви [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.patriarchia.ru/db/text/1401894.html Дата обращения – 20 марта 2012 года). Хочется надеяться, что одним из конкретных практических результатов в ближайшие годы станет общецерковный учебник по православному социальному служению для духовных семинарий РПЦ. В магистратуре, предлагающей возможность специализации в области церковно-практических дисциплин, возможность интеграции социальной тематики является более перспективной. Так, в учебном плане магистратуры Санкт-Петербургской православной духовной академии (СПБПДА) в последние годы появились такие новые предметы, как «Богословие и история христианского социального служения», «Церковь и проблемы ВИЧ/СПИД», «Церковная реабилитация зависимых», «Пастырское тюремное служение», «Пастырская забота о людях с ограниченными возможностями», спецкурсы по возрастной психологии, психологическому консультированию, христианской антропологии и др. Ряд этих предметов предлагается и священнослужителям, осуществляющим обучение по заочной форме; они имеют возможность начать использовать полученные знания в своем нынешнем приходском служении. Целью включения тематики социального служения в учебные планы является диаконическая сенсибилизация церковных приходов, осознание ими самих себя как точек кристаллизации самых разных областей не только церковной, но и общественной жизни. Введение в штат прихода крупных городских храмов социального работника, катехизатора, миссионера потенциально должно сделать их социальными, миссионерскими, культурно-просветительского центрами. В связи с этим священники должны координировать социальную работу, причем не только на уровне прихода, но и благочиния, епархии, организовывать работу епархиальных Отделов по благотворительности и социальной работе, а также тесно сотрудничать с соответствующими синодальными структурами. Принципиально важно, чтобы студенты воспринимали данные блоки курсов не просто в качестве неких абстрактных дисциплин, не имеющих отношения к их жизни, но имели практическую возможность оказать помощь в решении реальных проблем конкретных людей. Именно поэтому СПбПДА одной из первых духовных учебных заведений ввела социальную практику студентов, которая проходит на базе не только церковных, но и светских учреждений социального профиля Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Обязательность практики и возможность выбора конкретной сферы социальной работы дают студентам возможность начать самореализацию в данной сфере уже во время образовательного процесса. Прекрасным примером связи теории и живой практики стала научно-практическая конференция «Люди с ограниченными возможностями в Церкви: свои или чужие?», прошедшая в СПбПДА 2 декабря 2010 г. На конференцию были приглашены не только специалисты в данной области социальной работы, но и инвалиды, которые имели возможность пообщаться с преподавателями и студентами. Завязавшиеся связи стали отправной точкой для совместных программ с рядом православных движений и общественных организаций, оказывающих помощь людям с ограниченными возможностями: студенты активно принимают участие в их работе, помогая организовать паломнические поездки, посещение храмов, проводя катехизические беседы и т.д. Живой отклик у студентов вызвала и система факультативов, в рамках которых они могут ознакомиться с различными областями социальной работы вне рамок обязательного учебного плана. Одной из самых популярных дисциплин стал курс «Основы сурдоперевода», в рамках которого около 20 студентов раз в неделю изучают язык жестов и основы перевода на него православного богослужения. Несколько раз в году в храме Духовной академии совершается богослужение с сурдопереводом, осуществляемым силами студентов, на которое приходят десятки глухих и слабослыщащих, которые после службы имеют возможность пообщаться с участниками курсов за чаем. Особый интерес представляет и западный опыт диаконического образования. Его обсуждению была посвящена прошедшая на базе СПбПДА в сентябре 2011 г. международная конференция «Модели диаконического образования в Западной и Восточной Европы», на которой были представлены православные, католические и протестантские стратегии конфессионального образования в области социальной работы, реализуемые в высших церковных и светских учебных заведениях Западной Европы (Германия, Испания, Норвегия, Румыния, Чехия, Россия). Информационное общество и новые технологии открывают новые возможности развития дистанционного обучения, которое позволяет восполнить нехватку учебных пособий и квалифицированных кадров в региональных семинариях. Речь идет о разработке полноценных курсов, в рамках которых можно успешно сочетать опыт церковной и светской социальной работы, использовать лучшие методики образования в области социального служения, оперативно получать консультации специалистов по широкому кругу вопросов. В качестве платформы для развития системы дистанционного образования Учебный комитет в 2011 г. выбрал систему Moodle, на ее базе в ближайшее время планируется создать ряд образовательных программ для студентов бакалавриата и магистратуры, в том числе курсы повышения квалификации для священнослужителей из различных епархий. Получение в последние годы рядом духовных семинарий государственной лицензии на право ведения образовательной деятельности по направлению «Теология» и подготовка к получению государственной аккредитации открывает широкие перспективы интеграции духовного образования в систему высшего образования Российской Федерации и сотрудничества со светскими вузами, осуществляющими подготовку специалистов в области социальной работы. Совместный образовательный модуль «Социальная работа в Русской Православной Церкви» был реализован в 2011 г. Санкт-Петербургским государственным институтом психологии и социальной работы (СПбГИПСР) и СПбПДА (он включал в себя дисциплины «Доктрина социального служения РПЦ», «Правовые основы социального служения РПЦ», «Социальная работа с семьей и детьми», «Социальная работа с лицами с аддиктивным поведением»). После прохождения курса студенты получили свидетельство о повышении квалификации государственного образца. Пока вопрос о государственном признании духовного образования в нашей стране до конца не решен, получение подобных документов могло бы стать еще одним фактором создания атмосферы доверия между государственной системой социальной работы и православными священнослужителями. Кредитно-модульная система открывает большие возможности для создания подобных курсов в будущем. Желание продолжать сотрудничество в данной области выразилось в Договоре о сотрудничестве между СПбГИПСР и СПбПДА, который был подписан в марте 2012 г. и предполагает широкий спектр взаимодействия в образовательной и научной сфере. Сотрудничество между церковными и светскими вузами по реализации образовательных программ в области социальной работы, безусловно, будет служить взаимообогащению обеих сторон. Будущим священникам необходимы базовые знания в различных областях социального служения, а православная мотивация благотворительности и ее богатая российская история приобретают особую важность в современном обществе потребления, которое нередко стремится решать социальные проблемы путем их простого вытеснения из общественной сферы. Здесь открывается широкое поле для деятельного диалога между Православной Церковью и обществом в области обсуждения духовно-антропологических основ социального служения, базовых вопросов его целеполагания и мотивации. Конечно, в духовных учебных заведениях не может идти речи о дублировании системы светского образования в области социальной работы, поскольку перед ними стоят собственные образовательные задачи, однако от того, какое диаконическое образование получат будущие священнослужители, зависит их восприятие своего будущего служения и, как следствие, будущий облик Церкви и нашего общества.

Доклад священника Владимира Хулапа, проректора по учебной работе СПбПДА, на церковно-практической конференции «Люди с ограниченными возможностями в Церкви: свои или чужие?», Санкт-Петербург, 2 декабря 2010 г.

Дорогие отцы, братья и сестры!

Наша церковно-практическая конференция проходит в преддверии Международного дня инвалидов. Генеральная Ассамблея ООН в 1992 году своей специальной резолюцией объявила его датой 3 декабря и призвала все государства сотрудничать в проведении этого дня. В последние годы эта дата все более уверенно входит в число других памятных дней нашей страны: Женского дня, Дня защиты детей, различных профессиональных дней и т.д. С одной стороны, это хороший повод напомнить обществу о проблемах людей с ограниченными возможностями, которые живут рядом с нами, с другой – велика опасность того, что после окончания официальных мероприятий в течение следующих двенадцати месяцев об этих людях просто забудут. Сегодня в этом зале в числе докладчиков и участников конференции собрались те, для кого Днем инвалида является каждый день – это люди с ограниченными возможностями, окормляющие их священники, руководители и сотрудники церковных и общественных организаций, активно работающие в этой области.

К сожалению, до сих пор в учебных планах духовных учебных заведений Русской Православной Церкви нет полноценного предмета «диакония», а также спецкурсов, посвященных рассматриваемым сегодня проблемам. Надеюсь, что интересный опыт, озвученный на сегодняшней конференции, хотя бы частично восполнит существующий пробел. Одновременно хочется надеяться, что то, о чем мы будем говорить, не останется просто словами, станет стимулом для студентов Духовных школ принять участие в социальных проектах нашей епархии и в будущем, приняв священный сан, организовать подобную работу на своих приходах.

Согласно официальной статистике, в Российской Федерации в настоящее время насчитывается четырнадцать с половиной миллионов инвалидов. Тем самым каждый десятый гражданин России – инвалид. Около 700 тысяч из них – дети. В Санкт-Петербурге в настоящее время проживают 772 655 инвалидов, из которых граждан пенсионного возраста – 640109 чел. (82,8%), граждан трудоспособного возраста – 118154 чел. (15,3%), детей-инвалидов – 14392 чел. (1,9%). Однако за этими сухими цифрами стоят разные, неповторимые и порой трагические судьбы людей, которых общество считает «не такими, как все».

Вспоминается сцена из романа Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери»: вокруг малыша-инвалида, подкидыша на паперти храма, собирается толпа, которая наделяет его самыми нелестными эпитетами: «что-то нечестивое», «гнусное чудовище», «это вовсе не младенец», «на него и глядеть-то грешно», «его следует бросить либо в воду, либо в огонь». На пороге дома Божьего люди, называющие себя христианами, отвергают и даже готовы лишить жизни того, кто не похож на них. И только молодой священник, который забирает и усыновляет ребенка, спасает ему жизнь. Действительно, как в XV в., о котором повествует роман, так и сейчас жизнь, а нередко и выживание людей с ограниченными возможностями зависит от окружающего общества, от его отношения к «инаковости».

Античные статуи, изображающие совершенных людей с обожествленными телами, современное телевидение и реклама, пропагандирующие культ молодости, силы и красоты, определяли и определяют массовый идеал того, каким должен быть человек. Поэтому неудивительно, что не соответствующие этому стандарту люди в древности считались недостойными изображения, более того, нередко полагали, что если убрать их из поля зрения, то принцип «нет человека – нет проблемы» автоматически принесет желаемый результат (например, одна из важных функций детских домов-интернатов для детей со множественными нарушениями в советское время заключалась именно в изоляции детей-инвалидов от окружающих). Некоторые политические режимы шли еще дальше, считая инвалидов тяжкой и слишком дорогой обузой для общества и поэтому недостойными даже права на жизнь. Если великий философ Платон призывал родителей оставлять детей, родившихся с физическими недостатками, то «гуманный и просвещенный» XX век стал эпохой трагедии сотен тысяч людей с ограниченными возможностями. Евгеника, наука о создании «идеального человека» и сохранении расовой чистоты, стала частью государственной политики национал-социализма в Третьем рейхе. Это привело к тому, что в рамках программы Т-4 (получившей свое название по адресу главного бюро в Берлине на Тиргартенштрассе, 4) в период с 1939 по 1945 год в Германии было уничтожено свыше 200 тысяч инвалидов, около миллиона пациентов были замучены голодом в немецких психиатрических больницах, а около полумиллиона подверглись принудительной стерилизации. В число «биологически угрожающих здоровью страны» людей (именно так они именовались в официальных документах) входили люди с физическими и умственными ограничениями, неизлечимо больные пациенты, а также дети с неврологическими и соматическими заболеваниями. Характерно, что именно в рамках реализации этой программы впервые (ещё до применения в концентрационных лагерях) нацистами были использованы газовые камеры.

Безусловно, наше российское общество сейчас основывается на других правовых и социальных позициях, однако настороженно-негативное отношение к людям с ограниченными возможностями едва ли можно считать полностью преодоленным. Поэтому вопрос о том, своими или чужими являются люди с ограниченными возможностями в Церкви, следует рассматривать в более широком контексте их социализации вообще. Малозаметное присутствие инвалидов в общественной жизни, неприспособленность для их нужд ключевых объектов социальной структуры (учреждения, магазины, общественный транспорт), недостаточный уровень социальной поддержки (не только и даже не столько материальной) со стороны государства – эти и другие проблемы очевидны всем тем, кто хоть раз сталкивался с проблемами инвалидов. Поэтому неудивительно, что положение дел в наших храмах нередко отражает ситуацию в обществе: инвалид-колясочник физически не может попасть в близлежащий храм, поскольку в нем нет пандуса; незрячий человек, испытывающий проблемы с ориентацией в пространстве и ожидающий помощи со стороны прихожан, сталкивается с безразличием или даже грубостью, а инвалид по слуху вынужден ограничивать свое общение только записками на исповеди. В работе нашей сегодняшней церковно-практической конференции принимают участие представители церковных и общественных организаций Санкт-Петербурга, который занимают другую позицию — активную «позицию вмешательства», позицию поддержки людей с ограниченными возможностями и решения их проблем, позицию интеграции инвалидов в православные приходы и жизнь общества.

Читая Евангелие, мы увидим, что среди людей, которых встречает Христос, много тех, кого называют людьми с ограниченными возможностями. Спаситель приходит и обращается к людям, имеющим нарушение слуха, зрения, опорно-двигательного аппарата и психики, т.е. со всеми группами инвалидов. Всем им Он протягивает Божественную руку помощи и поддержки, выводя из общественной изоляции, из ада кажущейся Богооставленности и реальной индифферентности со стороны окружающих. Он предлагает им новый опыт – опыт осмысления и преодоления тяжелой жизненной ситуации на основании веры и доверия Богу.

К этой Божественной человечности и солидарности призвана Церковь Христова, в которой «нет уже иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Гал 3:28). Евхаристия, основа церковного бытия, стирает любые социальные границы, поскольку в таинстве Тела и Крови Христовой со Спасителем и друг с другом объединяются люди разного социального статуса, возраста, образования, состояния здоровья. Однако это глубинное единство с Богом и ближним должно выражаться вовне в конкретных делах. В описании исцеления у купальни Вифезда расслабленный говорит Христу: «Господи, не имею человека, который опустил бы меня в купальню» (Ин 5:7). Эти слова выражают горькую истину: за тридцать восемь лет, которые этот человек был парализован, он так и не встретился с проявлением человеческой любви, никто так и не протянул ему руку помощи, в Иерусалиме – городе, где находился Храм, приносились жертвы, куда постоянно устремлялись толпы паломников – за все эти годы не нашлось ни одного израильтянина, который увидел бы эту человеческую нужду и деятельно откликнулся на нее. Тем самым Христос дает Своей Церкви заповедь о деятельном человеческом участии, о человеческой солидарности, в которой обязательно сияет искра любви Христовой: «был болен и посетили Меня… как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф 25:36,40).

Слова Христа «как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (Лк 6:31) особенно актуальны в рамках тематики нашей конференции. Каждый из нас должен задать себе вопрос: если я окажусь в инвалидной коляске, буду лишен возможности воспринимать богатство красок или многообразие звуков окружающего мира, на какое отношение со стороны окружающих, общества, Церкви я могу рассчитывать? Конечно, мы не можем мгновенно изменить отношение к инвалидам в государстве и обществе. Но каждый из нас – в своей епархии, на своем приходе, на рабочем месте, на улице, в метро – может и должен увидеть человеческую нужду и деятельно откликнуться на нее. Именно о таком человеческом участии как основе христианской жизни говорит митрополит Антоний Сурожский, указывающий, что «прежде, чем стать христианином, нужно стать человеком». Наша «ортодоксия», правильная, православная вера, будет достоверной в глазах общества только тогда, когда она будет подтверждаться «ортопраксией», правильным, православным действием.

Современное общество инструментализирует человека, рассматривая с точки зрения его функциональных способностей, устанавливая свои масштабы и нормы. Однако истинной «нормой» человеческого бытия для верующих является Христос, который может и должен «изобразиться» (Гал 4:19) в каждом из нас. Поэтому неудивительно, что в числе людей, которых Церковь называет святыми, мы видим и инвалидов. Один из самых ярких и близких к нам примеров – св. прп. Мария Гатчинская. В шестнадцатилетнем возрасте молодую девушку Лидию Лелянову (имя святой до пострига) поразил энцефалит, затем болезнь Паркинсона, что постепенно привело к полному параличу и сильным болям. Однако это состояние не стало для нее источником отчаяния и озлобления, но, напротив, принесло плод необычайной кротости, смирения и постоянной молитвы. Будучи полностью зависимой от окружающих, принявшая постриг с именем Мария преподобная стала источником духовного утешения и поддержки для сотен и тысяч верующих в тяжелую эпоху борьбы с Церковью в 1920-30-е гг. Можно ли сказать, что она, явившая действенность слов ап. Павла о силе Божьей, которая «совершается в немощи» (2 Кор 12:9) была «человеком с ограниченными возможностями», что она была «инвалидом», т.е. буквально «слабой», «бессильной» (лат. invalidus)? Разве не прожила она свою жизнь более целостно и содержательно, чем многие «люди с неограниченными возможностями», существование которых зачастую лишено всякого смысла? Ограничены возможности каждого человека, независимо от его физического состояния и интеллектуального уровня – но во Христе нам открываются новые горизонты, новые возможности, нередко превышающие все самые смелые человеческие мечты.

В первый день Пасхи 2010 г. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл поздравил детей-инвалидов в московском специнтернате №15. В последующем интервью телеканалу «Россия 24» Предстоятель нашей Церкви отметил: «Мы делаем очень большой акцент на развитие социальной работы. Я надеюсь, что активизируется работа на местах. Должен сказать, что и сейчас делают много, но в масштабах страны это еще не очень заметно. Мы должны стремиться к тому, чтобы социальная работа Церкви имела значительный удельный вес в масштабах страны. И не для того, чтобы что-то показать, а потому что такова потребность верующего сердца». Хочется надеяться, что эти слова станут руководством для всех нас в нашем разнообразном служении.


Опубликовано 02.12.2010 | Просмотров: 233 | Печать

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой!
И нажмите: Ctrl + Enter