А. И. Иванов. Греческий Восток в трудах русских церковных историков

А. И. Иванов. Греческий Восток в трудах русских церковных историков

Интерес к греческому Востоку и его историческим судьбам начал проявляться в России очень давно.

Первое знакомство русских с греческим миром и его историей восходит ко времени принятия Русью христианства от Византии, и в дальнейшем это знакомство неослабно поддерживалось вплоть до эпохи петровских преобразований. Самым главным руководством для ознакомления наших предков с историей греческого Востока, составлявшего в средние века основное ядро Византийской империи, служили так называемые хронографы, которые представляли собою по содержанию нечто вроде обширного курса всемирной истории от Адама до царствования византийского императора Алексея Комнина (1080) со скудными заметкам и о временах последующих. Хронографы были любимым чтением для грамотных русских людей, о чем можно заключить по большому количеству списков. В рукописных отделах наших государственных книгохранилиш имеются сотни экземпляров рукописных хронографов. Если принять во внимание обширные размеры хронографов, а также трудность и дороговизну рукописной работы, то придется признать, что наши предки с большим прилежанием изучали греко-византийскую историю в изложении греческих летописцев. По тщательным исследованиям А. Попова о составе хронографов в русской редакции, огромное большинство русских хронографов представляет собою компиляцию, составленную из четырех византийских хроникеров: Иоанна Малалы, Георгия Амартола, Константина Манассы и Иоанна Зонары («Обзор хронографов русской, редакции» Андрея Попова. Вып. 1-й, М., 1866 . Вып. 2-й, М., 1869)

Сведения по истории греческого Востока древняя Русь черпала не только из литературных источников (хронографов и Четьих миней), но и из непосредственного общения с восточным миром. Это общение совершалось двумя способами: 1 ) через русских паломников, ходивших в Царьград и на Восток, и 2 ) через греков, приходивших на Русь.

Начиная с княгини Ольги, из древней Руси направлялись многочисленные путешественники в Грецию и Палестину, которые своими непосредственными наблюдениями расширяли круг исторических сведений наших предков о христианском Востоке. Нельзя, например, не признать , что Антоний Новгородский (XI I в.) значительно помогал своим соотечественникам понять ультраклерикальный порядок средневековой византийской жизни, когда сообщал в своем паломническом труде: «От греческого моря и до русского есть (в Византии) попов 40 000, — а кроме монастырских; а монастырев 14 000 ; а у св. Софии 3 000 попов; 500 ругу емлют, а полтретьи тысящи не емлют» (Ф. Терновский , Изучение византийской истории и ее тенденциозное приложение в древней Руси. Киев, 1876 , вып. 2-й, стр. 30) .

Позднее русские паломники — новгородский инок Стефан (XIV в.) , дьякон Игнатий (XI V в.), иеродиакон Зосима (X V в.) , инок Варсонофий (XV в.) , купец Василий Поздняков (XVI в.) , Трифон Коробейников (XVI в.), иеродиакон Иона (XVII в.), Василий Гагара (XVII в.) и другие — в своих воспоминаниях и описаниях знакомили русских людей с самым и различными сторонами устройства, быта и культуры греческого Востока. Особенно интересно в этом отношении описание путешествия по Востоку русского пешехода Василия Григоровича-Барского (1723—1747 гг.), которое отличается от записей прежних паломников не только богатством сведений, но и новым, более сознательным и критическим отношением к наблюдаемым им явлениям, событиям и лицам .

Много способствовали поддержанию интереса среди русских людей к греческому Востоку приходившие на Русь греки. В большинстве случаев это были люди образованные: иноки, священники, епископы, митрополиты, патриархи, живописцы, мастера. Своими рассказами они пополняли сведения русских о прошлой и современной им жизни Византии. Но это изучение истории греческого мира, почерпаемое из двух источников — из хронографов и житий святых, с одной стороны, и из непосредственных бесед с греками — с другой, — совершенно не имело научного характера. Оно преследовало исключительно практические цели: найти в византийской истории подходящие образы и примеры, которые можно было бы приложить в русской жизни.

Византия пользовалась в глазах наших предков большим авторитетом, во многом достойным подражания. Из Византии Русь приняла христианскую веру, оттуда долго посылались на Русь архипастыри и клирики, русское иночество училось у греческих подвижников и жило по греческим монашеским уставам, древнерусская книжность пользовалась часто византийскими образцами. Одним словом, древняя Русь связана была с греческим Востоком многими тесными узами. Отсюда обращаться в спорных вопросах к готовым византийским образцам было для наших предков вполне естественно. Нужно, однако, заметить, что и византийской историей и византийской современностью в древней Руси часто пользовались крайне тенденциозно: чтобы оправдать то или иное явление русской общественной или церковной жизни, из византийской истории брались одни факты и замалчивались другие. В этом отношении характерна, например, полемика между Иоанном Грозным и князем Курбским относительно абсолютизма царской власти , а также споры по вопросу о монастырских земельных владениях на Соборе 1503 года, на котором защитники владельческих прав монастырей приводили во главе документальных оснований знаменитый подложный документ папства «Константинов дар» — «Вено Константиново» («Вено Константиново» в Московской Руси вплоть до второй половины ХVII столетия принималось без всякого сомнения в его подлинности и печаталось в составе Кормчей. В Западной Руси уже в начале ХVII века слышались возражения против подлинности «вена Константинова»).

Внимание к Византии и подражательное отношение к ней сильно ослабели на Руси со времени Петра I , когда началось наше сближение с Западной Европой.

* * *

Вновь возрождается интерес к греческому Востоку и византийской истории среди русского общества с конца ХVIIIвека , приняв постепенно характер научного византиноведения. За сравнительно короткий период русские ученые обогатили эту отрасль науки такими капитальными трудами , которые обеспечили ей едва ли не самое почетное места в мировом научном византиноведении.

Научные занятия по истории Византии и греческого Востока с самого начала протекали по инициативе и под руководством Академии наук. Здесь в первый период выдвинулись в качестве видных византинистов А. Л . Шлецер (1735—1809) , И. Г. Штриттер (1740—1801 ) и А. А. Куник (1814—1899), которые своими трудами по истории Византии подготовили расцвет русского византиноведения, наблюдающийся с последней четверти XIX столетия.

Немалую роль в подъеме научного интереса к греческому Востоку и византийской истории сыграли русские духовные академии в лице своих профессоров-историков. Правда, по самому существу академической работы ученое внимание профессоров академий было обращено преимущественно на церковную историю Византии. Но, поскольку церковная жизнь средневекового греческого мира теснейшим образом переплеталась с гражданской , церковные историки в своих трудах часто затрагивал и успешно разрешал и целый ряд проблем и политической истории Византии.

Особую близость и научный интерес к православному греческому Востоку всегда проявляла Петербургская (ныне Ленинградская ) духовная академия. В первые же годы своей деятельности после открытия (1809 г.) она завязала сношения с греческими учеными и затем в дальнейшем на протяжении всего своего полуторавекового существования уделяла особое внимание исследованию истории греческого Востока и разработке вопросов церковной византологии и неоэллннизма, принимала участие в сношениях Русской Церкви с автокефальными церквами греческого Востока и вообще находилась в постоянном церковно-научном общении с православным греческим миром. Так, в Петербургской академии создалась и утвердилась особая эллинско-византологическа я традиция , которая составляла в некотором роде характерную особенность в деятельности этой академии по сравнению с другими. Научное общение Петербургской академии с греческим Востоком прежде всего выразилось в привлечении греческих ученых в состав ее профессоров для преподавания греческого языка. Первыми «профессорами» из греков были Димитрий Схинас (1809 г.) и Апостол Клентис (1809—1810 гг.). В 1844—1845 гг. бакалавром академии по греческому языку состоял Димитрий Паппадопуло, а в 1857—1860 гг.— архимандрит Григорий Веглерис («Церковный вестник», 1909 г., № 49). Преподавая греческий язык, эти греческие учителя попутно сообщали своим слушателям некоторые сведения из прошлой и современной жизни греков и тем самым поддерживал и интерес к греческом у Востоку . С середины XIX века в академии постепенно развертывается научная работа по истории древней Греческой Церкви и Византии. Нельзя не отметить, что к тому времени как на Западе , так и в России только началось серьезное движение в области научного византиноведения. Это свидетельствует о чуткости академических профессоров к научным запросам современности.

Научные занятия Петербургской академии по древней и средневековой истории православного греческого Востока выразились в первое время в переводе на русский язык трудов ранних и поздних византийских историков. В конце 40-х и в начале 50-х годов переведены были исторические сочинения: Евсевия Памфила (1848—1849 гг.)-, Сократа (1850 г.), Созомена (1851 — 1852 гг.). блаж. Феодорита (1852 — 1853 гг.), Евагрия (1853—1854 гг.), Феодора Чтеца и Филосторгия (1854 г.) . С конца 50-х годов академия приступила к переводу поздних византийских историков. В течение 1858—186 3 гг. были изданы на русском языке труды: Нйкифора Вриенння, Иоанна Киннама, Анны Комниной, Никиты Хониата, Нйкифора Григоры, Георгия Пахимера и Георгия Акрополита. Переводом этих произведений византийской исторической литературы , имеющих значение для изучения и понимания средневековой Византии, академия оказала великую услугу русской византологии. Для своего времени академическое издание византийских историков было, можно сказать , последним словом науки. Оно не утратило научной ценности и до настоящего времени. Перевод указанных историков сделан по боннскому изданию (Corpus scriptorum byzantinorum) сравнительно точно, снабжен предисловиями, содержащими сведения о каждом писателе, и примечаниями исторического, археологического, топографического и филологического характера. Особенно ценен в научном отношении очерк о Георгии Акрополите и его «Летописи», составленный бакалавром И. Е. Троицким. Этот знаменитый ученый, о котором более подробная речь будет впереди, с первых шагов своей научной деятельности обнаружил замечательные познания в области византийской истории и силу критической мысли и в своей небольшой работе дал превосходную характеристику личности и общественной деятельности Георгия Акрополита, а также и его исторического труда со стороны содержания и языка. Очерк о Георгии Акрополите И. Е. Троицкого не потерял научного значения до настоящего времени.

Работа над изданием византийских историков в русском переводе объединила членов академической корпорации вокруг вопросов греческого Востока и его истории и дала толчок к дальнейшем у подъему византиноведческих научных занятий в академии. Среди трудов академических профессоров за 60-е — 70-е годы мы находим целый ряд таких, которые имеют то или иное отношение к истории Византии. Таковы: проф. Е. И . Ловягина — «Судьба Православной Церкви на Ионхийских островах» («Христианское чтение». 1864 , т. I , стр . 102—115); проф. А. Л . Катанского — «История попыток к соединению церквей греческой и латинской в первые четыре века по их разделении» (СПб., 1868 , стр. 245); проф. И. Чельцова — «О павликианах» («Хр. чт.», 1877 , т. I , стр . 494—528);  проф. Т. В. Барсова — «Константинопольский патриарх и его власть над Русскою Церковью» (СПб., 1878 ) и др. Ценность большинства из этой серии работ, особенно для своего времени, заключалась в том, что они написаны по византийским и латинским первоисточникам с тщательным подбором и критикой относящихся к поставленным вопросам материалов. В этом отношении заслуживает особого внимания труд приват-доцента Петербургской академии иеромонаха Герасима Яреда о патриархе Фотии. Будучи сирийским арабом по происхождению, иеромонах Герасим получил греческое образование — сначала в Дамаске , потом в Константинопольской патриаршей школе. В 1862 году он прибыл в Россию, поступил в Московскую духовную семинарию, потом — в число студентов Петербургской духовной академии, которую и окончил с отличием в 1869 году. В следующем году он защитил диссертацию на тему «О составных частях государственного строя Византийской империи» и после прочтения двух пробных лекций —« О царствовании Юстиниана» и «О политических принципах иконоборческой партии» — был назначен приват-доцентом академии при вновь открытой кафедре византологии, войдя в коллектив русских академических профессоров. В течение шести лет он преподавал курс византийской истории и написал ряд научных работ. Самой главной из них была его магистерская диссертация «Отзывы о св. Фотии, патриархе Константинопольском, его современников, в связи с историей политических партий Византийской империи» (СПб., 1874).

В указанном труде о. Герасим Яред впервые выдвинул тезис о тесной связи церковно-религиозных расколов в Византии с внутренней политической и династической борьбой. Партии игнатиан и фотиан не были , по его мнению, новым явлением в истории Византии, а лишь эпизодом столкновения старых политических и династических партий, возникших задолго до IX века и выступавших во все время существования Византийской империи. Это, по существу, те же зеленые и голубые VVII столетий, те же иконоборцы и иконопочитатели времен Исаврийцев и, наконец, те же прогрессисты и клерикалы времен Ирины и Никифора. Некоторые оригинальные положения работы о. Яреда в последнее время повторяются крупнейшими западным и византинистами, причем выдаются как нечто новое. Так , известный исследователь эпохи Фотия Ф. Дворник всю историю борьбы игнатиан и фотиан рассматривает как борьбу двух политических партий, которые он называет: одну — партией непримиримых и другую — партией либералоз (F. Dvornik. Le premier schisme dePhotios. — «Actes du IVcongres international des etudes byzantines». Sophia. 1935.) Английский византолог Бьюри и бельгийский Грегуар, беря в своих трудах под защиту византийского императора Михаила III против возводимых на него хронистами обвинений в крайнем распутстве, повторяют доводы, приводимые у Яреда. Главная же заслуга рассматриваемого труда состоит в том , что в нем дается тщательный разбор источников по истори и Фотия, написанных его современниками. Прекрасное знание греческого языка дало возможность автор у проникнуть в дух исследуемых источников и подметить такие в них оттенки, которые ускользнули от внимания других ученых. Немалое значение имеют и другие работы иеромонаха Герасима Яреда — исторический очерк об антиохийском патриархе Анфиме («Странник » за 1879 г. , отзыв о сочинении Валлетта («Хр. чт.», 1873, III ) и сообщения о церковно-общественной жизни на православном Востоке, помещавшиеся в академических журналах.

В 70 — 80- х годах во главе академического византиноведения стоял знаменитый профессор И. Е . Троицкий. Этот ученый горел горячей любовью к греческому Востоку, превосходно знал его язык и историю и умел других заинтересовать византологией. Его труды были двоякого рода: в одних опубликованы новые исторические памятники с переводом на русский язык и с комментариями, другие представляют самостоятельные исследования по истории средневековой Византии. К числу первых относятся: «Автобиография Григория Кипрского, патриарха Константинопольского » («Хр. чт.». 1870 , II) , «Автобиография имп. Михаила Палеолога и отрывок из устава, данного им монастырю св. Димитрия » («Хр. чт.». 1885 , II) , «Сказание вкратце о городах и странах от Антиохии до Иерусалима, также Сирии , Финики и о святых местах Палестины» , составленное византийским паломником Иоанном Фокою («Правосл. Палест . Сборник» , вып . 23-й. СПб., 1889). Все три памятника представляют со стороны содержания больщой научно-исторический интерес, так как сообщают новые ценные сведения о жизни и деятельности крупных церковных и гражданских деятелей Византии и о некоторых сторонах церковной и гражданской жизни православного Востока. Издания исполнены образцово в смысле точного воспроизведения оригинала , снабжены прекрасным русским переводом, какой не часто встретишь в наших переводных изданиях, и дополнены обстоятельными научными комментариями. К той же серии источниковедческих византологических трудов И . Е. Троицкого следует отнести его статью « К истории споров по вопросу об исхождении Святого Духа» («Хр . чт.», 1889 , III) , где дан в русском переводе ряд византийских документов , относящихся к этим спорам: изложение свитка веры против Векка, написанное Константинопольским патриархом Григорием Кипрским в 1283 году, записка Эфесского митрополита Иоанна Хилы с критикой свитка Григория, грамота Григория Кипрского на имя императора и его же исповедание , написанные в ответ на записку Иоанна Хилы, ответ Иоанна Векка на свиток Григория Кипрского, трактат Григория Кипрского об исхождении Святого Духа , ответ на него Иоанна Векка и общий ответ Григория Кипрского всем его противникам. Все эти документы имеют важное значение для истории религиозных споров и церковно-политической борьбы, которые охватили греческий Восток после Лионской унии (1274 г.) и волновали его вплоть до падения Византии .

Таким образом, И. Е. Троицкий сделал немало в деле опубликования открытых им византийских памятников. Надо сказать, что он был прекрасно знаком с рукописным богатством Московской Синодальной библиотеки , где хранилось большое количество греческих манускриптов разного содержания, вывезенных с Востока, а на греческом Востоке имел своих корреспондентов, которые давали ему нужные справки и выписки из рукописных собраний библиотек Константинополя, Афона, Патмоса и Иерусалима. В результате в личной библиотеке проф. И. Е . Троицкого составилось значительное собрание рукописных греческих материалов в копиях, а отчасти и в оригиналах , которое после его кончины поступило в библиотеку академии. По свидетельству современников, здесь были документы, проливающие свет на темную историю споров между паламитами и варлаамитами XIV века, ценнейшие извлечения из сочинений Арефы, архиепископа Кесарийского, выдающегося византийского писателя и общественного деятеля X века, сочинения Никифора Феотоки и т.д.

К сожалению, большая часть этих материалов осталась неопубликованной («Хр. чт.». 1904, I , стр . 310—311). Однако указанной источниковедческой деятельностью знаменитый ученый оказал большое влияние на молодых византологов, внушив им необходимость знакомиться с первоисточниками Греко-Восточной Церкви и самостоятельно вести исследования в этой области, а не следовать по ненадежным путям западных византологов.

Ко второй группе научных трудов И. Е. Троицкого относятся его исследования. Среди этих работ первое место занимает монография под заглавием «Арсений, патриарх Никейский и Константинопольский, и арсениты» (СПб., 1873) , которую проф. И. И. Соколов справедливо называет эпопеей из истории Византийской Церкви в XIII веке. Здесь автор с редким мастерством, художественно-образным языком описал один из типичных эпизодов из церковно-общественной жизни Византии, известный под именем арсенитского раскола, волновавшего византийскую Церковь на протяжении полустолетия. В сочинении картинно обрисованы черты византийского быта, дана меткая характеристика различных политических и церковных деятелей и рельефно выявлены особенности движения. При этом во всем повествовании чувствуются глубокая научная компетентность, необыкновенная эрудиция и образцовое знание источников, позволившие автору проникнуть в их дух и смысл. В заключение своей классической работы И. Е. Троицкий вскрывает корни арсенитского раскола, как и других церковно-общественных смут, периодически повторявшихся на всем протяжении существования Византии. В основе этих движений, по утверждению ученого, лежит борьба двух течений: одно, получившее впоследствии наименование «зилотов», защищал о чистоту и неприкосновенность как догматов, так и канонов церковных и вместе с тем восставало против нарушений прав Церкви государственной властью; другое, известное позже под названием «политиков», допускало возможность нарушения со стороны императоров постановлений и прав Церкви в интересах государства и большую терпимость в религиозных вопросах. Борьба этих течений, в основе которых лежал и религиозные принципы, часто переплеталась с борьбой политического и династического характера.

Другой капитальный труд проф. И. Е. Троицкого посвящен историко-догматическому исследованию вероучения Армянской Церкви в связи с вопросом о воссоединении ее с Церковью Православной («Изложение веры Церкви Армянской», СПб., 1875) . Автор пришел к выводу, что единение Армянской Церкви с Православной возможно, так как армяне не монофизиты, а запутавшиеся в догматических неясностях антихалкидонисты.

Из небольших работ И. Е. Троицкого следует отметить статью «Учено-литературные труды о. архимандрита Андроника Димитракопула» («Хр. чт.», 1873 , III) , сочинение о Митрофане Критопуле, исследование «Православная Греция» и статьи под заглавием «Вести с Востока», которые ученый помещал в «Христианском чтении» и «Церковном вестнике» на протяжении всей своей профессорской деятельности. В настоящее время эти статьи приобретают значение научного источника. И. Е. Троицкий писал их на основании обширнейших данных, получаемых из греческих журналов и газет и из писем своих корреспондентов , занося в свои летописные заметки все важное, полезное и достопримечательное. Его статьи всегда имели животрепещущий интерес , привлекая внимание даже греков, которые чутко прислушивались к тому , что писал о них русский «ученейший филэллин». Поэтому эти статьи для исследователей новейшей истории греческого Востока являются ценнейшим историческим источником.

И. Е. Троицкий своими учеными трудами оказал огромные услуги не только академическому, но и вообще русскому византиноведению, содействуя дальнейшему развитию этой отрасли науки. Заслуга его заключается еще и в том , что он благодаря своей громадной эрудиции и высокому нравственному авторитету сумел создать целую школу ученых, с честью продолжавших его дело, так что справедливо являлся «ипатом византологов», как его назвал другой знаменитый византолог, его друг, академик В. Г. Васильевский («Хр. чт.», 1904 , I, стр. 316).

Не так широко было поставлено изучение Византин и греческого Востока в других духовных академиях, которые имели свои особые специфические уклоны: Киевская стояла на страже интересов Православия против западных религиозных течений. Московская сосредоточила свою деятельность на разработке церковно-богословских вопросов, а Казанская выдвинул а на первый план своей деятельности миссионерские задачи в отношении к восточным иноверцам. Однако и в этих академиях церковные историки не стояли совершенно в стороне от изучения истории греческого Востока. Некоторые из них поместили ряд ценных статей по церковной византологии в научных журналах своих академий и выпустили ряд монографий. Так, в органе Московской академии «Прибавления к творениям св. Отцов» мы встречаем статьи за рассматриваемый период: Ф. А. Сергиевского — «Фотий до вступления на патриарший престол в Константинополе » (1854 г., ХIII), Н . Волкова — «Николай Мистик, патриарх Константинопольский» (1861 г., XX) , П. А. Смирнова — «Состояние Православной Церкви в Империи Греческой во время владычества латинян в Константинополе» (1857 г., XVI), прот. А. В. Горского — «Подвижник и веры на Востоке после падения Империи Греческой» (1852 г., XI), «О Соборе Иерусалимском 1862 года» (1871 г., XXIV), «О Церкви Греческой с 1453 года до начала XVIII столетия» (1883 г., XXXII) . В научном журнале «Труды Киевской духовной академии» печатал и свои работы: X. Орды — «Состояние Греко-Восточной Церкви в конце XV I и начале XVII столетия» (1863 г., № 7) , Ф. Четыркин — «Латино-иезунтская пропаганда в Константинополе в конце XVI и начале XVII веков» (1870 г., № 10), С. Черновский — «Заботы представителей Константинопольской Церкви XIV века о внешнем благоустройстве» (1872 г., № 7), Т . Каневский — «Выходы византийских императоров в Церковь св. Софии в праздники Рождества Христова и Богоявления » (1872 г., № 8), проф. И. Малышевский — «Константинопольская и Греческая Церковь в подвластных латинянам греческих землях с половины XV до 80-х годов XVI века» (1873 г., № 1), «Патриарх Иеремия II и князь Константин Константинович Острожский» (1886 г., № 1), «Логофет Феоктист, покровитель Константина Философа» (1887 г., №2) . Ему же принадлежит большая монография «Мелетий Пигас, патриарх Александрийский» (Киев , 1872 г.).

Из профессоров Казанской академии известен своими трудам и по истории Византии и православного греческого Востока Ф. А. Курганов. В 1880 году он выпустил монографию «Отношения между церковью и гражданскою властью в Византийской империи» (Казань). В академическом журнале «Православный собеседник» он напечатал статьи : «Исторический очерк греко-болгарского раскола» (1873 г., I—III) , «О внешне м состоянии Восточной Православной Церкви во время- владычества латинян в «Византийской империи» (1866 г., I)? « О внешнем состоянии на Востоке Православной Церкви во владениях мусульман от Магомета до крестовых походов (VII—X I вв.)» (1865 г., II) , «Прокопий Кесарийский и значение его сочинений для царствония Юстиниана» (1879 г., II—III) , «Император Юстиниан и его отношение к Церкви» (1880 г., I—III).

Как видно из представленного очерка, внимание русских церковных историков до 80-х годов прошлого века сосредоточено было преимущественно на изучении истории церковной жизни средневековой Византии, причем работа велась почти исключительно силами профессоров духовных академий. С 80-х годов, вместе с общим подъемом византиноведческой науки, значительно расширяется научный интерес к греческому Востоку в смысле изучения его новейшей истории и современного состояния. При этом значительную роль в деле более широкого изучения организации, как Русская Духовная Миссия в Иерусалиме и Православное Палестинское Общество. (№ 1).

Во второй половине XIX и начал е XX века весьма большую роль сыграли в деле изучения греческого Востока две организации, в научно-исследовательской работе которых непосредственное участие принимали представители русской церковно-исторической науки: Русская Духовная Миссия в Иерусалиме, открытая в 1847 году, и Православное Палестинское Общество, учрежденное в 1882 году.

Основная цель учреждения Миссии заключалась в том, чтобы оказать помощь в Палестине многочисленным русским паломникам и защитить Православие на Востоке от натиска инославной пропаганды. Но во главе Миссии был поставлен человек, который проявил .необычайную любовь к христианскому Востоку и все свои силы и огромные дарования посвятил его изучению, оставив своими трудами глубокий след в истории русского востоковедения. Это был архимандрит Порфирий Успенский, впоследствии епископ Чигиринский.

Особенностью научных трудов архимандрита Порфирия по Востоку является то, что они построены на совершенно новых, неизвестных до него материалах, добытых им во время путешествий по восточным странам. Первое путешествие на Восток архимандрит Порфирий совершил в 1843—1846 гг., будучи командирован туда для изучения нужд Православия. Во время этой поездки он побывал во многих местах Сирии, Палестины, на Синае, в Египте и на Афоне. Везде он осматривал памятники церковного зодчества, ваяния и иконописи, копировал греческие надписи на церковных зданиях, крестах и иконах и списывал древние грамоты на греческом, арабском и других восточных языках. Только на одном Афоне он переписал около 200 документов, касающихся истории Св. Горы. Кроме того, во время этого путешествия архимандрит Порфирий успел собрать большое количество ценных рукописей и книг.

Вторичное шестилетнее пребывание его на Востоке (1847—1853) в качестве начальника Русской Духовной Миссии в Иерусалиме наполнено, такими же неустанными учеными экскурсиями по Сирии, Палестине, Египту и на гору Синай и напряженным трудом по изучению истории восточных православных патриархатов и инославных церквей, о соединении которых с Православной Церковью он мечтал.

В 1858 году архимандрит Порфирий снова был командирован Св. Синодом на Восток сроком на один год исключительно с учеными целями. В указе Св. Синода говорилось, что он «соберет ученые сведения о церковной архитектуре и живописи с присовокуплением описания церковных утварей, библиотек и архивов».

Вместо одного года архимандрит Порфирий пробыл на Востоке три года и вывез оттуда новую обширнейшую коллекцию древних книг и манускриптов. Всего древних рукописей и книг на греческом, сирском, арабском и других языках собрано им столько, что, по замечанию специалистов, для описания их мало четверти столетия. В настоящее время эти собрания книг и рукописей находятся в Государственной публичной библиотеке имени Салтыкова-Щедрин в г. Ленинграде и в библиотеке Академии наук СССР.

Архимандриту Порфирию принадлежит честь открытия знаменитого Синайского кодекса Библии IV века. Ему же посчастливолось найти в Иверском монастыре на Афоне 16 бесед Патриарха Фотия и в числе их две беседы по случаю нашествия россов на Константинополь в 860 году.

В 1865 году архимандрит Порфирий был избран викарием Киевской епархии с титулом «епископ Чигиринский» и оставался здесь в течение тринадцати лет. Период пребывания епископа Порфирия в Киеве следует признать самой плодотворнейшей порой его научной деятельности, так как к этому именно времени относится издание большей части его многотомных трудов по изучению христианского Востока.

Как ученый епископ Порфирий не был узким специалистом, но прилагал свои недюжинные силы к самым разнообразным отраслям знания. Однако, питая с ранних лет особую любовь к историческим исследованиям, он занимался по преимуществу историей и археологией христианской Церкви на православном Востоке. Из историко-археологических трудов его следует отметить: «Первое путешествие в Синайский монастырь в 1845 году » (СПб., 1856); «Второе путешествие в Синайский монастырь в 1850 году» (СПб., 1856) ; «Путешествие в нитрийские монастыри в Ливии в 1845 году» (Киев, 1869) ; «Христианский Восток» (Египет и Синай — виды, очерки, планы и надписи, СПб., 1857); «Первое путешествие в афонские монастыри и скиты» (ч. I , Киев , 1877; ч. II , М., 1881); «Второе путешествие по св. горе Афонской» (М., 1880); «История Афона» (ч. 1—3 , СПб., Киев, 1877—1892); «Афонские книжники» («Чтение в о-ве любителей духовного просвещения», 1885); «Зографическая летопись Афона и мое суждение о тамошней живописи» («Чтение в о-ве любителей духовного просвещения», 1884); «Путешествие в метеорские и оссоолимпийские монастыри в Фессалии в 1859 году» (СПб. , 1896) .

Кроме исторических и археологических памятников, епископ Порфирий собирал и изучал на христианском Востоке разные древние рукописи церковно-богословского характера: библейские тексты, богословские трактаты, сборники проповедей, церковного законодательства, богослужебные и другие памятники церковной литературы. Плодам изысканий в этой области явились печатные работы епископа Порфирия: «Мнение о Синайской рукописи, содержащей в себе Ветхий Завет неполный и весь Новый Завет, с посланием апостола Варнавы и книгою Ермы» (СПб., 1862) ; «Дионисий Ареопагит и его творения» («Чтение в о-ве любителей духовного просвещения», 1878); «Проповедники в первых четырех патриархатах восточных и их проповеди» («Труды Киевской духовной академии», 1879) ; «Стихирарные пииты» («Труды Киевской духовной академии», 1878).

Как выше отмечено, научный интерес епископа Порфирия простирался не только на исторические судьбы православного греческого народа, но и на судьбы других восточных народностей православного и инославного исповедания. Он первый из русских церковных историков уделил серьезное внимание ознакомлению с прошлым и особенно с современным положением восточных православных патриархатов, собирал сведения о вероучении, богослужении и по истории христиан-коптов в Египте, маронитов, ансариев и друзов в Сирии и о церковном и политическом состоянии Абиссинии. Результатом его трудов в этой области, явились сочинения: «Вероучение, богослужение, чиноположение и правила церковного благочиния египетских христиан (коптов)» (СПб., 1856); «Восток христианский. Абиссиния. Церковное и политическое состояние Абиссинии с древнейших времен до наших дней» («Труды Киевской духовной академии», 1866); «Богослужение абиссинов» («Труды Киевской духовной академии», 1869) ; «Апостольская литургия Александрийской Церкви, сохранившаяся у эфиопов в апостольских постановлениях» («Труды Киевской духовной академии», 1869) ; «Восток христианский. Сирия. I. Список антиохийских патриархов» («Труды Киевской духовной академии», 1874) ; «Список антиохийских патриархов, составленный Порфирием, епископом Чигиринским («Труды Киевской духовной академии», 1875—1876); «Александрийская Патриархия. Сборник материалов, исследований и записок, относящихся до истории Александрийской Патриархии», ч. I (СПб., 1898). Очень много ценных сведений по истории, быту и культуре христианского Востока периода 40-х—80-х годов XIX века содержится в автобиографическом труде епископа Порфирия «Книга бытия моего», тома I—VIII (СПб., 1894—1902).

Кроме перечисленных главных печатных изданий, после епископа Порфирия осталось множество работ в рукописях: по истории сношений восточных церквей с Церковью Русской, материалы из его путешествий по странам Востока, сборники юридических актов афонских монастырей и др. (сравнительно подробный перечень печатных и рукописных работ епископа Порфирия имеется в книге Н. Сырку «Описание бумаг епископа Порфирия Успенского, пожертвованных им в Имп . Академию наук по завещанию». СПб., 1891).

Усердным продолжателем трудов епископа Порфирия по изучению греческого Востока был один из последующих преемников его по управлению Русской Духовной Миссией в Иерусалиме архимандрит Антонин (Капустин) . Научная деятельность и этого видного востоковеда за время 44-летнего пребывания его в восточных странах сначала в качестве настоятеля посольских церквей в Афинах и Константинополе (1850 — 1865), а затем в качестве начальника Русской Духовной Миссии протекала в путешествиях по Греции, на Афон и Синай, по Египту и Палестине, в посещении важнейших библиотек и архивов, в изучении хранящихся там древних книг и рукописей, в производстве археологических раскопок и собирании памятников древнегреческой и восточной культуры. Результаты долголетних и усердных ученых изысканий архимандрита Антонина нашли свое отражение в его многочисленных печатных трудах, из которых мы отметим только самые главные. Таковы: «О христианских древностях в Греции» («Журнал Мин. Нар. Проев.», 1854) ; «Заметки поклонника Святой Горы» (Киев, 1864) ; «Из записок синайского богомольца» («Труды Киевской духовной академии», 1872—1873) ; «О древних христианских надписях в Афинах» (СПб. , 1874) ; «Поездка в Румелию» (том 1-й — В Румелию. СПб., 1879 ; том 2-й — И з Румелии . СПб., 1886).

Помимо крупных сочинений по истории и археологии Востока, архимандрит .Антонин писал множество корреспонденции в русские и греческие журналы и газеты по поводу разных событий. Эти корреспонденции являются весьма ценным источником для истории церквей — Элладской, Константинопольской и особенно Иерусалимской. В них наглядно изображаются разные стороны жизни и быта восточных христиан, дается описание разных святынь и характеристика многих деятелей (хронологический список сочинений архимандрита Антонина дается в статье С. П. «Памяти отца архимандрита Антонина»), («Труды Киевской духовной академии» № 12 , 1894) .

Еще более значительный вклад в изучение греческого Востока сделал о Православное Палестинское Общество, возникшее в 1882 году и вскоре ставшее мощной научной организацией. Как и перед Русской Духовной Миссией, перед Обществом поставлены были в качестве главных задач улучшение быта русских паломников и поддержание Православия. Однако с первых лет существования наиболее существенной стороной деятельности Общества стала его научная работа. В ней приняли участие крупнейшие ученые -своего времени — востоковеды, византологи, искусствоведы, археологи, причем видное место среди них занимал и церковные историки.

Общество снаряжал о ученые экспедиции в Сирию и Палестину, производило археологические раскопки в Иерусалиме, выдавало субсидии русским ученым-труженикам, предпринимавшим путешествия по Востоку с научной целью, направляло от себя некоторых ученых на Восток со специальной задачей изыскания греческих и восточных рукописей и усиленно собирало и приобретало памятники материальной культуры и письменности христианского Востока.

Научно-исследовательская работа членов и сотрудников Общества нашла свое отражение в его издательской деятельности. С момента открытия до 1917 года Общество издало 62 выпуска «Православного Палестинского Сборника». На страницах этого издания мы находим прежде всего описания хождений на Восток, составленные древнерусскими, византийскими, и древними латинскими паломниками. Из этих хождений можно отметить: «Житие и хождение Даниила Русской земли игумена, 1106—1107 гг.». Под ред. М. Веневитинова (вып. 3 и 9); «Хождение гостя Василия». Под ред. архимандрита Леонида (вып. 6 , 1884) ; «Сказание Епифания монаха о пути к Иерусалиму» (вып. 15 , 1887) ; «Хождение купца Василия Познякова ко святым местам Востока» . Под ред. Хр. М. Лопарева (вып. 18 , 1887); «Хождение Трифона Коробейникова, 1593—-1594 гг.». Под ред. Хр. М. Лопарева (звп. 27 , 1889) ; «Житие и хождение в Иерусалим и Египет казанца Василия Яковлева Гагары, 1634—1637 гг.» (вып. 33 , 1891 ) и «Странствования Василия Григоровича-Барского по святым местам Востока с 1723 по 1747 гад», ч. I—IV . СПб,, 1885—1887 (отдельное издание).

Далее здесь помещены памятники восточной агиологии и сборники исторических документов, например: «Сборник Палестинской и Сирийской агиологии», изд. В. Латышевым (вып. 51 , 60 , 61); «Материалы для истории Иерусалимской Патриархии XVI—XIX века». Перез. с греч. П. В. Безобразова (вып. 55, 1901); «Александрийские документы, относящиеся к истории Православной Церкви в Египте в XVIII—XIX столетиях», изд. проф. Н. И . Соколовым (вып. 62, 1916) . Наконец, в той же серии опубликованы капитальнейшие исследования, относящиеся к истории Иерусалима и Палестины: А. Олесницкий — «Ветхозаветный храм в Иерусалиме» (вып. 13 , 1889); Н. Каптерев — «Сношения Иерусалимских Патриархов с русским правительством с половины XVI до конца XVIII столетия» (вып. 43, 1895); Н. А. Медников—«Палестина от завоевания ее арабами до крестовых походов» (вып. 50, тома I—IV , 1897—1903).

Кроме того Общество опубликовало на свои средства отдельными изданиями ряд ценнейших трудов по востоковедению, из которых заслуживают особого внимания труды члена Общества А. Паладопуло-Керамевса «Каталог книг и рукописей Иерусалимской патриаршей библиотеки», тома I—IV, и «Собрание материалов по палестиноведению».

Известные византологи того времени — профессор-канонист Московского университета А. С. Павлов и профессор Казанского университета Д. Ф. Беляев и ряд западных ученых — встретил и весьма сочувственно эти издания, считая их «драгоценным приобретением для науки». «За эту важную услугу науке, — писал проф. Беляев по поводу каталога,— ученые всех стран, несомненно, будут глубоко благодарны как компетентному и неутомимому составителю описания, так и издающему труд Г. Керамевса Православному Палестинскому Обществу» («Журнал Мин. Нар. Проев.» № 5 , стр. 206—207 , 1892).

С 1886 года Общество стало выпускать ежегодник под названием «Сообщения Палестинского Общества», который несколько раз преобразовывался и с 1904 года превращен был в ритмично издававшийся четырехмесячник. С 1905 года редакция этого журнала поручена была известному византологу И. И . Соколову, профессору бывш. Петербургской духовной академии. «Сообщения» Общества являлись периодическим органом востоковедов, в котором помещались научно-исследовательские статьи исторического характера, сведения о новейших археологических открытиях, неизвестных рукописях, материалах и источниках, а также обстоятельные извещения (в разделе «Вести с Востока») о важнейших событиях на православном Востоке, о современном положении православных и инославных церквей и о состоянии инославнои пропаганды среди местного арабского населения. Чтобы судить о серьезном научном значении этого издания Общества, достаточно назвать такие имена из его сотрудников, как проф. Д. Айналов, акад. Б. А. Тураев, проф. А. А. Дмитриевский и проф. И. И. Соколов.

Научно-иоследовательокая деятельность сотрудников Русской Духовной Миссии в Иерусалиме и Православного Палестинского Общества протекала преимущественно на месте, в странах Православного Востока, я строилась на основании вновь добытых памятников материальной культуры и письменности. Одновременно велась научная работа по изучению греческого Востока церковными историками духовных академий по материалам источниковедческого характера, хранящимся в русских библиотеках и архивах,. Эта работа обращена была главным образом к средневековому периоду истории греческого Востока, к истории Византии, но не оставляла без внимания и новейшего времени, включая современность. Результаты научных изысканий опубликовывались прежде всего на страницах академических ученых журналов, в которых нередко помещались исследования по христианскому Востоку и светских профессоров. Немало было выпущено русскими церковными историками в конце XIX и в начал е XX века крупных монографий по самым разнообразным вопросам христианского востоковедения. Как и прежде, первое место в этом отношении занимала бывш. Петербургская духовная академия.

Широкий научный интерес к греческому Востоку, особенно к средневековой Византии, наблюдаемый с 80-х годов прошлого века среди профессоров этой академии, был подготовлен трудами выдающегося византолога проф. И. Е. Троицкого, о деятельности которого мы говорили в первой части нашей статьи. Из числа его учеников и последователей выдвинулся целый ряд крупных ученых, посвятивших свои силы полностью или частично изучению истории и современного состояния христианского Востока. Здесь прежде всего следует упомянуть корифея русской церковно-исторической науки проф. В. В,. Болотова, который, помимо своих бесценных работ по истории Древней Церкви, написал несколько статей, касающихся истории греческой и инославных церквей Востока, а именно: «К истории внешнего состояния Константинопольской Церкви под игом турецким» («Христианское чтение», 1882 , I , II); «Несколько страниц из церковной истории Эфиопии. К вопросу о соединении абиссин с Православной Церковью» («Христианское чтение»,1888 , 3 , 4) ; «Из истории Церкви Сиро-Персидской» («Христианское чтение», 1899 , I ; 1900 , I ; 1901 , I) . Каждая из упомянутых статей представляет большой научный интерес, так как выдвигает новые моменты при рассмотрении поставленных вопросов, обнаруживая необычайную эрудицию автора. Из других историков академии вопросами греческого Востока и Византии занимались: А. И. Садов, написавший монографию «Виссарион Никейский. Его деятельность на Ферраро-Флорентийском Соборе, богословские сочинения и значение в истории гуманизма» (СПб. , 1883) ; И. П. Лепорский, представивший диссертацию «История Фессалоникского экзархата до времени присоединения к Константинопольскому патриархату» (СПб., 1901) ; И. С. Пальмов, известный славист, подготовивший речь по поводу 1000-летия со времени кончины патриарха Фотия «Царьградский патриарх Фотий и его отношение к современному славянству» (СПб, 1901) , и И. И. Соколов, выдающийс я знаток греческого Востока, оставивший после себя множество трудов по истории Греческой Церкви, из которых отметим главные: «Состояние монашества в Византийской Церкви с половины IX до начал а XIII века (842—1204)» (Казань , 1894) ; «Афонское монашество в его прошлом и современном состоянии» (СПб., 1904) ; «Константинопольская Церковь в XIX веке», ч. I (СПб., 1904) ; «Церковная политика византийского императора Исаака II Ангела» (СПб., 1905) ; «Избрание патриархов в Византии с половины IX до половины XV века (843—1453)» (СПб. , 1907) ; «Св. Григорий Палама , архиепископ Фессалоникийский, его труды и учение об исихии» (СПб., 1913) ; «Антиохийская Церковь. Очерк современного ее состояния» (СПб., 1914) ; «Епархиальное управление в праве и практике Константинопольской Церкви настоящего времени» (СПб., 1914) ; «Епархия Константинопольской Церкви настоящего времени» (Петроград, 1914) ; «Избрание патриархов Александрийской Церкви в XVIII и XIX столетиях» (Петроград, 1916 ) и ряд крупных статей в журнале «Христианское чтение» за 1902—1916 годы.

В Московской духовной академии во главе научного движения по изучению истории Византии и греческого Востока стоял профессор А. П. Лебедев, заведывавший кафедрой истории Древней Церкви. Для русского церковного византиноведения этот выдающийся ученый сыграл такую же роль, какую имел для гражданского византиноведения академик Ф. И. Успенский. По богатству содержания, по оригинальности взглядов , по научной постановке вопросов его труды представляли собой крупное явление не только в русской, но и в общеевропейской церковно-исторической науке. Владея в полной мере источниками и литературой своего предмета, проф. А. П, Лебедев в своих многочисленных статьях и специальных монографиях не только подводит итоги всем добытым до него сведениям по истории византийского церковного средневековья и Греко-Восточной Церкви после турецкого завоевания, но вносит много нового в отдельные темные периоды этой истории. Наиболее ценными трудами его в данной области являются: «История разделения церквей в IX , X и XI веках » (М., 1900) ; «Очерки внутренней истории Византийско-Восточной Церкви в IX , X и XI веках» (М., 1902) ; «Исторические очерки состояния Византийско-Восточной Церкви от конца XI до половины XV века» (М., 1902) ; «История Греко-Восточной Церкви под властью турок», том I (М., 1903) . Проф. А. П. Лебедев имел многочисленных учеников, рассеянных повсюду, причем некоторые из них занимали профессорские кафедры в других академиях и университетах. По словам самого А, П. Лебедева, им было «создано за время работы в академии семь докторов — богословов, церковной истории и канонического права», тринадцать магистров и множество кандидатов. Из его учеников, оставивших труды по истории греческого Востока, наиболее известны следующие; И. Д . Андреев — «Константинопольские патриархи от времени Халкидонского Собора до Фотия» (Вып . I . Сергиев посад, 1895) ; «Герман и Тарасий , патриархи Константинопольские. Очерк их жизни и деятельности в связи с ходом иконоборческих смут» (Сергиев посад, 1907) ; Н. Ф. Каптерев—«Характер отношений России с православны м Востоком в XVI и XVII столетиях» (М., 1885) ; «Сношения Иерусалимского патриарха Досифея с русским правительством (1669—1707)» (М., 1891) ; «Господство греков в Иерусалимском патриархате с первой половины XV I до половины XVIII века» («Богословский вестник», 1897, II , III) ; Н . Г. Попов — «Император Лев VI Мудрый и его царствование в церковно-историческом отношении» (М., 1892) ; А. М. Иванцов-Платоно в — «К исследованиям о Фотии, патриархе Константинопольском, по поводу 1000-летия со времени кончины его» (СПб., 1892 ) и Ф. М. Россейкин — «Первое правление Фотия, патриарха Константинопольского» (Сергиев посад, 1915).

В Киевской духовной академии вопросами истории греческого Востока занимался Н. С. Гроссу, поместивший ряд статей в «Трудах Киевской духовной академии»: «Церковно-религиозная деятельность византийского императора Алексея I Комнина (1081 —1118)». («Труды Киевской духовной академии», 1912 , II); «Отношение византийских императоров Иоанна II (1118—1143) и Мануила I (1143—1180 ) Комнинов к вопросу об унии с Западом » («Труды Киевской духовной академии», 1912 , III) ; «К истории византийских богомилов XII века» («Труды Киевской духовной академии», 1913 , III) ; «Из истории сношений Греко-Восточной Церкви с армянами» («Труды Киевской духовной академии» 1917 , 11—12 ) и написавший монографию «Преподобный Феодор Студит. Его .время, жизнь и творения» (Киев, 1907).

Помимо академических профессоров, изучению церковной истории греческого Востока уделяли внимание ученые, работавшие вне стен академии . Некоторые из них печатали свои исследования в академических журналах . Мы отметим здесь только следующих: Н. Скабаланович — «Разделение церквей при патриархе Михаиле Керулларии» («Христианское чтение», 1884—1885) ; «Византийское государство и Церковь в XI веке» (СПб., 1884) ; «Византийская наука и школы в XI веке» («Христианское чтение», 1884) ; «О нравах византийского общества в средние века» («Христианское чтение», 1886) ; С. Шестаков — «О происхождении и составе хроники Георгия Монаха (Амартола)» (Казань , 1’891) ; П. Мансуров — «Константинопольская Церковь, Очерк основных начал строения в XIX веке, ч. I Центральное управление» (М., 1900) ; Б. Мелиоранский — «Георгий Киприянин и Иоанн Иерусалимлянин» (СПб., 1901) ; Н. Суворов — «Византийский папа» (М. 1902) ; В. В. Латышев — «Неизданные греческие агиографические тексты» (СПб. , 1914) ; Н. Ф. Чернявский — «Император Феодосии Великий и его царствование в церковно-историческом отношении» (Сергиев посад, 1913) ; А. П. Рудаков — «Очерк и византийской культуры по данным греческой агиографии» (М., 1917) .

Предметом научного внимания русских церковных историков конца XIX — начала XX века было не только прошлое христианского Востока, но и его современное состояние. В академических журналах «Христианское чтение», «Богословский вестник» и «Труды Киевской духовной академии» выделены были специальные отделы под названиями «Вести с Востока», «Известия с Востока», «Письма с Востока», где помешались самые разнообразные сведения о жизни православных и инославных христианских восточных церквей и народов. Некоторые из церковных историков объединяли эти сведения в особые очерки, издаваемые отдельными брошюрами. Так, например, профессор Петербургской академии И. С. Пальмов , начиная с 1893 и по 1901 год, ежегодно выпускал очерки под заглавием «Православный Восток».

Профессор той же академии И. И. Соколов издал в 1912—1916 гг. в трех выпусках работу «Православный Восток. Очерк современного его состояния». Для последующих историков все эти сведения, почерпаемые из восточной периодической печати « показаний очевидцев, представляют весьма большую ценность как первоисточники.

Из предшествующего изложения видно, что интерес русского общества к греческому Востоку имеет давние традиции. Он проявлялся с первых веков христианства на Руси, о чем свидетельствуют замечательны е сказания о хождениях на Восток древних русских паломников. С начала XIX века греческий Восток стал привлекать к себе внимание русских ученых, особенно историков. Научная работа по изучению восточных стран постепенно принимала характер всестороннего исследования не только прошлого их состояния, но и современного положения. Эта научно-исследовательская активность русских востоковедов немало содействовала укреплению дружественных связей с народами Востока, причем большую роль в данном отношении сыграли своими многочисленными и разносторонними научными изысканиями и трудами русские церковные историки.


Опубликовано 05.10.2016 | Просмотров: 160 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter