А.А. Федотов. Предисловие издателя к Хроникам Зверландии

Предисловие издателя к Хроникам Зверландии

ОТ ИЗДАТЕЛЯ
Дорогие читатели!

Перед Вами книга писателя и учёного – профессора Ивановского филиала Института управления (г. Архангельск), религиоведа, доктора исторических наук, кандидата богословия, члена Союза журналистов и Союза писателей России, Алексея Александровича Федотова.

Книга эта написана в очень необычном и редком жанре – жанре сказки для взрослых детей, для тех, кто, повзрослев годами, остаётся в душе ребёнком. Почему же писатель выбрал именно этот жанр для выражения своих идей?

В ответ на этот вопрос Алексей Федотов любит цитировать своего предшественника, известного христианского писателя и философа Клайва Стейплза Льюиса, который так объяснял, почему он выбрал сказку в качестве формы для целого цикла своих книг, получивших мировую известность: «В ней не было ни сложных характеров, ни любовных линий. Жанр, в котором всё это отсутствует, – сказка. И как только я понял это, я полюбил саму Форму: её краткость, строгую сдержанность описаний, её гибкие традиции, её непримиримость ко всякому анализу, к отступлениям, рассуждениям и прочей болтовне. Сказки обобщают, оставаясь в то же время конкретными; представляют в осязаемой форме не понятия, а целые классы понятий, они избавляют от несообразностей». В 1962 году, в письме к одному из своих юных читателей, Клайв Льюис написал: «Боюсь, я сказал о Нарнии всё, что хотел, и продолжения не будет. Почему бы тебе не сочинить его самому? Я начал писать, когда был младше тебя, я уверен, стоит только попробовать, и у тебя пойдёт». В детстве К.С. Льюис писал о сказочной стране Зверландии, которая, по его словам, «не имеет ничего общего с Нарнией, за исключением разве очеловеченных зверюшек. Зверландия принципиально лишена даже намёка на волшебство».

Алексей Федотов первый раз пробовал писать о звериной стране тоже в детстве, и прошло больше тридцати лет, когда, после знакомства с «Хрониками Нарнии», а затем и со всем творчеством К.С. Льюиса, он вдруг за две недели написал первую часть «Хроник Зверландии». Нужно сразу отметить, что нарисованный им мир не похож на мир, показанный знаменитым англичанином; если брать литературу туманного Альбиона, то скорее вспомнится Джонатан Свифт, впрочем лишённый мизантропии и желчи. И хотя Зверландия, выдуманная русским автором, и не лишена намёка на волшебство, при чтении вас не оставляет ощущение необычайной реалистичности сказки.

Книга Алексея Федотова получилась глубокой и многоуровневой, и каждый читатель сможет почерпнуть из неё что-то полезное и интересное лично для себя. Аллюзии, которыми наполнена книга, могут иметь разное прочтение в зависимости от опыта читателя. Мы же попробуем обозначить здесь один из вариантов этого прочтения, учитывая то, что автор произведения – историк и религиовед.

Пожалуй, самые яркие образы, появляющиеся в сказке, – это Крылатый Лев, Ангел-хранитель сказочной страны Зверландия, и Древний змей – демон, мучающий эту страну. Автор очень ярко показывает, что их власть в стране зависит от того, к добру или ко злу склоняются жители волшебной страны.

В сказке можно увидеть параллели с русской историей, в частности, в первой части – с отречением императора-страстотерпца Николая Второго от престола в 1917 году. Тогда тоже были люди, считающие, что как только Россия перестанет быть монархией, всё сразу станет прекрасно. Свою частную волю они ставили на место воли народа, полагая, что им виднее, как будет лучше для страны. В реальности же отречение императора стало началом нового периода страданий России.

Чёрный Кот – главный герой первой части трилогии – получился персонажем сложным и интересным. В начале сказки он имеет какие-то черты честного государственного служащего, на определённом этапе прельстившегося внешней мишурой, но пока ещё наивного, считающего, что преобразования нужны для блага Зверландии. Но постепенно Чёрный Кот начинает считать, что реформы нужны сами по себе, и это становится началом его падения. Символично, что именно кот свергает Крылатого Льва и освобождает Древнего змея.

Жизнь героев сказки после государственного переворота становится чем-то похожа на жизнь в современной России или послевоенной Америке. Социальные пороки и преступления множатся по мере уклонения жителей Зверландии в сторону греха. Постепенно все они, так стремившиеся к свободе, становятся рабами Древнего змея.

Автор противопоставляет подлинный выбор между добром и злом выбору того или иного политического лидера. Он показывает, что выбор жителей страны в пользу Древнего змея вначале кажется более лёгким и безопасным, но оборачивается множеством страданий, а выбор в пользу Крылатого Льва вначале кажется опасным и невозможным, а в итоге оказывается простым и дарующим радость и истинную свободу.

Вторая часть хроник – «Орден Крылатого Льва» – вводит нас в жутковатый мир своего рода концлагеря, обитатели которого должны собираться на благодарственные собрания, чтобы выразить свою обязательную радость по поводу того, что с них содрали три шкуры. Таких обществ двадцатый век и начало третьего тысячелетия дали немало. В этом мире процветают тотальная слежка и несвобода, но в то же время в нем ещё присутствуют дружба, благородство, самопожертвование. Автор показывает внутреннее вызревание личности главного героя, которому для того, чтобы совершить предначертанное, необходимо простить накопившиеся от детства до старости обиды, переосмыслить как свою собственную жизнь, так и жизнь своих родителей и близких людей, и уже с этим опытом пройти сквозь насмешки и поругание, чтобы достучаться до окаменевших сердец.

Третья часть трилогии – «Последний Кот Зверландии» – ещё одна зарисовка на тему того, каким же может быть конец истории этого мира. По содержанию она совсем другая, чем, например, «Последняя битва» Клайва Льюиса, но в чём-то глубинном видение авторов совпадает: мир гибнет только потому, что в нём не остаётся ничего хорошего, что могло бы ещё жить. Но в то же время добро не пропадает без следа – оно обретает бытие в обновлённом мире, творимом на месте разрушенного.

Во всех частях сказки очень точно прослеживается путь человека от добра ко злу и обратно, а также подчёркивается значение личности для исторического процесса. Один обратившийся помогает обращению многих других, а затем способствует изменению жизни всей страны.

Много и других интересных христианских мыслей можно найти в этом замечательном произведении, если читать его вдумчиво. Как говорил тот же К.С. Льюис: «В идеале сказка может дать даже больше, чем реалистическое произведение. Благодаря ей мы приобретаем новый опыт, потому что сказки не «комментируют жизнь», а делают её полнее».


Опубликовано 16.09.2015 | Просмотров: 216 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter