Архиепископ Петергофский Амвросий. Умереть? Нет, родиться!

Архиепископ Петергофский Амвросий. Умереть? Нет, родиться!

Во Имя Отца, и Сына, и Святого Духа!

«Время жизни моей мало и исполнено болезней и лукавства, но в покаянии мя приими, и в разум призови, да не буду стяжании ни брашно чуждему, Спасе, Сам ли ущедри»

(Песнь 4-ая Великого покаянного канона в четверг первой седмицы)

Никому из нас, дорогие братья и сестры, не дано знать о том, когда мы умрем, где умрем, и какая участь нас ожидает за гробом. Одно знаем точно: время жизни нашей кратко, исполнено болезней и лукавства, и любой день ее может оказаться последним. Смерть входит в дом без стука, без предупреждения и уводит человека, как узника, на суд. «Человек, яко трава дние его, яко цвет сельный, тако оцветет, яко дух пройде в нем, и не будет, и не познает к тому места своего» (Пс 102, стих 15). Если мы убегаем от памяти об этом, значит, греховное чувство в нас еще очень сильно. Грех ненавидит память смертную, потому что эта память – о расплате за зло, за сам грех, который уводит человека от Бога и Его Всесвятой Правды.

Память о смерти никак не противоречит жизни, не омрачает ее! Наоборот! Эта память делает душу сознательной и мудрой, а человеку дает особую силу, ведь она предохраняет нас от отравы зла, ошибок, миражей, пленительных земных «удовольствий», которыми чужой – враг, соблазняет на земле душу человека. Являясь следствием зла, смерть сама по себе – ни добро, ни зло. Все зависит от качества души человека.

Апостол Павел смотрит на смерть как на новое рождение – рождение, за которым больше не последует смерть.

Наша цель – вечность со Христом. Мы ежедневно исповедуем Его, грядущего судить живых и мертвых, и Его бесконечное Царство. Мы чаем, т.е. ожидаем, воскресения мертвых и жизни будущего века! Пониманием ли мы, когда поем Символ своей Веры, что это – самая настоящая грядущая реальность?! Чувствуем ли, помним ли о том, что смерть – это рождение, что смерть приводит в действие ту силу, которая находится внутри человека и направлена к Богу, что смерть обнажает в нас силу стремления и любви к Творцу?

Гроб младенца – материнская утроба, из которой он воскресает для новой, земной жизни. За пределами этой временной жизни есть истинная жизнь, вход в которую открывается смертью. Из этого земного бытия, как из еще одной утробы, мы воскресаем для новой жизни.

Смерть, а, значит, и жизнь – для праведности, для чистоты, для Вечной Жизни в Боге – это добро. Смерть, где потеря Божественной благодати, где смерть души, смерть вторая (Откр 20:6), несомненно, открывает пространство вечной печали и стенания, ада.

Память о кратковременности жизни земной и грядущей смерти позволяет человеку наполнить свой земной путь самой настоящей жизнью: добром, верой, личностью, кротостью, чистотой помыслов, чувств и дел. Память смертная делает саму жизнь вовсе не унылой, а напротив – честной, праведной, светлой, по-настоящему радостной.

Убегающий от размышлений о краткой жизни земной, боящийся и прячущийся от памятования о смерти уже в эту жизнь приносит смерть: «Покойся, душа, ешь, пей, веселись» (Лк 12:19). Жизнь во грехе – это не жизнь, это уже начаток смерти. В грехе человек не живет, он становится живым мертвецом.

Сколько раз за день мы мечемся от жизни к смерти, от покаянной жизни к старым грехам, между Богом и диаволом?! Когда, наконец, выберем жизнь?

С памятью о смерти связаны сокрушение и плач.

«Есть три вещи, которые с трудом приобретает человек, а они хранят все добродетели: сокрушение, плач о своих грехах и то, чтобы иметь перед глазами смерть», – говорит авва Исаия Отшельник.

Эти три вещи трудны, потому что мы сами делаем их трудными: им противоречит наше  эгоистичное «я».

Сокрушение – это опора для сердца. Когда человек обращается внутрь себя, собирает весь свой ум, чтобы осознать, каков он перед Господом, в сердце появляется радостная печаль. Это – тишина души, подобная Великой Субботе: мы уже поем «Воскресни, Боже, Суди земли, яко Ты наследиши во всех языцех», на духовенстве светлые облачения, но на Литургии все еще звучит: «Да молчит всякая плоть человеча, и да стоит со страхом и трепетом, и ничтоже земное в себе да помышляет».

Память смертная рождает слезы.

«Агнче Божий, взяв грехи всех! … Сними с меня бремя тяжкое греховное, и яко благоутробен, даждь ми слезы умиления» (Песнь 1-ая Великого канона в четверг) – стенает прп. Андрей и просит у Бога слез.

Мы постоянно грешим. И для того, чтобы мы, грешные люди, познали Бога, мы должны плакать о своих грехах. Слезы бывают разные. Ощущение греховности, покаяние – об этом плаче молит св. Андрей, и мы взываем вместе с ним. Это – не слезы тоски и отчаяния, это радостотворные слезы умиления, свойства которых – уравновешенность и спокойствие с надеждой только на Бога, которому святой Андрей предоставляет действовать в своей жизни так, как угодно Творцу. Только так пороки уйдут и страсти оставят.

Мы умрем непременно. Святые отцы тысячами разных способов говорят, что тот, кто не думает о грядущей смерти, обманывает себя, потому что пренебрегает подлинным рождением, которое его ожидает. Он похож на младенца, который, находясь в утробе матери, думает, что за ее пределами нет иного мира и иной жизни, и не думает, что ему предстоит родиться.

«Размышление о смерти – это рост и завершение развития “эмбриона”. Не думать о ней – это все равно, что отказываться выйти из утробы, “войти в страну света”, в Царство Божие», – говорит архимандрит Емилиан Симонопетрский.

Мы умрем, чтобы больше никогда не умирать. Смерть наступит для самой смерти. Только бы всем нам покаяться прежде конца земной жизни, а для этого надо непрестанно помнить о конце нашего земного пребывания, размышлять о сегодняшнем дне и часе, как о последних и просить одного: милости у Бога.

«Возьми бремя от меня тяжкое греховное и даждь ми слезы умиления. В покаянии мя прими, и в разум призови; да не буду стяжание ми брашно чуждому, Спаси Сам мя ущедри!»

(Тропари Песни 1-й и 4-й Великого канона в четверг первой седмицы)

Аминь.

Архипастырское слово ректора Санкт-Петербургской Духовной Академии архиепископа Петергофского Амвросия, произнесенное в академическом храме апостола и евангелиста Иоанна Богослова по окончании великого повечерия в четверг первой седмицы Великого поста 17 марта 2016 года.


Опубликовано 17.03.2016 | Просмотров: 429 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter