Архиепископ Амвросий. Секрет святости

Архиепископ Амвросий. Секрет святости

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!

«Лишихся чертога, лишихся и брака, купно и вечери:

светильник угасе яко безъелейный;

чертог заключися мне спящу, вечеря снедеся;

аз же по руку и ногу связан, вон низвержен есмь».

4 песнь Покаянного канона в среду

Тот, кто написал эти слова, дорогие братья и сестры, лично, и не раз, пережил опыт отчуждения от источника Света и Правды. Это слова преподобного Андрея Критского, слова святого. И сколько еще таких признаний святых мы встречаем в составленных ими молитвах! «Многажды аще каюся, ложь пред Богом обретаюся, и каюся трепеща … и по часе таяжде творю».

Если мы внимательно вчитаемся в утренние и вечерние молитвы, составленные святыми, вникнем в богослужебные тексты, оставленные нам теми, память которых мы совершаем, целуем и иконы и поем величания, то наверняка вдруг обнаружим, что их признания трудно сопоставить с привычным для нас ореолом святости, и, однако, они продолжают оставаться для нас на недосягаемой высоте.

Как нам понять и принять это? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно внимательно на своём пути жизни отнестись к тем неминуемым отрезкам, которые святые назвали опытом богооставленности.

Надо быть искренними, земными, реальными людьми и знать, что это случается со всеми подвизающимися христианами. И святые прошли, и мы с вами проходим по этому пути.

Когда человек узнает Христа, он переживает свою личную Пасху. Это становится настоящим чудом и восхищением. Благодать Божия как будто приподнимает над суетой земной обыденности, откликается радостью, ликованием. Но проходит время, и Христос вдруг покидает тебя. Он не бросает человека, нет, но отбирает у нас все прежде данное даром, дабы каждый из нас приобрел чудо благодати опытом личных трудов и борьбы.

Однажды прп. Иосиф Исихаст и Ефрем Катунакский смотрели на море со Святой Горы. По морю проплывал маленький корабль, ветер был попутный, и корабль двигался беспрепятственно. «Ты видел, как легко движится кораблик, когда есть ветер, – спросил старец Иосиф у отца Ефрема. Ветер надувает паруса, и корабль плывет по морю. А что делает моряк? Он наслаждается плаванием. Но когда погода меняется, ветра нет, нет и легкости путешествия, тогда приходится брать весла, напрягать мускулы и вести самому корабль. Пришло время и тебе взять весла и уже самому подвизаться. Но ты не один: тебе Христос будет давать силу, однако в ту минуту ты вкладываешь всю свою волю, все сердце, все произволение, все любочестие, вкладываешь себя, показываешь, чего хочешь, а не только то, что Христос даст тебе».

Один человек ничего не делал пережил опыт прикосновения благодати, когда Бог коснулся его жизни, и человек этот молился часами подряд, беспроблемно и легко. Просыпался ночью, молился даже во сне. Он пошел к духовнику и поделился: «Я просто летаю. Я молюсь, наслаждаюсь Богом. С Ним так легко».

И духовник сказал: «Чадо, то, что сейчас переживаешь – от Бога, оно не твое. Но оно должно стать твоим приобретением. Надо сделать его своим опытом. Но знай, что в опыт превращается то, за что мы проливаем кровь».

«Дай кровь и прими Дух» – вот кредо святого, дорогие братья и сестры, проследуем этим путем. Кто подвизается, тот хорошо знает и переживает это.

В нашей пономарке всегда есть ладан. Особо дорогой и ароматный мы приносим в дни больших праздников. Но ощущаем ли мы его благоухание в храме, пока он лежит в коробках? Конечно, нет. И только когда мы положим его на раскаленный уголь, и ладан расплавится, тогда аромат наполнит наш храм. Но если уголь будет холодным, ничего не произойдет.

Это пример и сущности духовной жизни, и мы все должны понять, как это важно для нас. Когда наступает охлаждение, нельзя отказываться от борьбы и плыть по течению. Если мы хотим божественного благоухания, нам надо самим разгореться, пройти через опыт боли.

Одна монахиня до пострига исключительно верила в Бога. После пострига она пришла в келью и уснула и вдруг… «Я уснула верующей, а проснулась неверующей – расказывала она. Я проснулась и вера во мне исчезла. Я так долго до этого переживала превосходные вещи, молилась Иисусовой молитвой и вдруг, вмиг, крылья мои сложились и я проснулась неверующей. Я пошла к духовной матери своей и рассказала об этом».

Она ответила:

— Очень рано напало на тебя искушение. На других нападает позднее, тебя же сразу стало бороть.

— Но почему же это со мной случилось? — воскликнула сестра.

— Чтобы ты показала свою личную волю, свое произволение. Хочешь быть с Богом? Покажи теперь это собственной борьбой. Теперь нужен твой труд. То, что было прежде, было легко, без труда, Бог даровал тебе это. Теперь нужно научиться верить, не чувствуя многих вещей. Вставать и идти в Церковь: ты будешь чувствать холод, отчуждение, душа твоя будет как сухая земля, как пустыня. То ты все равно молись, подвизайся…

Один покойный архиерей рассказывал, что знал одного собрата, выдающегося по дарованиям и популярности. По дороге в края, куда в свое время были сосланы священномученики Иларион и Герман (Ряшенцев), находясь в одном соблюдении с петербургским протоиереем Петром Ивановским, раз утром он ему заявляет: «Я потерял всякую веру». Он перестал делать то, что делал с большим усердием и искренностью, и видимо переживал страшное и мучительное состояние. Его случайный товарищ усилил молитву о нем, и через несколько дней он снова говорит ему уже со светлым лицом: «Опять я верю».

«Не огради его Господь в это время оставленности и искушения от тоски и уныния крепкой стеной «училища благочестия», не случись рядом доброй христианской души, молящейся за него, могло бы быть все по-другому. Мне кажется – говорил потом и священномученик Герман, рассказавший об этом митрополиту Николаю (Ярушевичу), всякий из нас в себе самом носит и рай, и ад, и более даровитые могут иметь не только сильнейшие стремления к раю, но и искусительнейшие притяжение и искушение ко второму. Об этом ясно говорит жизнь великих подвижников благочестия и опыт, если не каждого из нас, то очень многих» (священномученик Герман, епископ Вязниковский).

Все святые, дорогие братья и сестры, прошли опыт богооставленности. Мы с вами не будем тоже исключением. Разве апостол Петр не любил Господа и не верил Ему? Но и ему было попущено отречься, чтобы потом через раскаяние укрепить на всю жизнь смиренномудрие – эту духовную колыбель всяких необычных Божиих дарований и откровений.

Когда кто-то из нас окажется в пропасти богооставленности, духовного сопротивления, противоборства и искушения, он должен знать, братья и сестры, что в тот час Господь к нему намного ближе, чем когда-либо. Бог, кого любит, того наказывает. Наказание – значит, воспитание, по-гречески и церковнославянски. Того воспитывает, развивает, учит не плыть по течению. Хороший учитель даёт трудные задачи, чтобы сделать учеников более смышлёными, развить их ум. Когда он видит, как трудно даётся решение, он не спешит вмешиваться, ждёт, чтобы ученики сами нашли ответ.

Когда Господь молчит и оставляет нас одних в борьбе, Он хочет научить нас и сделать участниками Своих Тайн. Он хочет, чтобы мы выросли, стали сильными, зрелыми, приобрели истинное богопознание. Когда нам кажется, что Он не слышит, далеко, Его нет, Он ближе всего в эти минуты. Борьба в духовной жизни не признак того, что мы потерпели неудачу, и что наша жизнь трагична. Нет, дорогие братья и сестры. Это образ жизни. Это и есть сама жизнь – борьба, труд, усилия, испытания, – во всем этом совершается тайна святости. Так и становятся святыми. Таков путь святости, приготовленный Богом каждому из нас. Нам только нужно пройти по нему и придти навсегда к Тому, Кто ждёт нас в Царстве – в Царстве Отца и Сына и Святаго Духа.

Аминь!

Проповедь архиепископа Петергофского Амвросия, произнесенная в храме святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова по окончании великого повечерия в среду первой седмицы Великого поста, 21 февраля 2018 года.


Опубликовано 21.02.2018 | Просмотров: 493 | Печать

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой!
И нажмите: Ctrl + Enter