Всяк крестится, но не всяк молится!

Всяк крестится, но не всяк молится!

Попробуйте сегодня зайти или просто позвонить по телефону в храм Благовещения Пресвятой Богородицы Александро-Невской лавры, который нынче является Музеем городской скульптуры, и попросить разрешения отслужить панихиду на могиле Александра Суворова, чей прах покоится там.

В ответ вам вежливый женский голос скажет, что провести панихиду на могиле А.В. Суворова в принципе можно, но только в том случае, если вы являетесь организацией. И что вы должны написать письмо на имя директора музея, и директор решит, разрешить вам совершить поминовение или нет. На мой второй вопрос, часто ли проводятся подобные поминовения, девушка ответила, что проводятся они редко, по особым датам. Ведь это музей, а не церковь.

Вы только вдумайтесь, прах великого полководца в настоящий момент находится в музее!

А ведь когда тело усопшего при большом стечении народа предавалось земле, мог ли кто из присутствовавших при погребении представить себе, что место захоронения Суворова станет музеем. Не ошибусь, если скажу, что сродники Суворова и его благодарные потомки надеялись, что прах будет покоиться в святом месте, где будут служиться божественные литургии, проходить поминовение усопших.

А ведь в усыпальнице храма также похоронены члены семьи Романовых, знаменитые российские государственные деятели — генерал-фельдмаршал князь А.М. Голицын, президент Академии художеств И.И. Бецкой, граф Н.И. Панин, светлейший князь А.А. Безбородко. Личности, занявшие в истории России не последнее место. Причем люди православные, достойные поминовения.

Но произошло обмирщение священного места. Храм стал музеем, а прихожан сменили посетители с билетами в руках.

Два года назад, еще будучи вице-губернатором Санкт-Петербурга, после торжественного молебна по случаю 300-летия Александро-Невской лавры я пообещал петербуржцам сделать все от меня зависящее, чтобы Благовещенская церковь и усыпальница были переданы Лавре.

Разговоры о будущем этой церкви начались примерно 15 лет назад, когда музей по собственной инициативе передал монастырю надвратный храм Лавры. В 2010 году, после выхода закона о передаче зданий религиозного назначения церковным организациям, судьба Благовещенской церкви была, казалось бы, предопределена, и речь могла идти только о сроках. Но дальше начались хождения по бюрократическим мукам. Хорошо зная, как устроена система власти, для себя я отвел на решение этого вопроса от одного до двух лет. Но, увы, ошибся, и сегодня сроки перевалили уже за эту отметку.

Причем, казалось бы, все выступают «за». «За» – министр культуры, поставивший на соответствующем документе свою визу, «за» – его заместитель, курирующий эти вопросы, «за», разумеется, – Русская православная церковь. И самое главное, «за» – миллионы граждан нашей страны, петербуржцев и не петербуржцев, которым дорога память великого полководца.

Правда, в последнее время появилась небольшая группа влиятельных лиц, и среди них член Совета Федерации РФ от Санкт-Петербурга Людмила Косткина, выступающие против передачи собора.

Людмила Андреевна Косткина со странным пылом стала активно защищать интересы Музея городской скульптуры, расположенного аккурат в Благовещенском храме. За отправную точку она взяла письмо депутата Законодательного собрания города Бориса Лазаревича Вишневского, который тревожится за судьбу Музея городской скульптуры (это письмо подписали еще10 депутатов из 50, работающих в городском парламенте. – Прим. автора).

9 июля с. г. Людмила Андреевна написала письмо губернатору города, где в частности сказано:

«Прошу Вас приостановить выход соответствующего распоряжения Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга, объективно оценить основания и последствия изъятия из оперативного управления СПГБУ «Государственный музей городской скульптуры» … и рассмотреть возможность совместного использования здания Александро-Невской Благовещенской церкви ГБУК «Городской музей городской скульптуры (1 этаж здания) и Русской православной церковью (2 этаж здания)».

Хотя с точки зрения логики все выглядит иначе. Если инициативу проявили депутаты, то пусть они данный вопрос и рассмотрят у себя на заседании Законодательного собрания, а затем проголосуют: решение большинства – закон.

Но нет, эти господа решили идти другим путем.

В результате в письме предлагается некий компромисс, согласно которому на первом этаже храма будут проводить музыкальные вечера, а на втором – служить Божественную литургию. Но разве так бывает в обществе, заявляющем о сохранении связей с прошлым: не у гробового входа, а прямо среди останков пращуров «младая будет жизнь играть»!

К сожалению, многочисленные «компромиссы» между музеями и Церковью у всех на виду и на слуху. В результате вынужденной совместной деятельности на территории монастыря или храма очень часто возникают трения и конфликты, вызванные разным подходом к сути вещей. В этом случае верен принцип – Богу Богово, а кесарю кесарево. Храм храмом, а музей музеем.

Самое интересное, что уже есть место, куда Музей городской скульптуры может перевезти свою коллекцию. Это так называемая Уткина дача, в свое время переданная музею. И власти, по-видимому, следует озаботиться скорейшим вводом и благоустройством этого места для урегулирования разногласия.

Но позволю себе еще раз вернуться к письму Л.А. Косткиной губернатору и обратить ваше внимание на абзац, где содержится ссылка на одно влиятельное лицо из СФ, которое якобы также устно поддерживает позицию совместного использования Благовещенского храма. То есть противники передачи здания храма Русской православной церкви стремятся задействовать все имеющиеся в их арсенале возможности, чтобы добиться нужного для себя исхода.

Казалось бы, стоит лишь проявить добрую волю, и храм Благовещения Пресвятой Богородицы будет передан церкви. А это значит, что в нем вновь откроется духовная жизнь, а на могиле А.В. Суворова будут совершаться поминовения усопшего, как это и понималось его сродниками и потомками.

И это особенно важно в тот момент, когда многочисленные добровольцы собирают документы в синодальную комиссию по канонизации святых при патриархии о канонизации в лике святых угодника Божьего воина Александра Суворова.

Сегодня, когда одним из вызовов для России является духовное беспамятство и потеря нравственных ориентиров, когда общество раскалывается на два, пусть и не равных, но все же лагеря, на первый план выходят те личности, которые могут стать символом единой исторической судьбы для всех – для патриотов и либералов, для западников и славянофилов, для красных и белых.

Хочу напомнить, что несколько лет назад на телеканале «Россия» проводилось народное голосование среди телезрителей для выявления личности, наиболее значимой для русской истории. Победителем телевизионного конкурса признан святой благоверный князь Александр Невский, правитель, полководец, истинный христианин. Таким же был и Александр Васильевич Суворов– образец бесстрашия, честности, преданности Вере Христовой и Родине. Именно эти качества позволяли ему одерживать победы даже в самых сложных ситуациях, в том числе меньшим числом над многократно превосходящим его противником.

Александр Васильевич Суворов был похоронен в этом храме согласно своему завещанию. Могила его почиталась. Однако во времена богоборческой власти Александро-Невская лавра была закрыта, богослужения прекращены, а на месте лавры пытались даже открыть крематорий. Со временем Благовещенский храм был превращен в музей, но чтимые могила и честные останки выдающегося полководца Александра Суворова не могут служить музейными экспонатами в дежурном ряду других артефактов, не имеющих никакого отношения к Благовещенскому храму.

К счастью, атеизм, который 70 лет насаждался в обществе советскими руководителями, постепенно отступает. Восстанавливаются порванные нити и утраченные было связи со святостью. И есть надежда на то, что победит здравый смысл и благоговейное отношение к святыням.

Василий Кичеджи,
и.о. ректора Санкт-Петербургской государственной художественно-
промышленной академии
имени А.Л. Штиглица

Фонтанка.ru


Опубликовано 21.07.2015 | Просмотров: 195 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter