Игумен Лазарь (Гнатив), Клирос – живой организм

Клирос – живой организм
Когда возникают споры или вопросы об исполнении церковной музыки, многие спешат обратиться к опыту Троице-Сергиевой лавры, где одновременно сохраняются традиции прошлых веков и создаются новые – с учетом всех тонкостей богослужения. О том, какие главные черты присущи настоящему богослужебному пению и чем будет полезен всем служителям клироса первый Международный съезд регентов и певчих, рассказывает заведующий Регентской школой при Московской духовной академии, преподаватель и регент хора МДА игумен Лазарь (Гнатив).

Отец Лазарь, какие насущные вопросы мог  бы решить предстоящий съезд  регентов и певчих?

Подобного рода форум регентов и певчих всей Русской Православной Церкви, ближнего и дальнего зарубежья, проводится, пожалуй, впервые, если не учитывать менее представительные епархиальные регентские съезды, созывавшиеся в начале XX века по инициативе митрополита Арсения (Стадницкого) в период его пребывания на Новгородской кафедре.

Этому историческому собранию предстоит выявить и обозначить круг накопившихся за довольно продолжительное время вопросов, предложить формы и методы для их решения. Возможно, понадобится возобновление практики проведения семинаров, подобных тем, которые в свое время регулярно проводились в Московской духовной академии под руководством протоиерея Михаила Фортунато и архимандрита Матфея (Мормыля), научно-практических конференций, мастер-классов. То есть нужны площадки, где регенты, певчие, священнослужители могли бы обмениваться опытом  и систематически повышать свой профессиональный уровень. Для полноценного решения этих и других задач съезд может инициировать создание постоянно действующего координирующего органа. Например, богослужебно-певческой комиссии по вопросам церковного пения.

А для определения первоочередных задач важно будет провести подробное анкетирование участников, чтобы понять и определиться, в какой системе координат мы сейчас находимся, каково наше нынешнее положение и в каком направлении двигаться дальше.

В советские  времена, например, в хрущевские, несмотря  на то, что Церковь жила в  условиях несвободы, богослужебное пение сохранялось усилиями регентов и священнослужителей, которые помнили и унаследовали дореволюционную богослужебную традицию. Какие Вы видите возможности для возрождения регентского и певческого мастерства сегодня?

Время, которое Вы упомянули, было сложным для Церкви во всех отношениях, в том числе и для богослужебно-певческой традиции. Но следует помнить, что в Церкви как в богочеловеческом организме во все времена литургическая традиция, передача богослужебного, молитвенного опыта не прерывалась.

Сегодня мы можем встретить разные, в том числе и противоположные оценки того, в каком состоянии находится регентское дело. Некоторые говорят о секуляризации церковного пения, потере профессионализма, утрате значительной части эстетичности и красоты, свойственной церковно-певческому искусству дореволюционного периода. Встречаются такие «научные» характеристики, как «трансформация  молитвенного устроения», «деформация механизма межпоколенной передачи духовного и  певческого опыта» т.п.

Некоторые  полагают, что сегодня основная проблема русского церковного пения заключается в отрыве церковно-богослужебной практики от национальной древнерусской канонической традиции и в скудости знаний в этой области большинства руководителей церковных хоров, певцов, духовенства и прихожан.

Распространено мнение, в том числе и среди профессионалов, что  клиросное исполнительство находится в состоянии кризиса, при этом кризис, видимо, понимается как затянувшееся явление, поскольку настойчиво звучат призывы к восстановлению певческого дела. Мысль о «возрождении регентского и певческого мастерства» прозвучала и в вашем вопросе.

Принимая во внимание все эти суждения, местами справедливые, а местами слишком категоричные, всегда следует помнить, что клирос – это живой организм. И всегда, «на всякое время и на всякий час»,  приходится решать целый ряд тесно связанных между собой проблем. Это соотношение уставного и неуставного певческого компонента и средств выразительности в богослужении, отношение к указаниям устава, соответствие системе осмогласия, соотношение изменяемых и неизменяемых песнопений. Это степень церковности и художественного уровня авторского богослужебного творчества, цельность и гармоничное стилевое сочетание. Ну и конечно, во все времена регенты будут сталкиваться с проблемой исполнительского профессионализма, укомплектования клироса, наличия нотного материала, формирования клиросных библиотек. Об упомянутых сложностях следует помнить всегда, и всегда нужно заботиться об их решении.

В храмах сейчас  звучит музыка разных времен. С точки зрения духовного опыта Троице-Сергиевой лавры, какая музыка более органична для богослужения? Какие традиции монастырского пения было бы хорошо применять в приходской практике?

Сложно говорить об этом отвлеченно, не учитывая возможностей приходского клироса. В любом случае, пение в храме, будь то в монастыре или на приходе, должно ориентироваться на уставные требования  и, по возможности, максимально соответствовать им.

Троице-Сергиева лавра являет собой удивительный архитектурный ансамбль, в котором гармонично сочетаются самые разные стилевые направления: от древнерусского зодчества до «нарышкинского» барокко. Подобное можно сказать и об особенностях богослужебно-певческой традиции обители преподобного Сергия, т.е. стилевом многообразии и гармоничном сочетании традиций древнерусского богослужебного пения, монастырских распевов, лучших образцов авторского богослужебного творчества (имеются в виду произведения и гармонизации архимандрита Матфея (Мормыля), диакона Сергия Трубачева и др.).

Мы часто говорили с отцом Матфеем о том, что при выборе репертуара, богослужебно-певческих приемов необходимо учитывать самые разные тонкие детали, начиная с определения места предполагаемого богослужения в суточном, годичном круге, заканчивая временем и местом его совершения. Одно дело – ранняя литургия в Троицком соборе с его иконами преподобного Андрея Рублева, где даже электрический свет не используется, иное – поздняя литургия в Трапезном храме или ночная служба Чина погребения Спасителя.

Выбор, в каком храме молиться, зависит от внутренней предрасположенности молящегося, его духовного и молитвенного опыта, эстетических предпочтений, от того, кто и как совершает богослужение, и много другого. Но такое положение дел, когда «иудеи с самарянами не сообщаются», и утверждение, что только один вид или стиль  пения является безусловно спасительным, а другой – греховным и губительным, никогда  не находило одобрения среди духовных наставников и опытной в духовном отношении братии обители. Например, знаменитый духовник Троице-Сергиевой лавры архимандрит Кирилл (Павлов) при совершении богослужения  предпочтение отдавал обиходу и простым монастырским распевам, о чем говорил мне лично. В то же время он не был против возрождения древнерусской одноголосной певческой традиции  в Троицком соборе, звучания знаменного распева в других богослужениях.

Далеко не  на каждом приходе есть возможность  создать полноценный большой  хор, набрать певчих с хорошими  голосами, в том числе по материальным причинам. Насколько необходимо настоятелю добиваться этого? Каким минимальным требованиям должно соответствовать пение церковного хора (ансамбля), какими качествами отличаться?

Конечно, количественный состав хора, качество голосов певчих и т.п. играет важную роль в формировании клироса, и здесь, помимо материальной составляющей, нельзя не учитывать особенностей того или иного прихода. Например, объема храмового пространства  и необходимого количества певчих для его полноценного «озвучивания» с учетом акустики. От состава поющих зависит и формирование репертуара: совершенно очевидно, что некоторые богослужебные песнопения предназначены не для ансамблевого, камерного, а для полноценного хорового звучания. Можно упомянуть и о других факторах: пение за архиерейским богослужением в кафедральном соборе, обычном приходе или монастырском скиту будут отличаться, в том числе, и по количеству и по качеству голосов.

Но все же, когда мы говорим о минимальных требованиях, то здесь, на мой взгляд, важно совсем иное: пение должно быть церковным по своей сущности, неотмирным по своей природе. Оно должно по форме, содержанию и качеству подражать ангельскому славословию и всякий раз свидетельствовать о том, что, как говорят святые отцы, «Церковь – это небо на земле». А уж какое это будет звучание: хоровое, ансамблевое, хор мужской или смешанный – не так важно.

В последние  годы развивается регентское  образование.  Дает ли это свои  плоды? Становятся ли регенты  храмов более грамотными?

Безусловно. Но в то же время Священноначалие сейчас ставит новые, весьма важные задачи по дальнейшему развитию и совершенствованию системы церковно-певческого образования. Это создание единой вертикали профессионального регентского образования, включая организацию в епархиях, митрополиях регентских училищ, певческих отделений при семинариях. Подготовка руководителей церковных хоров  с высшим дирижерско-хоровым образованием, разработка системы повышения квалификации для практикующих регентов, разработка учебных программ и методических пособий и т.д.

Вопросам регентского образования предполагается уделить немало внимания на предстоящем съезде, несмотря на минимальные сроки его проведения.

Регентская школа  Московской духовной академии прошла путь от кружка церковного пения, где могли обучаться только сотрудники лавры, до полноценного учебного заведения. Чему здесь учат сегодня? Какие качества Вы считаете важным воспитывать в будущих регентах?

В творениях Святых Отцов неоднократно встречается определение, которое можно кратко переформулировать следующим образом: «Какова жизнь, таково пение». То есть богослужебное пение как опыт молитвы, как аскетическая дисциплина с одной стороны, и добродетельная или нерадивая жизнь того, кто его совершает, т.е. поющего, регентующего, – с другой, неразрывно связаны между собой и напрямую зависят друг от друга. Богоугодное пение начинается с богоугодной жизни. Отсюда наше твердое убеждение в том, что основа обучения будущих регентов и певчих – это, прежде всего, их воцерковление, приобщение к подлинному духовному опыту. И, конечно же, ориентация на лучшие богослужебно-певческие традиции. В нашем случае – это традиции обители преподобного Сергия.

Поэтому один из главных предметов у нас в Регентской школе – это богослужебная практика, а главная «учебная аудитория» – храм преподобного Иоанна Лествичника, где учащиеся регулярно поют и регентуют.

И именно «качество», если так можно сказать, совершения богослужения, а не концертные площадки, аудиозаписи и т.п.,  является показателем образовательного уровня будущих регентов. Но это не умаляет необходимости профессиональных навыков и базовых знаний в области музыкального образования.

Вы автор статей  о том, как оценивали богослужебное  пение Святые Отцы. Какие изречения  Вы могли бы посоветовать помнить современным певчим и регентам? Может быть, среди них есть такие, которые помогают Вам в вашем регентском служении?

Из обильного корпуса Святых Отцов каждый выбирает для себя что-то свое, «единое на потребу», одному регенту может быть полезно одно, другому – другое.

Но в качестве универсального совета, близкого в том числе и мне,  можно привести, например, слова святителя Игнатия (Брянчанинова) из «Аскетических опытов». Ссылаясь на Евангелие (Лк. 18. 14), святитель говорит: «Церковь – судилище Божие. Из нее можно выйти или оправданным, или осужденным». И потому  отправлять чтение и пение должно «со всевозможным вниманием и благоговением, никак не позволять себе празднословия, тем более смеха и шуток. Иначе выйдем из церкви осужденными, прогневав Царя Небесного неблагоговейным предстоянием Ему». В Трапезном храме лавры, где мне доводилось часто регентовать, над клиросом есть надпись, которая особенно бодрит и  трезвит в контексте сказанного святителем Игнатием: «Аще кто растлит храм Божий, растлит сего Бог».

В другом месте святитель Игнатий замечает, что когда мы читаем или поем, «не должно чрезмерно и непристойно кричать, увлекаясь тщеславием; напротив, должно читать природным голосом, без отяготительного для слуха и совести напряжения, благоговейно, внятно, величественно, чтоб наша жертва хвалы была благоприятна Богу, чтоб не оказалось, что мы приносим Богу один плод устен, а плод ума и сердца приносим тщеславию».

Довольно часто в певческой среде при характеристике нравственных качеств того или иного певчего можно услышать поговорку «где голосок, там бесок». Это находит подтверждение и в тонком наблюдении святителя Игнатия, который говорит, что «для всех вообще крылосных крайне опасна страсть тщеславия, за которою входят в душу и другие пороки, особливо гордость, и отступает от человека хранящая его благодать Божия».

В целом многочисленные изречения и пожелания святителя Игнатия относительно церковного пения дают нам верные ориентиры и указывают путь, следовать которым должен стремиться каждый подвизающийся на этом поприще.

Богослов.RU


Опубликовано 16.11.2016 | Просмотров: 97 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter