Евангелие от Люцифера. О трилогии Филиппа Пулмана «Тёмные начала»

Евангелие от Люцифера. О трилогии Филиппа Пулмана «Тёмные начала»

В 2007 году на Рождество Христово в прокат вышел подчеркнуто антихристианский фильм «Золотой компас», снятый по первому роману фантастической трилогии Филиппа Пулмана «Тёмные начала» (англ. «His Dark Materials»). Тогда портал Православие.Ru одним из первых предупредил своих читателей о том, какой яд скрывается за глянцевой обложкой этой якобы детской книги, разместив кинорецензию священника Иакова Баглиена. В 2003 году «Тёмные начала» заняли 3-е место в списке 200 лучших книг по версии BBC. А в конце прошлого года эта же телекомпания заявила, что вскоре покажет телеверсию «Темных начал», снятую кинокомпанией «New Line Cinema»…

Сегодня, в Международный день защиты детей, мы публикуем новую – развернутую – рецензию на всю трилогию Пулмана, написанную нашим знаменитым сектоведомАлександром Леонидовичем Дворкиным. Так вышло, что он лично столкнулся с популярностью «Тёмных начал» в среде православных (!) детей и потому был вынужден прочитать и проанализировать всю трилогию. Вывод, к которому он пришёл, неутешителен: мы имеем дело со «стопроцентно сатанинским сочинением, по-настоящему развращающим детские души».

Сказал безумец в сердце своем: «нет Бога».
(Пс. 13:1)

Когда человек перестает верить в Бога,
он начинает верить во все остальное.
Г.К. Честертон

Кино

Евангелие от Люцифера. О трилогии Филиппа Пулмана «Тёмные начала»В 2007 году на экраны кинотеатров всего мира вышел фильм «Золотой компас». Эффектно сделанные рекламные плакаты, участие звездных актеров первого эшелона, потрясающие для того времени видеоэффекты – все это должно было привлечь к фильму внимание публики. Тем не менее, кассовые сборы фильма оказались на грани провальных, так что продолжение его (хотя он обрывается на полуслове) решено было не снимать.

Действительно, фильм производил странное впечатление: красиво сняты виды, великолепная компьютерная графика – и вместе с тем совершенно невнятный сюжет, обилие героев, которые попадают в кадр, представляются и больше не появляются в фильме, упоминание неких реалий, которые затем никак не реализуются… В общем, шедевра не получилось. Единственно, что запоминается, пожалуй, – это карикатурно злобные церковники, строящие жуткие человекоубийственные козни, но непонятно почему и для чего. Римско-католическая церковь протестовала против выхода этого фильма, но, если не знать контекста, причина протеста не вполне ясна: мало ли антиклерикальных фильмов, тем более что здесь Церковь, хоть и вполне узнаваемая, называется другим словом, а священники вместо крестов носят на груди какой-то замысловатый символ.

В 2002 году в интервью Филипп Пулман заявил: «Я из партии дьявола и это знаю»

Ситуация проясняется, когда узнаёшь, что фильм стал экранизацией первой части трилогии английского писателя Филиппа Пулмана, опубликованной под названием «Его темные материи» («His Dark Materials» – в русском переводе «Темные начала»). Пулман позиционирует себя воинствующим атеистом, но не только. В 2002 году в интервью газете «The Daily Telegraph» он заявил следующее: «Блейк называл Мильтона настоящим поэтом и из партии дьявола, хотя тот и не знал об этом. Я из партии дьявола и это знаю».

Пулман

Филипп Пулман: «Меня тошнит от книг “Нарнии”. Я ненавижу их глубокой и страстной ненавистью»

Пулман подчеркивает, что написал свою трилогию как антитезу «Хроникам Нарнии» (он назвал свое творение «Анти-Нарнией), созданным христианским английским писателем Клайвом Льюисом. «Хроники Нарнии» – это фэнтезийная сага из семи детских книг о приключениях группы детей в вымышленной стране. Остросюжетные, с массой приключений книги Льюиса написаны в жанре христианской аллегории, которая через понятные детям и подросткам образы раскрывает им многие глубокие христианские истины. Время от времени православные родители спрашивают у меня, не вредно ли детям читать «Нарнию»: они слышали мнение, что книги Льюиса «сатанинские». Им было бы полезно услышать, что говорит о «Хрониках Нарнии» тот, кто сам относит себя к «партии дьявола»: «Меня тошнит от книг “Нарнии”. Я глубокой и страстной ненавистью ненавижу эти книги, представляющие детство как золотой век, свободный от сексуальности и взросления». Пулман считает серию книг о Нарнии религиозной пропагандой и называет это творение Льюиса «одной из самых уродливых и ядовитых вещей из всего, что я когда-либо читал».

Обозреватель «The Daily Telegraph» Питер Хитченс подтверждает, что Пулман усиленно занимается антихристианской деятельностью, цитируя его интервью, где писатель говорит: «Я пытаюсь подорвать основы христианской веры». Журналист вслед за Пулманом рассматривает «Тёмные начала» как прямое опровержение «Хроник Нарнии» Клайва Льюиса. Вот как Питер Хитченс суммировал взгляды Пулмана:

«Пулман не верит в Бога, по крайней мере, он заявил об этом бесчисленное количество раз. Он также яростно выступает против организованной религии – в его “Темных материях” Церковь и духовенство изображены как злонамеренные, детоубийственные репрессивные силы. Трилогия отчасти задумана как парафраз “Потерянного рая” Мильтона: двое подростков – Лайра и Уилл, – которым выпала задача спасти мир, участвуют в войне на небесах. Только на этот раз все стороны перевернуты. Лайра и Уилл переворачивают установленный порядок. Их миры искуплены, и Бог, Который оказывается бессильным древним маразматиком, существующим за счет поддерживающих Его жизнь механизмов, рассыпается в пыль».

В свою очередь брат Питера Хитченса Кристофер Хитченс назвал «Тёмные начала» свежей альтернативой христианским книгам Толкина и Льюиса, а Пулмана автором, «чьи книги начали растворять границу между взрослой и подростковой фантастикой».

Некоторые православные увлеклись обличением книг Толкина, Льюиса и др., не заметив, как на книжный рынок было выброшено стопроцентно сатанинское сочинение, по-настоящему развращающее детские души. Оно тем более опасно, что Пулману удалось написать интересную книгу с захватывающим сюжетом и нафантазировать несколько миров. Безусловно, в трилогии изобилие литературных недостатков: тяжеловесное начало, множество сюжетных неувязок, целый ряд непрописанных характеров, бесконечные «рояли в кустах», вновь и вновь вытаскивающие сюжет из, казалось бы, безнадежных ситуаций, и так далее. Но буйство фантазии автора, увлекательность повествования и все убыстряющийся темп событий покрывают многочисленные огрехи, так что, скорее всего, они пройдут мимо внимания молодого читателя. Главная опасность книги, на наш взгляд, в том, что ее основное смертоносно-ядовитое для детей содержание открывается не сразу, а малыми дозами. В первом томе только к концу его обнаруживается антиклерикализм. Увлеченный захватывающим сюжетом и переживающий за судьбу главных героев ребенок проглотит это и начнет двигаться дальше – к исподволь раскрываемым во втором томе планам по восстанию против Бога, а затем – к чудовищным кощунствам и растлевающему аморализму третьего.

Сюжет трилогии

Часть души человека называется в романе daemon – по-английски это слово произносится так же, как demon, то есть демон

Главная героиня трилогии – 12-летняя девочка Лайра (в русском переводе – Лира) – живет в параллельном мире, очень похожем на наш, но с рядом отличий. В нем есть и ее родной университетский город Оксфорд, который тоже находится в Англии. Страны параллельного мира более или менее соответствуют нашим, но, опять же, не совсем: Норвегия называется Свалбард, Россия – Московия (кроме того, есть некая Тартария, расположенная, очевидно, в северной Сибири); непонятно, существуют ли там США, но республика Техас имеется… Развитие науки и техники Лайриного мира примерно соотносится с нашим началом XX века. Но зато там имеются говорящие северные медведи, умеющие ковать себе непробиваемую броню из метеоритного железа, целые кланы ведьм, живущие по системе матриархата и летающие на сосновых ветках, какие-то скальные нетопыри и многие другие диковинные создания. Есть там церковь, называемая Магистериумом, которая проводит богослужения в зданиях ораторий. Церковь – нечто среднее между римо-католичеством и кальвинизмом (в самом начале романа говорится, что в XVI веке папа Римский Жан Кальвин перенес папство в Женеву, а после его смерти его и вовсе упразднили), она управляется коллегиально и жестко контролирует весь мир при помощи целого ряда дублирующих друг друга инквизиционных органов, шпионящих за всеми и беспощадно уничтожающих всякое вольномыслие и свободолюбие. Эта церковь едина во всем мире. Никаких других мировых религий не замечается. Зато на северных и южных окраинах существуют шаманизм и колдовство, но как раз в них содержится истина, и к тому же они дают инициированным адептам сверхъестественные способности. Но главное, Лайрин мир отличается от нашего тем, что часть души каждого человека, называемая в романе daemon (в русском переводе «даймон», но по-английски это слово произносится точно так же, как demon, то есть демон), существует отдельно от него в материальном виде того или иного говорящего животного, которое все время сопровождает человека. В ходе романа один из героев упоминает христианскую антропологию о трехсоставном существе человека (тело, душа и дух), но переиначивает ее на тело, душу (или призрак) и демона.

Бог, по Пулману, не всемогущий и является на самом деле жестоким диктатором

Живущая в начале романа сироткой Лайра – незаконная дочь героической личности, заслуженного полярника лорда Азриеля, который прижил ее с замужней дамой – миссис Коултер, после чего убил ее супруга. Отметим, что все имена – говорящие. Лайра (Lyra) произносится почти так же, как liar – лжец. Главная героиня (и один из двух самых светлых образов в романе) действительно записная лгунья, как ее характеризует автор и как она сама с гордостью говорит о себе. Азриель – слегка переиначенный Israel (Израиль) – профессиональный диссидент, бунтарь и богоборец. Он – воинствующий антитеист, открывший для себя «правду» о Боге и церкви. Он знает, что Бог – не всемогущий и является на самом деле жестоким диктатором. Азриель объявляет ему войну и ставит себе целью убить его. Церковь управляется беспринципными властолюбцами, удерживающими власть при помощи тотального сыска, террора и сокрытия правды о Боге и мире. Правда, сам Азриель – не лучше своих врагов. Чтобы прорубить окно в иные миры, откуда он планирует начать свою войну, он должен принести в жертву невинного ребенка, что и делает без зазрения совести. Его бывшая любовница, а ныне тайная служительница церкви всесильная женщина-вамп миссис Коултер (англ. сoulter – резак), исполняя задание своего начальства, строит на крайнем севере станцию по отсечению детей от их демонов, от чего они либо погибают, либо превращаются в зомби. Кстати, образ роковой красавицы Марисы Коултер вторичен: он списан с Миледи из «Трех мушкетеров». Миледи – шпион кардинала, и Коултер – шпион церкви, обе околдовывают и подчиняют своей воле любого человека, и обе оставляют за собой горы трупов из своих использованных и списанных за ненадобностью бывших любовников и воздыхателей.

Сбежавшая от обольстительной, но жестокой матери Лайра сдруживается с морским народом «цыгантов» и отправляется на крайний север, где переживает захватывающие приключения, выручает из трудных обстоятельств короля говорящих медведей и привлекает к себе в союзники клан ведьм. Интересно, что ведьмы исповедуют идеологию вполне современных нам адепток неоязыческого оккультного феминистского движения «Викка». Во втором томе юная героиня попадает в Оксфорд нашего мира, где знакомится с мальчиком по имени Уилл и с молодой ученой-физиком доктором Мэри Мэлоун. Ученая оказывается бывшей католической монахиней, несколько лет назад утратившей веру. Уилл Парри (имя можно перевести как воля, сила воли, а фамилию – как парировать) – практически сирота, так как мама его болеет тяжелой формой параноидной шизофрении, а папа, полярный исследователь, пропал, когда его первенец только родился. Впоследствии папа найдется в мире Лайры, где тартары без наркоза просверлили ему в черепе несколько дырок и он стал шаманом: может повелевать ветрами и тучами и командовать птицами. Теперь Лайра продолжает свое странствие по разным вселенным вместе с Уиллом, который становится счастливым обладателем сверхострого ножа, без усилий режущего все на свете, а заодно прорезающего окна между мирами.

Основная «религиозная» часть романа – в третьем томе, который и является своего рода антитезой христианской поэме Мильтона «Потерянный рай».

Первородный грех, по мнению Пулмана, принес просвещение, свободу, счастье и придал смысл жизни

По мере развития сюжета мы узнаем об элементарных частицах, называемых «пыль». Церковь определяет, что пыль связана с первородным грехом, и пытается уничтожить ее. Пыль начинает оседать на людях только после полового созревания, и церковь ставит задачу предотвратить взросление подростков, для чего зловещая миссис Коултер начинает похищать детей и заниматься вивисекцией. Лайра при помощи своих друзей приходит к пониманию, что пыль на самом деле является добром и представляет собой некий коллективный разум или вселенское сознание. Она, действительно, появилась в мире после события, называемого церковью первородным грехом, которое на самом деле принесло с собой просвещение, свободу, счастье и придало смысл жизни. Пыль говорит с Лайрой при помощи подаренного ей прибора под названием «алетиометр» (букв. «измеритель истины»), а с физиком Мэри Мэлоун – через ее компьютер, а затем и вовсе через китайские гадательные палочки. Таким образом пыль сообщает героям много важных сведений, а советы и указания, которые она дает, всегда полезны и безошибочны. Более того, все бесчисленные сюжетные провалы романа, спасаемые «роялями в кустах», объясняются разумным замыслом той самой пыли, то есть своего рода промыслом. Только не Божиим, разумеется (ведь Бога нет), а, очевидно, «пыльевым». Достойная замена!

Пережив много приключений в разных мирах, Уилл и Лайра узнают, что рая и ада не существует и что злой Бог посылает мертвых в некое подобие греческого Аида, где их тени влачат жалкое призрачное существование. Юные герои решают спуститься туда и освободить мертвых, умертвив смерть. Они погружаются в ладью Харона, тот переправляет их в страну мертвых, которой правят злобные и страшные летучие гарпии, пугающие несчастных призраков бесконечными рассказами об их грехах. После тяжких испытаний двое детей изобретают способ уничтожения смерти. Лайра предлагает монстрам-гарпиям иной способ существования вместо терзания бессильных теней: умершие будут рассказывать им правдивые истории о своей жизни, а те, в обмен на искренний и интересный рассказ, покажут им дорогу из царства мертвых. Призраки, которым нечего будет рассказать правдивого и интересного о своей жизни, останутся в царстве мертвых навсегда. Те же тени, которые выйдут из подземелья на цветущие луга, от охватившего их счастья немедленно распадутся на атомы, сольются с природой и будут существовать в бабочке, цветке, ветре, капельках росы и пр. В общем, как еще в XIX веке сказал герой тургеневских «Отцов и детей» нигилист Базаров: «Умрешь – и лопух вырастет». Не слишком утешительный конец: вместо избавления от смерти сделать ее окончательной и бесповоротной, растворив остатки жизни в небытии. Что еще интереснее, вместо Бога и Его высшей правды и милости у Пулмана окончательными судьями оказываются злобные, тупые и жестокие гарпии, подобно уголовникам в лагерях, требующие от других заключенных «тиснуть им занятный роман».

Азриель объявляет войну Богу и Царству Небесному, стремясь превратить его в Небесную Республику

Тем временем лорд Азриель, еще месяц назад сидевший в одиночном заключении и сбежавший в новый мир, в рекордные сроки выстроил громадный неприступный замок, выкопал под ним многокилометровые подвалы невероятной глубины. Столь же мгновенно он обзавелся помощниками-монстрами (чего стоят одни летающие на ручных стрекозах лилипуты с источающей смертоносный яд петушиной шпорой на пятке) и многотысячными армиями людей со всевозможным оружием и хитроумными машинами. Все это очень напоминает описание карьеры Сарумана из «Властелина колец», но герой Пулмана, конечно, дает фору не только Саруману, но даже и Саурону, которым потребовались долгие годы, чтобы создать свой военный потенциал. В этой неприступной твердыне, среди лязганья гигантских молотов о наковальни и дымящихся потоков расплавленного металла, главнокомандующий Азриель объявляет войну Богу и Царству Небесному, стремясь превратить его в Небесную Республику. С ним вместе, помимо монстров и людей, сражаются ангелы, многие тысячелетия назад восставшие против Бога во главе со своим изначальным вождем – мудрой, доброй и заботливой «Люцифершей» – ангелом женского пола по имени Ксафания.

Да, в книге Пулмана ангелы разделены на полы. Они также имеют некие призрачные тела, и, судя по всему, чем к более высокой иерархии принадлежит ангел, тем более плотным является его тело. Пулман верит, что ничего духовного во всем мироздании нет – все существующее материально, но по-разному. Ангелы слабее людей, так как их тела не такие плотные, как наши. С ними можно бороться, и их можно побеждать. Сами по себе ангелы живут очень долго, но не вечно. Они подвержены болезням и старению, их можно ранить или даже убить. Им также присуща сексуальность: они могут совокупляться с людьми, а также и друг с другом. Пулман описывает даже двух ангелов, состоящих в гомосексуальных отношениях. Правда, эти двое, по крайней мере, относятся к противникам Бога и, кроме того, не слишком симпатичные. Можно сказать, что Пулман довольно реалистично (но не очень политкорректно) описывает типичную гомосексуальную пару: капризные, трусливые, мнительные, обидчивые, нерешительные и вечно рефлектирующие самовлюбленные существа, только разве что с крыльями.

Впрочем, ангелы со стороны Бога – гораздо хуже. Всем миром правит огненный ангел по имени Метатрон, обычно именуемый просто Регент. Когда-то он был человеком Енохом, но затем Бог взял его на небо и сделал, по всей видимости, тем, кого христиане называют Михаилом. Бог (в книге он называется просто Authority, то есть Начальство, или – еще лучше – Авторитет) тоже является ангелом, но хронологически самым первым. В незапамятные времена он по какой-то случайности появился сам по себе из небытия, а затем, когда стали возникать другие ангелы, соврал, что сотворил их. Со временем он начал стареть, стал называться «Ветхий днями» (миссис Коултер, говоря о старении Бога, ссылается на книгу пророка Даниила (7: 9), где Бог называется этим эпитетом), а к нынешнему времени совсем уже одряхлел, впал в маразм и обессилел. Узурпировавший власть регент Метатрон заточил Бога в хрустальную капсулу, без которой тот давно рассыпался бы на атомы. Но это ему не помогает. Когда, уже после начала военных действий, Метатрон отсылает Авторитета под охраной ангелов-телохранителей из летучей облачной горы, где он давно уже проживал, в безопасное место, происходит инцидент, капсула падает и разбивается, а давно уже впавший в старческое беспамятство «Ветхий днями» бесследно растворяется в атмосфере.

Образы церковников выписаны Пулманом одной черной краской

Герои романа узнают от ведьм пророчество о Лайре: она должна стать новой Евой, вновь, как и праматерь человечества, пережить искушение, поддавшись которому может спасти весь мир. Церковь также узнает об этом и пытается убить девочку до того, как та впадет в грех. Образы церковников выписаны Пулманом одной черной краской: фанатичные и циничные одновременно, садистски жестокие, но при этом тупые, неповоротливые и неумелые. Непонятно, как таким неудачникам удавалось так долго править миром. Единственный более-менее человечный церковник – это «московитский» поп отец Семён, встреченный Уиллом на крайнем севере. Конечно, он – грязный, бесцеремонный и полуграмотный (правда, при этом каким-то образом отлично говорит по-английски), к тому же беспробудный пьяница. Но, по крайней мере, добродушный, по-своему гостеприимный и не злонамеренный.

Разумеется, верховным церковникам, задействовавшим как термоядерное, но при этом наводящееся при помощи симпатической магии оружие, так и киллера-одиночку с винтовкой, не удается убить Лайру. Но пока все это происходит, чтобы выиграть время для находящейся в смертельно опасной ситуации героини, ее неубедительно (с точки зрения правды характеров) раскаявшиеся и воссоединившиеся родители создают диверсионный план. Великая манипуляторша и неистребимая сногсшибательная красавица миссис Коултер покоряет сердце регента Метатрона, который, при всем своем заявленном властолюбии и мудрости, оказывается сластолюбивым и наивным похотливцем, потерявшим разум от обычного женского кокетства. Он спускается в бездну, где лорд Азриель и его бывшая жена жертвенно прыгают на него и в яростной борьбе гибнут вместе с ним в бездонной пропасти.

Тем временем Лайра с Уиллом выбираются из гущи боя и попадают в почти идеальный буколистический мир, где в гармонии с природой живут разумные ромбовидные четвероногие существа с хоботом, катающиеся на колесах. Они освоили такой способ передвижения на заре веков по совету мудрого змея, данному их прародительнице: дескать, наденете колеса на ноги – и станете, как боги. Аборигены рассматривают этот разговор со змеем как величайшее благословение жизни всего народа, даровавшее ему способ передвижения, а с ним свободу и творчество. Их повседневная жизнь напоминает идеализированные описания быта американских индейцев – мудрых и наивных одновременно, идеально поддерживающих экологический баланс, но невинно страдающих от последствий деятельности белых колонизаторов.

В этом мире уставших и израненных детей поджидает ранее попавшая туда и уже освоившаяся на месте доктор Мэлоун. Четвероногие колесные сообщают ей, что во вселенной происходит катастрофа: по неясным причинам, скорее всего связанным с техногенным развитием человечества, из мира улетает разумная пыль, а вместе с ней – жизнь, радость и надежда на эволюционное развитие. Более того, в мире, где живут бедные невинные аборигены, от недостатка пыли стали вымирать гигантские деревья, производящие колеса, и симпатичные четвероногие разумные существа оказались перед риском лишиться средства передвижения, без которого они долго не протянут.

Доктор Мэлоун, бывшая монахиня, пробуждает у 12-летних подростков сексуальную страсть, и они, уединившись, совокупляются

Мэри Мэлоун, которой в новой драме искупления уготована роль змея (о чем ей заблаговременно сообщают ангелы из партии Ксафании), подробно рассказывает двум подросткам о том, как она, молодая монахиня, заглядевшись на научном конгрессе на коллегу-итальянца, впала в блудный грех, который привел ее к восстанию против Бога, после чего она утратила веру и выкинула свой крест в море. Фактически она излагает им историю религиозного обращения, но только с обратным знаком. Своим рассказом доктор Мэлоун растлевает детей, пробуждая у 12-летних подростков сексуальную страсть, и они, уединившись, в тот же вечер совокупляются. Так совершается новое грехопадение, мир обогащается, пыль остается в нем и начинает щедро опылять все существующее, а с ней появляется смысл жизни, рождается надежда и воцаряются свобода с творческим развитием и прогрессом. Армии погибшего лорда Азриэля побеждают полчища Царства Небесного. Бога больше нет, начинает строиться Небесная Республика, церковь унижена и ослаблена, во вселенной теоретически воцаряются мир и гармония. «Теоретически» – так как только что происшедшая великая драма остается незамеченной в мирах двух главных героев. Хотя внешне там все остается по-прежнему.

Однако юные любовники должны расстаться: жизнь вне своего мира истощает демонов, что чревато ранней смертью для их хозяев. Теперь перед преждевременно повзрослевшими подростками стоит великая задача: каждый из них в своей родной вселенной должен проповедовать новую веру: о том, что уготованное злым, но теперь уже несуществующим Богом жалкое посмертное существование можно преодолеть и раствориться в блаженном небытии, распавшись на атомы, которые станут частью окружающей природы. Для этого нужно так прожить жизнь, чтобы было о чем рассказать жадным до интересненького гарпиям. Такое впечатление, что англичанин Пулман каким-то образом ознакомился с навязшей в зубах у всех бывших советских школьников цитатой из коммуниста Николая Островского: «Самое дорогое у человека – это жизнь. Она дается ему один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жег позор за подленькое и мелочное прошлое, чтобы, умирая, смог сказать: вся жизнь и все силы были отданы самому прекрасному в мире – борьбе за освобождение человечества».

Герои книги Пулмана ставят перед собой ровно такую задачу. Только освобождение человечества, которому они посвящают свою жизнь, не социальное, а метафизическое, но такое же революционное. Впрочем, хрен редьки не слаще, и небытие остается небытием, как его ни идеализируй.

Выводы

Автор объявляет себя атеистом, но на самом деле готов поверить во что угодно, кроме Христа

Мы видим, что автор хоть и характеризует себя как атеиста, на самом деле готов поверить во что угодно, кроме, разумеется, Христа, Который, кстати, ни разу не упоминается на страницах его книги. Даже когда христианская монахиня рассказывает о своей любви к Богу, она не называет Того, в имени Которого заключается сущность ее веры. Даже ранняя христианская мученица, заявившая в царстве мертвых, что ее обманули и что она напрасно пожертвовала своей молодой цветущей жизнью, не говорит, за Кого она претерпела мучения и пошла на смерть. Неверующий Пулман составил свое насквозь оккультное мировоззрение из обрывков древнегреческих мифов, гностицизма, современного шаманизма, викканства, симпатической магии и неоязычества, а также мормонизма, мунизма и учений прочих сект. Но стержень его фанатичной веры – люциферианство, выражающее себя в яростной ненависти к христианству. Как мы видим даже из моего весьма щадящего пересказа, в своей войне против Христа и Его Церкви Пулман доходит до крайних, чудовищных степеней богохульства. Хотя его книги и анонсируются как детская литература, они не только кощунственны, но и глубоко развратны, так что детей нужно ограждать от них, как от порнографии и матерщины. Интересно, что сам Пулман требует отменить все возрастные ограничения для литературной, кино- и аудиопродукции и позволить детям любого возраста читать, смотреть и слушать все, что им заблагорассудится.

Книги Пулмана анонсируются как детская литература, но они не только кощунственны, но и глубоко развратны

Говорят, что Филипп Пулман – примерный семьянин. Но эти его требования, вкупе с реализованными в трилогии болезненными педофильскими фантазиями, выказывают всю глубокую латентную извращенность ума бывшего детского учителя, ставшего модным писателем. Впрочем, закон духовной жизни остается непреложным: духовный блуд неизбежно перетекает в блуд физический, даже если в данном случае он происходит только в отравленном ненавистью ко Христу уме писателя.

Вернемся к названию книги: «Его темные материи». Кто же этот «он», чьи темные материи пересказывает Пулман? Сама пухлая (1018 стр.) трилогия не отвечает на этот вопрос. Но если мы вспомним, что сам писатель открыто называет себя принадлежащим к партии дьявола, то ответ напрашивается сам собой. Пулман пишет «евангелие от Люцифера», воплощая в литературный замысел всю ненависть к Богу того, кто вдохновил его на создание эпопеи.

Однако во всех богоборческих построениях Пулмана есть и убийственный для него комизм. Он яростно выступает против любой организованной религии, прикладывает невероятные усилия, чтобы развенчать и уничтожить ненавидимое им христианство, но при этом описывает механизм создания на его месте новой религии. Лайра и Уилл должны в течение всей своей земной жизни – каждый в своем мире – проповедовать новую веру, несущую людям конечное избавление. Очевидно, что в одиночку они не смогут этого сделать: им понадобятся ученики и последователи, которые будут рассказывать об их подвигах в разных мирах, нисхождении в царство мертвых и так далее. Но основатели новой религии – не вечны, их жизнь рано или поздно подойдет к концу, а значит, их ученики должны будут написать книги с главным содержанием их «благовестия», то есть своего рода «евангелия» от Уилла и Лайры. Возможно, при издании это «евангелие», как самую важную для его последователей книгу, переплетут в кожаный переплет, а текст наберут в два столбца и разобьют на главы и стихи. Возможно, адепты новой религии вскоре захотят начать отмечать тот день, когда дети вывели мертвых из подземного царства. Четвероногие аборигены из буколистического мира сообщили, что соорудят святилище в том месте, где бесконечный поток мертвых выходит на волю, чтобы совершить эвтаназию и блаженно раствориться в небытии. Наверное, позже должны будут появиться святилища и в других местах. В общем, за что Пулман боролся, на то он и напоролся…

И еще один важный аспект. В параллельном мире, в котором живет Лайра, всё заметно отличается от нашего мира. В Оксфорде располагаются не те университеты, что у нас, литературу и науку создавали другие писатели и ученые, многие страны и народы имеют иные наименования, Англия является полуостровом, соединяющимся с Голландией, «цыганты», в отличие от наших сухопутных цыган с их кибитками, кочуют по воде и живут на баржах и кораблях. Даже шоколад, марципан и электричество называются иначе. Церковь тоже другая с другой историей и другим названием. Но при этом Библия – наиболее яростно ненавидимая Пулманом книга – та же самая. И никуда Пулману от нее не деться. Этот факт лучше всего иллюстрирует тщетность деструктивных усилий очередного очарованного сатаной богоборца.

Александр Дворкин

Православие.ru


Опубликовано 01.06.2016 | Просмотров: 206 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter