Что не является исповедью

Что не является исповедью
Таинство Исповеди сопровождает жизнь каждого верующего, и его целью является помощь на пути ко Христу. Именно это Таинство более всех других вызывает вопросы у прихожан. Что говорить священнику, а чего не следует говорить? Как правильно относиться к исповеди? Какие рекомендации священника нужно обязательно исполнять, а какие остаются на собственное усмотрение исповедующегося? Как быть, если возникла особая привязанность к духовнику? Какие вопросы священник не должен решать за человека? Можно ли менять духовника? Распространенные затруднения и ошибки, связанные с этим Таинством, разбираются митрополитом Лимассольским Афанасием в данной публикации.

Церковь лечит. Она функционирует как больница, как лечебное учреждение, а не правовое или судебное. Мы не приходим на исповедь, чтобы получить судебный приговор, не для того, чтобы нам сказали: «Ты знаешь, что тут суд, а священник – это судья. Ты совершил вот это преступление – за это ты проведешь пять дней в КПЗ, или тебя оштрафуют».

И сейчас есть люди, которые говорят: «Я пришел на исповедь к моему духовнику, и он оштрафовал меня!»

Но мы приходим на исповедь, словно на прием к врачу. Мы знаем, что такое грех – это болезнь, это заболевание нашей сущности. Прародительский грех – это не вина, от которой мы должны освободиться, это не Божье наказание, а болезнь нашей сущности, которая передается из поколения в поколение. Грех – это болезнь, и исповедь – это как прийти на прием к врачу и рассказать ему о симптомах своей болезни: «Доктор, у меня болит тут и тут!»

Таким же образом мы приходим исповедоваться духовнику в свой приход или в приход, который мы выбираем, и спокойно рассказываем ему о симптомах нашей болезни. Наши грехи являются симптомами нашей болезни. Когда я говорю, что ворую, завидую, делаю то и то, я не перечисляю нарушения правового или даже морального кодекса, а перечисляю симптомы своей болезни. Согласно этому духовник должен действовать как врач, а не как судья или полицейский, и тогда именно он увидит, что за этим скрывается. Говоришь врачу, что у тебя болит желудок, но он является тем, кто должен понять, что у тебя есть бактерии, какова твоя болезнь, и как она лечится. Мы приходим к священнику на исповедь с полным осознанием того, что приходим к врачу.

Как приходить на исповедь?

Исповедь – это большое искусство. И, естественно, большим искусствоведом является исповедующий духовник. Однако сегодня мы поговоримоб исповедующихся. Есть много способов исповеди. Есть такие ситуации, когда, например, детей силой приводят на исповедь: мать подталкивает ребенка к исповедующему священнику, но, естественно, перед этим она приходит к нему и говорит: «Батюшка, когда мой ребенок придет к вам на исповедь, скажите ему то и то!» И горе тебе, если не скажешь ему то, что она сказала. Тогда она станет твоим самым большим врагом. Я имею горький опыт таких ситуаций. Избегайте таких «благочестивых» матерей… Почему? Потому что выходит вот как: приходит родитель и говорит тебе:

— Послушайте, у моей дочери проблемы! Она влюбись в хулигана, наркомана! Сейчас, когда она придет в исповедальню, то скажите ей, батюшка, что она должна его бросить!

Приходит девушка, и ты понимаешь, что юноша не является ни наркоманом, ни вором, ни лжецом, а просто мать или отец так думают о нем. Спрашиваешь девушку:

— Дочь моя, может быть, он наркоман, вор, обманщик?

— Нет, ради Бога!

— Ну, тогда выйди замуж за него!

Дочь выходит из исповедальни и говорит:

— Батюшка сказал мне, что нет никаких препятствий, чтобы мне выйти замуж за него!

Священник должен быть готов не слушать распоряжений родителей. Вы смеетесь, но мое сердце разрывается от таких ситуаций. Страх переполняет меня, когда матери приводят своих детей с такими намерениями. Это страшное дело.

Я видел мать, которая дергает своего сына в буквальном смысле, подталкивает его на исповедь, он студент… И когда он встал на ноги в духовном смысле, мать пошла на какой-то телеканал и днем и ночью хулила меня за то, что она не увидела в своем сыне той перемены, которую хотела видеть и которая была удобна только ей.

– Ну, мы сказали, чтобы он ходил в церковь, но не чтобы постился и причащался каждое воскресенье! – объясняла она в телестудии.

Зачем тогда она привела его ко мне? Что я должен был сказать ему? Разве это плохо, что он поверил в Бога? Как бы то ни было, я вспомнил о своих муках…

Иногда можно случайно начать разговор с каким-то врачом и между прочим сказать ему, что где-то у тебя болит. Он прощупает больное место и обнаружит заболевание, обнаружит проблему. Совершенно случайно. Духовник не должен игнорировать даже эти случайные события, он должен быть очень внимательным.

Хочу вам рассказать, какой неуместный поступок однажды я совершил, когда я был еще молодым священником. Пришел в монастырь какой-то юноша, его родители сказали, что он строптивый. Я подошел к нему, положил свою руку на его плечо и сказал ему: «Идем потихоньку».

 И так мы вошли в исповедальню. Потом оказалось, что это был не парень, а девушка! Только позже я понял, что я сделал, потому что я не спросил ее имя, и она выглядела совсем как парень, с короткими волосами… Тогда я только что вернулся со Святой Горы Афон и принял ее за парня.

Но другие монахи в монастыре знали, что это девушка, смотрели и усмехались… Я сказал себе: «Пресвятая Богородица! Как же я сейчас выйду на улицу». Девушка была 16-17-летней, и лишь через полчаса беседы я это понял. Когда я сказал ей: «Сын мой, будь осторожен со своими одноклассницами…», – она посмотрела на меня и сказала: «Но, батюшка, почему Вы говорите мне, сын мой, а не дочь моя?!»

Невнимательность – это одна из многих ошибок, которые мы совершаем.

Мы должны учитывать, что кто-то может случайно прийти на исповедь. У меня был такой случай: какой-то человек приехал ремонтировать кондиционер в исповедальне. Войдя внутрь, я сказал ему:

— Почини его скорей, а то люди ждут снаружи!

Он начал работать, потом посмотрел на иконы Христа и спросил:

— А что Вы здесь делаете? Исповедуете?

— Исповедую.

— Я никогда в жизни не исповедовался! Могу ли я сейчас поисповедоваться?

— Ну ладно, отремонтируй кондиционер и слезай с лестницы…

Таким образом, это случайное событие стало причиной, по которой этот человек пришел в Церковь со своей семьей.

Нет ничего случайного у Бога. Бог все оценивает и делает полезным. Но сейчас мы говорим не об этих событиях, а о том, что мы делаем, когда хотим поисповедоваться.

Во-первых, следует понять, что исповедь – это Таинство. Что значит Таинство? Это означает, что при этом присутствует Бог. Мы не исповедуемся священнику – человеку, но Богу. Я называю то, что имею в себе, а духовник, как врач, назначит мне правильное лечение. Затем, имея чувство, что я предстану перед Богом, я молюсь, чтобы эта встреча с духовником была обнаружением Божьей воли для меня. Я иду раскрыть то, что я ношу в себе, что меня беспокоит, мою боль, мои микробы, терзания, и молю Господа, чтобы Он просветил духовника сказать мне то, что мне необходимо услышать.

Перед исповедью можно сесть и подумать о том, что сказать на исповеди, или даже это записать. Это не плохо, некоторые говорят: «Извините, могу ли я использовать мои записки?»

 Есть люди, в том числе и я, которые перед исповедью записывают – не могут запомнить, что-то забывают… И чтобы не забыть, я записываю пять-шесть пунктов, которые хочу сказать духовнику или спросить у него.

Я прихожу к духовнику и, естественно, осознаю, что иду туда не для того, чтобы просто поговорить. Конечно, с педагогической точки зрения духовник может спросить:

— Как ты? Что делаешь? Что дела в деревне? Как тебя зовут? Кем ты работаешь?

Только чтобы он не обманулся, может спросить: «Сколько тебе лет?» Однажды я ошибся, когда не имел никакого опыта исповеди людей, и спросил одну девушку:

— Кем работаете? Вы замужем? Где Вы живете? Сколько Вам лет?

Она ответила мне:

— Батюшка, я расскажу о своих грехах, но ни в коем случае не скажу, сколько мне лет!

С тех пор я не позволял себе снова задавать на исповеди это вопрос.

Итак, духовник может задать несколько вопросов, особенно когда речь идет о людях, которые впервые приходят на исповедь, которые боятся и чувствуют себя неуютно. Мы тоже такое чувствовали в свое время. И я пережил нечто подобное, когда в первый раз пришел на исповедь. Здесь я впервые поисповедовался, именно в этом месте, где я сейчас исповедую людей. Тогда я учился в начальной школе. Мы приехали на исповедь на велосипедах вместе с моими одноклассниками, имея «благие намерения», по дороге они решили меня напугать, сказали, что священник меня проклянет, отлучит от Церкви, начнет ругать, и я дрожал. Священник был пожилым, истощенным. Мы спросили его, может ли он нас поисповедовать.

— Откуда ты, сын мой? – спросил он меня.

— Из квартала Иоанна Милостивого.

Я исповедовался. Я думал, что должен перечислить все свои грехи, один за другим. Я исписал целую тетрадь. А я был большим обманщиком, много лгал, когда был маленьким. Итак, я начинаю перечислять свои грехи – это, это и это, но ему надоело меня слушать, и он сказал:

— Достаточно, сын мой! Хватит! Сколько еще?!

Однако от его слов мое сердце еще больше сжалось, я совсем не помню, что сказал ему тогда. Вечером священник умер. Но вы не подумайте, не я был причиной его смерти. Он был болен, он был очень хорошим священником и старцем, но он был больным, да и я измучил его со своей исповедью… Как бы то ни было.

Итак, духовник может начать говорить разные вещи, чтобы ты привык к нему, чтобы у тебя исчез страх, чтобы ты понял, что это не страшно, мы не едим людей, что и мы люди. Он может пошутить или спросить тебя:

— Как дела? Как дела на работе? Нашел ли ты работу?

 Это он делает, чтобы расположить тебя, а не чтобы потратить твое время или узнать новости из твоей деревни. Это мы называем педагогикой – помочь человеку привыкнуть к обстановке.

Но, мы, кто уже исповедовался много раз, знаем, что надо стараться быть ясными в том, что мы хотим сказать духовнику. Не нужно рассказывать много историй и подробностей. Если необходимо, духовник что-то спросит сам, например:

— А как это произошло?

Если не нужно, то давайте не будем начинать рассказывать разные истории. Мы рассказываем только о нужном событии, и духовник отвечает нам только на то, что мы сказали ему или о чем спрашивали его. Он может и не ответить на все наши вопросы, ведь не сказано, что на все вопросы мы должны получать ответ. Исповедь может пройти без единого слова, произнесенного духовником. Это не имеет значения. Если он почувствует, что необходимо тебе что-то сказать, то он тебе это скажет. Если он тебе ничего не скажет, то ты продолжишь свою борьбу, у вас есть слово Божие, Евангелие. Смыслом исповеди является молитва, очищающая молитва, которая через благодать Святого Духа запечатлевает твое покаяние. Ты не ждешь того, чтобы прийти на исповедь, а того, чтобы покаяться! Покаяние – это вся наша жизнь, каждый день, каждый вечер мы каемся о наших грехах.

Некоторые христиане говорят: «Знаете, я исповедуюсь в своей комнате!»

Да, конечно, и там необходимо это делать, и в своей комнате, каждый день и каждый вечер, когда у тебя есть время. Плакать перед Богом, искать прощения, говорить: «Боже мой, прости меня, я согрешил! Я все испортил! Я напрасно провел мой день! Посмотри на мою боль, я плачу, я одинок…»

Это является покаянием. Покаяние – это не только исповедь. На самом деле исповедь – это печать Церкви в событии твоего покаяния. Духовник расскажет тебе о лечении, которого необходимо придерживаться. Он может ничего тебе не сказать, но это не означает, что исповедь не является полной. Не нужно идти к другому священнику, который много говорит – вопрос не во много- или малословии. Есть люди, которые говорят:

— Вы ничего не говорите мне, поговорите со мной!

— Что тебе сказать? Ты сказал мне, что ты вор. Что я могу сказать тебе? Не воровать? Разве ты этого не знаешь? Ты ждешь, чтобы я развил тебе теорию, что вор не должен быть вором? Так не бывает. Нет необходимости. Подвизайся, продолжи свою духовную борьбу.

Если духовник видит, что необходимо тебя убедить в чем-то, поучить тебя чему-то, катехизирать тебя, то он это сделает. Однако исповедь – это не катехизис, а исповедание своих грехов. Принимаешь лечение от врача-духовника и печать Духа Святого, и все. Остальное не для этого часа.

Для этого есть катехизация – тут мы говорим, учимся. Это не время исповеди. Разумеется, и во время исповеди можно это делать; если это действительно необходимо, духовник будет говорить о разных духовных вопросах. Такая исповедь может длиться несколько часов. Но в церковной практике исповедь происходит так, как мы уже ранее говорили. Ясно описываешь духовнику свой грех, свое недоумение и ждешь, что он скажет, и принимаешь это как выражение воли Божьей. Если у духовника возникнут вопросы, то он спросит тебя, или если ты думаешь, что ты недостаточно описал свои грехи, то можешь дать ему дополнительные разъяснения, но это вполне естественно, что если ты начнешь с ним спор, то он отступит и может сказать тебе:

— Послушай! По этому вопросу сделай так!

— О, я не могу.

— Ладно, тогда сделай по-другому.

— Нет, я не могу и точка.

— Ну сделай вот так и все.

— Я не могу!

В этом случае священник отступает, не станет спорить и настаивать:

— Нет, это будешь делать!

Или:

— Сделай так или никак по-другому.

Разумеется, иногда с педагогической целью он может и так поступить. Приходит какой-то человек и в чем-то не соглашается, например, то, что он совершил, является грехом, и он хочет, чтобы ты оправдал его. Чтобы его вразумить, духовник может отнестись к нему сурово и строго.

Но все это не выходит за педагогические рамки. Это духовное лечение, которое мы получаем, то есть духовник скажет тебе:

— Прочитай эту книгу, прочитай вечером эти молитвы или даже некоторое время не причащайся.

Все это, дети мои, называется эпитимиями, и они не имеют юридического характера. Это не наказание, а лечение. Когда ты приходишь к врачу, он говорит тебе:

— Послушай, у тебя диабет, и поэтому тебе нельзя есть пирожное, мороженое, сахар!

 Таким образом он не наказывает тебя, и ты же не говоришь:

— Я был у врача, и он меня наказал.

Он не наказывает тебя, а назначает тебе лечение на определенный период. Так и советы священника – не наказание, а лечение, чтобы помочь тебе подготовиться к великому событию принятия Тела и Крови Христа, причаститься.

Если священник скажет: «Знаешь, один год (или одну неделю, или один день) не причащайся», – это означает, что ты находишься под послушанием Церкви, и ты не оторван от нее, это является частью твоего лечения. Так происходит и с больным человеком, который с самого начала лечения идет на поправку. Лечение означает, что больной не брошен, а встал на путь своего выздоровления.

Каковы мои отношения с духовником, и что я могу ему сказать?

Тут необходимо огромное внимание, потому что могут происходить недоразумения. Это вполне естественно, если с духовником, исповедующим нас, которому мы раскрываем свое сердце, складываются в каком-то смысле особые отношения. Мы уважаем его, ценим, любим, и он нас любит. Это естественно с человеческой и духовной точки зрения. С человеком, которому раскрываешь свою душу и открываешь все содержание своего сердца, неизбежно могут возникать особенные личные отношения. Однако здесь необходимо огромное внимание, нужно не забывать, что духовник является только средством, которое приведет нас к Христу. Почему? Потому что из-за нашей человеческой природы и наших разнообразных душевных состояний мы можем почувствовать привязанность к нему, и поэтому должны быть осторожными. Также и духовник должен быть осторожным, разумеется, не грубым, но очень внимательным, чтобы не ранить человека, который полагается на него. По-человечески исповедующийся возлагает свои трудности на священника, но привязанность надо направить на Христа. Мы всегда должны иметь в виду, что мы приходим на исповедь ради Христа, а не ради людей.

Вы можете спросить: «Неужели человек ничего не значит?»

Да, по-человечески значит. Например, мы не понимаем друг друга. Или он мне не нравится. Что делать? Не общаться с ним. Он равнодушный, скованный, хмурый, я не могу контактировать с ним. Да, он может быть святым, творить чудеса, но я не могу с ним беседовать. Или, может быть, инфантильный. Да, это по-человечески имеет значение. В общении должно быть комфортно. Например, с другим духовником легко, я ему раскрываю свое сердце, легко разговариваю с ним и доверяюсь ему. Другой человек может быть добрее, образованнее, но с ним я не чувствую того же самого. Поэтому мы имеем свободу выбирать себе духовника сами, и Церковь не навязывает его нам.

Духовник для нас тот, с кем мы чувствуем спокойствие, это имеет большое значение. Но то, что я нахожу покой в одном месте, вовсе не означает, что другие места плохи. Нет. Поэтому можно выбрать себе духовника, но нужно быть очень внимательным и помнить, что мы всегда ищем Христа, а не духовника. Христос стоит перед нами на исповеди, мы Христу говорим то, что мы говорим исповедующему священнику, а он действует как орган благодати, он совершает Таинство. В воскресенье я прихожу в храм, чтобы причаститься, не потому, что там служит какой-то батюшка, и он причастит меня, а чтобы причаститься Телом и Кровью Христа, независимо от того, какой священник там служит. То же самое происходит и во время исповеди.

Я также должен знать, что мои отношения с духовником не должны иметь абсолютного характера, то есть он не является тем человеком, который будет отвечать на все мои вопросы и взвалит на свои плечи все мои проблемы. Священник ответит на вопросы, связанные с духовной жизнью. На другие темы он имеет полное право отказаться говорить, также и ты можешь отказаться слушать его. Например, приходишь к духовнику и говоришь:

— Купить мотоцикл или автомобиль?

Он отвечает тебе:

— Почему ты спрашиваешь у меня, спроси у кого-нибудь другого.

Иногда ты хочешь узнать именно его мнение, и он может сказать тебе:

— Купи себе машину.

— Какую марку автомобиля мне купить, батюшка?

— Ну, не знаю, купи себе пикап.

А это не нравится, и ты покупаешь себе другой автомобиль. И это прекрасно. Здесь речь не идет о послушании. Духовник не имеет власти настаивать на том, что не касается твоего духовного пути. Об этом даже его не надо спрашивать.

Тем не менее, бывают случаи, когда ты не свободен. Например, ты женатый человек и в браке не можешь делать все, что хочешь. Трагической ошибкой является возложение ответственности на духовника за все проблемы в семейных отношениях. Например, супруг говорит:

– В эти выходные мы едем в Пафос.

 А жена отвечает:

– Сейчас я спрошу у моего духовника!

Она звонит своему духовнику по телефону:

– Батюшка, ехать ли нам в Пафос? Благословляешь ли ты нас на эту поездку?

Дети мои, не нужно спрашивать о таких вещах. Да, можно попросить благословение у своего духовника. Например, ты звонишь по телефону своей матери и говоришь:

– Мама, я хочу ухать на пару дней, благослови меня, чтобы все было в порядке!

А не говоришь:

– Мама, разрешаешь ли ты мне поехать с моим мужем в это путешествие?

То же самое происходит и на исповеди. Ты можешь позвонить духовнику, чтобы сказать ему:

– Батюшка, я хочу поехать в путешествие, благослови меня, чтобы поездка была успешной.

– Всего хорошего, дитя мое! Счастливой дороги! – он ответит тебе.

Но он не может определять, что тебе делать – на ком тебе жениться, и жениться ли тебе вообще. Если хочешь – выходи замуж! Если не хочешь – не выходи замуж! Если хочешь жениться на этой девушке, то женись на ней!

– Батюшка, мне выходить за него замуж?

– Что я могу сказать тебе? Ну выходи за него.

– Он мне не нравится!

– Тогда не становись его женой.

– Ну, хорошо, я послушаюсь вашего совета!

– Что я могу тебе сказать?! Разве мне выходить за него замуж?

Дети мои, вы сейчас смеетесь, но знаете ли вы, сколько раз я слышал такие вещи?

– Я познакомилась с молодым человеком, – сказала девушка, – и хочу его познакомить с моим духовником!

Что это означает?

Однажды пришел ко мне какой-то юноша. Я говорю сам себе: «Я его немножко спровоцирую и разозлю». Он сказал мне, что приведет свою девушку, чтобы я увидел ее, а затем чтобы сказал свое мнение о ней. Прекрасно. Он привел ее, мы познакомились. Затем этот юноша снова пришел ко мне и спросил меня:

– Что ты думаешь о ней, батюшка?

Я сказал ему:

– Да, она красивая, но сын мой, может быть у нее проблемы с глазами? Посмотри хорошо! Спроси ее, потому что я думаю, что она плохо видит!

Он говорит мне:

– У нее хорошее зрение!

А я отвечаю ему:

– Если бы она хорошо видела, то она с тобой не начала бы встречаться!

Говоря иными словами, я хотел сказать ему, почему ты меня отвлекаешь этим вопросом?! Нравится ли она тебе, сын мой? Хорошая ли она? Ты будешь жить с ней всю жизнь… Женись на ней! Пожелать тебе, чтобы Вы были счастливы, это – да! Но духовника не касается, с какой девушкой ты будешь встречаться, на какой девушке женишься или не женишься. Поступишь ли в университет? Сделаешь ли ты то, или это? Это вещи, которые касаются вашей собственной свободы, вы свободные люди.

Однако в супружеской жизни ты не свободен, а должен подчиняться своей второй половине – своему мужу или своей жене, или дети своим родителям и даже родители своим детям. В эти отношения никто не вмешивается. Разумеется, можно сказать:

– Меня интересует мнение моего духовника, потому что я знаю, потому что он старше меня, он более образован, и поэтому я спрошу его мнения.

В этом случае нужно иметь в виду, что мнение – не приказ, который надо выполнять. Обязательно к исолнению то, что относится к твоей духовной жизни и сопровождается его и твоей молитвой: да, тут необходимо проявлять послушание. Но в этом послушании, по крайней мере в миру, должна быть рассудительность, это не должно быть безрасудным послушанием.

Дети мои, не путайте монашество с жизнью христиан в миру. Монашество – это другое дело, это тайна послушания. В монашестве старец имеет полную власть над послушником, тут добровольно подчиняешься старцу во всем. В миру не существует такого послушания, в миру человеческая свобода не отменяется. Это как в браке – отношения между полами благословлены, а вне брака – не благословлены, то же самое происходит в монашестве. В монашестве полное послушание – благословлено, но вне монашества – не благословенно, потому что существует свобода человека.

Духовник не отменяет свободу, но совершенствует ее, чтобы избавить тебя от страстей и греха, освобождает тебя от плена страстей и делает тебя совершенным человеком во Христе, свободным, со способностью оценивать и решать, со всеми чертами совершенного человека. В монашестве я подчиняюсь старцу не для того, чтобы навсегда стать как животное, нет – это только этап добровольной смерти, ты не останешься мертвым, но воскреснешь.

Я подчиняюсь полностью, добровольно, но не для того, чтобы остаться без воли, а чтобы получить истинную волю. Я все с себя снимаю не для того, чтобы остаться голым, а чтобы надеть новую одежду. Мы ведь не носим новую одежду поверх старой. Так происходит и с монахом, который все снимает с себя, чтобы одеться во все новое. Мы должны понять, что подход к монашествующим отличается от подхода к христианам, живущим в миру. Цель одна и та же, результат должен быть одним и тем же, но средства, которые мы используем, разные.

Поэтому не путайте слова св. отцов, адресованные монахам, которые должны быть послушны старцу до смерти. Даже если он скажет тебе прыгнуть в колодец, то ты прыгнешь в колодец. Да, это применимо в монашестве, но с помощью благодати, которую Бог дает тем, кто выбрал это поприще. Священник не может и не имеет права вмешиваться в дела твоей жизни, которые полностью зависят от твоей личной свободы, или у тебя есть человек, который находится рядом с тобой – твоя жена, твой супруг, родитель. Тут необходима большая рассудительность, и давайте не будем путать одного с другим. Необходимо учитывать, какова реальность жизни того или иного человека.

Бытует и другое ошибочное мнение при выборе духовника. Могу ли я сменить его? Разумеется, можешь. Кто сказал, что не можешь? Не надо менять Бога! Духовника, если необходимо, можно и сменить. То, что ты идешь к другому священнику исповедоваться, вовсе не означает, что ты ссоришься со своим духовником. Это монаху своего старца нельзя сменить. Он дал обещание Богу, что будет пребывать с ним до своего последнего издыхания, до самой смерти. Но вне монашества нет такого, и вы свободны в любое время сменить своего духовника.

Почему мы не меняем своего врача? До сих пор ты посещал одного врача. Прекрасно, он помог тебе, но сейчас тебе необходим другой специалист. Разумеется, нехорошо менять своего духовника без причины и говорить:

— Буду на исповеди одному священнику говорить одно, второму – другое, третьему – третье.

Или найдешь себе глухого, слепого, не видящего, пойдешь к какому-то пожилому священнику, который не слышит. «Прекрасно!» – подумаешь про себя, а он ничего не понимает…

Однажды на Святую Гору Афон приехал какой-то человек на исповедь. Он пришел поздно вечером в исповедальню, где я исповедовал, и сказал:

— Батюшка, я хотел приехать на Святую Гору, чтобы поисповедоваться, найти седого старика с белой бородой, чтобы мы не были знакомы друг с другом, и поисповедовать ему все свои грехи!

Я подумал про себя: «Если бы сейчас было светло, то он бы увидел какой я “старый”!» А тогда мне было 30 лет. Я спросил его:

— Ты где живешь?

— На Кипре.

— Хорошо.

— Ты агиа патера[1]?

— Я на Афоне. Ты из какой части Кипра?

— Из Лимассола. Знаете ли Вы Кипр?

— Немножко.

— Прекрасно…

Было темно, он не видел меня. На следующий день мы познакомились…

Не надо постоянно менять духовника. Если действительно чувствуешь, что не можешь больше общаться с духовником или по какой-то причине хочешь сменить его, то я имеешь на это право. Конечно, это не рекомендуется. Давайте не будем обходить духовников с одним вопросом, как не обходим врачей. Если спросишь об одном и том же десять врачей, они могут прописать десять разных лекарств. Также если спросишь у десяти священников, то получишь десять разных ответов.

Дети мои, не обязательно все время исповедоваться именно у своего духовника. Обычно наш духовный отец один – это тот, кто приводит нас к Евангелию, в Церковь. Однако исповедовать может быть любой священник. Например, я нахожусь в Афинах и чувствую, что мне необходимо пойти на исповедь, чтобы преступить к Святым Тайнам, что-то меня тяготит. Я пойду и найду священника, чтобы поисповедоваться. Или же мой духовник умер, или я переехал и живу теперь в другом городе. Бог один и тот же. Ключом являются отношения с Богом, а человек – это средство, инструмент благодати.

Другие говорят, почему бы нам не исповедоваться перед какой-то иконой или непосредственно Богу, чтобы нам не был нужен священник. Ну хорошо, ты покаешься перед Богом, перед иконой Христа, но икона не даст тебе ответа, не предложит тебе лечения. Так же, как когда ты заболеваешь, не берешь какую-нибудь медицинскую энциклопедию и не говоришь:

— Давайте посмотрим, что здесь написано.

Или ты не берешь нож, чтобы разрезать себя и увидеть, что у тебя болит, а идешь к врачу. Так же происходит и на исповеди: я иду к духовнику. Ты не можешь лечиться по книгам, не можешь заниматься самолечением. Тебе нужен кто-то, чтобы ответил тебе, чтобы предложил тебе лечение и чтобы смириться перед кем-то. Этот стыд, который мы чувствуем на исповеди – в нем и заключается суть покаяния. Этот стыд, унижение и затруднение помогут тебе, помогут твоему сердцу через покаяние и исповедь найти Божью благодать, благодать покаяния, которое всегда рождается там, где есть смирение.

И когда мы исповедуемся, то должны это делать ясно и точно. Будьте осторожны, чтобы исповедь не сопровождалась оправданиями. Никогда не оправдывайте себя, это грубая ошибка. Словно ты пытаешься зажечь огонь, и в то же время его тушишь. Это неправильно. Покаяние – это огонь, в котором сгорают отходы греха, но ты потушишь этот огонь в тот момент, когда начнешь оправдываться. Скажи:

— Я совершил это, и этого мне достаточно.

Не говори:

— Я согрешил, потому что никто мне об этом не сказал, или если бы он мне этом сказали, я бы этого не сделал и т. д.

Эти слова лишние. Я совершил этот грех, этим я ранил себя, я взваливаю на себя ответственность за свое падение, и я понимаю, что в этом никто не виноват, я виноват, я убил себя. Таким образом мы ступаем на фундамент смирения, покаяния, чтобы мы могли в себе построить путь ко спасению.

Сегодня и всегда великое чудо Церкви происходит в Таинствах, и мы ежедневно видим спасение человека, особенно на исповеди. Удивительно то, что происходит. Там присутствует Бог. Это я говорю вам не только как исповедующийся, который исповедуется в своих грехах, но и как духовник, который за 20 лет поисповедовал тысячи людей. Нет ничего такого, чего бы я не слышал, поэтому не ужасайтесь! Я знаю все, и даже больше, чем вы! Я узнал обо всех грехах, которые существуют на свете. Я слышал все до пресыщения. Но я говорю вам, что в течение этих 20 лет каждый раз я вижу перед собой это Божье чудо – как демон становится ангелом, как человек, по словам Св. Иоанна Златоуста, входит волком и выходит овцой. Видишь преобразование и воскресение человека, которое является величайшим чудом из всех чудес. Что это означает – воскресить мертвого человека? Через несколько лет он снова умрет. Но духовное воскресение мертвого после падений – это настоящее чудо, которое мы видим каждый день![2]

 Перевод с болгарского – Виталий Чеботар

 


[1] Агиа патера – так обращаются к священникам на Кипре; справка русского переводчика.

[2] Источник:http://dveri.bg/99hfw

Афанасий (Николау), митрополит Лимассольский

Богослов.ru


Опубликовано 12.05.2016 | Просмотров: 184 | Печать
Система Orphus Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter